Измена. Побег от истинного - Мария Минц

Сердце колотилось так, что, казалось, ещё чуть-чуть, и прыгнет прямо в горло. Я судорожно хватала ртом воздух, ставший вдруг колюче-ледяным, и падала-падала-падала в неизвестность, окружённая непроглядной тьмой.

…Полёт закончился резко, оборвавшись ударом спиной обо что-то твёрдое. Остатки воздуха вылетели из груди вместе со вскриком, я непроизвольно зашлась в кашле и попыталась пошевелиться.

— Освободите её! — раздался надо мной визгливый, как свист плети, приказ. Тьма упала с глаз, путы ослабли. Я сощурилась и заморгала от потоков света, обрушившихся на меня.

Когда глаза привыкли к свету, обнаружила, что лежу на какой-то широкой каменной плите, которая стояла в месте, похожем на заброшенный грот. Его стеныбыли утыканы мириадами горящих свечей. Ледяной воздух потеплел и наполнился запахами свечного дыма, воска и каких-то сладковатых благовоний.

— Очнулась? — услышала я всё тот же резкий голос. Вздрогнула, приподнялась и обернулась.

Позади на массивном троне, вырезанном из тёмного дерева, сидела Фелиция. При виде неё я невольно вздрогнула: настолько сильно она изменилась даже с момента нашей последней встречи. Она резко подурнела, её лицо сильно отекло, а волосы из огненно-рыжих кудрей стали похожи на опалённую паклю. Под глазами залегли огромные тени, а сами зрачки приобрели безумноватый блеск.

Но самой заметной частью её тела по-прежнему был живот. Огромный, бесстыдно выпирающий из-под тёмно-зелёного балахона, который она на себя накинула. Он притягивал всё моё внимание, и все мои мысли заглушала бешеная тревога за сына.

— Ребёнок, — тихо сказала я, — с ним всё хорошо?

Фелиция вздёрнула бровь и хрипло хихикнула.

— Значит, даже не за себя волнуешься? — усмехнулась она и тут же охнула, скорчившись, как от боли. Из-за её трона немедленно выскочили две рослые женщины, тоже закутанные в балахоны, но чёрные, окружили её и принялись что-то бормотать и напевать. В воздухе разлился резкий запах полыни.

Неужели что-то случилось с моим сыном?!

Не помня себя от панического ужаса, я попыталась сползти с плиты, чтобы броситься к Фелиции, но была остановлена тяжёлой рукой, упавшей мне на плечо.

— Оставайся на месте, — повелительно прокаркал ещё один голос, на этот раз низкий и мужской. Позади меня вырос высокий сухощавый старик в уже знакомом балахоне. На его поясе что-то сверкнуло, и я с содроганием поняла, что это большой серп.

— Отпусти её, Мижай, — просипела Фелиция, с явным трудом выпрямляясь, — она всё равно мне ничего не сделает. Силёнок не хватит… ох!

По её лицу снова пробежала гримаса боли. Ведьма нашла меня глазами и криво усмехнулась.

— Можешь не переживать. С твоим ребёнком всё хорошо. Я выносила много детей, которые потом стали воплощениями Гоножа, — выплюнула она, — но этот… ох… кажется, заклинание роста подействовало на него слишком хорошо…

Я перевела дух и бессильно опустилась на плиту. С моим малышом всё хорошо. Всё хорошо, твердила я про себя.

— Он — первый полноценный дракон в твоём чреве, — прогудел старик, и я встрепенулась. Дракон! Он унаследовал дракона от Рена!

Чувство невероятной, какой-то нереальной любви затопило меня. Весь мир сжался до размеров булавочной головки и сосредоточился в этой точке — вокруг моих мыслей о сыне.

— И его выносить демонски тяжело, — выдавила Фелиция, — но оно того стоит. В теле дракона Гонож будет непобедим. Он поможет нам обрести настоящее величие.

Услышав это, я вынырнула из сладостной эйфории и стала жадно хватать каждое её слово. Конечно, как я могла забыть! Эту тварь не волнует мой ребёнок и его благополучие, она печётся только о том, чтобы привести в этот мир то мерзкое чудище!

Паника вновь сдавила сердце. Как же помешать ей? Я же ничего не смогу сделать с ней и её приспешниками, да ещё и одна!

Я даже не знаю, где мы все находимся!

— По твоему лицу вижу, что ты начала что-то соображать, — протянула Фелиция, и я сообразила, что всё это время неотрывно смотрела на неё, замерев на месте. В голосе ведьмы прозвучали знакомые мурлыкающие нотки, а лицо стало менее одутловатым и приобрело более здоровый оттенок. Она как будто пришла в себя и теперь быстро восстанавливала силы.

Пригладив волосы, она поднялась с трона и заковыляла ко мне, тяжело переваливаясь с ноги на ногу. Я наблюдала за ней, изо всех сил желая почувствовать злорадство, но вместо этого ощущая только липкий страх.

Ведьма наклонилась надо мной и провела пальцем по моей щеке. Передёрнувшись от омерзения, я отпрянула.

Фелиция ощерилась, размахнулась и залепила мне такую сильную пощёчину, что от боли в глазах вспыхнули звёздочки.

— Не смей отворачиваться от меня! — с ненавистью рявкнула она, — ты что же, дурёха никчёмная, брезгуешь мной? Ну ничего, недолго тебе осталось тут сидеть. Совсем скоро ребёнок появится на свет, и мы проведём обряд.

Она злобно расхохоталась, и в глазах у неё вспыхнуло самое настоящее безумие.

— Так и быть, я позволю тебе увидеть его, — торжествующе сказала она, — конечно, сначала я хотела разобраться с тобой, но ты оказалась такой настырной, что с моей стороны будет просто свинством прикончить тебя раньше, чем всё начнётся.

Она резко взмахнула рукой, и меня туго стянули длинные гибкие ветви, появившиеся в воздухе из ниоткуда. Фелиция щёлкнула пальцами, и меня резко дёрнуло вперёд, подтащив к самому её лицу. Она доверительно наклонилась к моему уху и прошипела:

— На этот раз тебе никто не поможет.

Глава 38

Рейнольд

Золотистый круг необычного портала, который привёл меня к Ри, вращаясь, неумолимо сжимался. Я ринулся к нему, чтобы успеть войти — хотел я того или нет, для осуществления моего плана мне опять понадобится помощь Алдериана.

При мысли об этом хотелось скрежетать зубами, но выбора не было. Жизни Ри и нашего сына были намного важнее.

На пол беззвучно осыпались золотые искры, но прорваться к порталу мне не дали. Путь перегородило огромное кряжистое чучело — из тех, что утащили сюда Ри и теперь стояли у стены.

— Демоново отродье! — прорычал я, — у меня нет на тебя времени!

Оно не обратило на мои слова никакого внимания, а только молча подняло массивные обрубки, явно призванные служить руками. Двинулось прямо на меня.

— Пошёл к демонам! — рявкнул я. Лютое бешенство, вспыхнувшее внутри, придало сил; размахнувшись, я от души врезал чучелу по его уродливой роже. Оно покачнулось, и я добавил ещё. И ещё. Фелицию я пока достать не могу, так пусть хотя бы её прислужник получит за то, что мешает мне отправиться к Ри!

Чудище бестолково махало руками в воздухе, пытаясь задеть меня, но я с лёгкостью уворачивался от них. Улучив