Сирена - Вийя Шефф

— Алекс…- делает долгую паузу.- Я не знаю, что тебе сказать. Честно… А врать не хочется.

— Скажи, что ты обо мне хотя бы чуть-чуть вспоминаешь.

— Я часто вспоминаю. Правда… Недавно рассказывала Мише о наших приключениях в Дубае. Сейчас это выглядит смешно, а тогда было страшно.

— Всё рассказала? Он не ревновал?- кидает меня самого в ревность.

— А должен?

— Ну, если вы вместе…

Она на том конце заливается звонким смехом.

— Усмири свой пыл, тигр,- собирается и отвечает.- Миша — это Антоша номер два. Он мой менеджер. Работаем вместе и только.

Меня отпускает. Она бы врать не стала. В чём-чём, а во лжи её не обвинишь. Правду-матку всегда говорит в глаза. Может только не договаривать.

— Как ты?- спрашиваю успокоившись.

— Терпимо. Работаю… У меня сейчас съёмки, на гриме сижу,- произносит расслаблено.

— Рад за тебя.

— Спасибо!

— У меня тоже съемки идут, но я с них сбежал,- хихикаю, оценивая свой идиотский детский поступок.

— Дядя Вова тебя вздрючит. Ох, нарываешься ты на неприятности, Гроу.

— Вывезу как-нибудь.

— Не вывезешь. Бросай бухать, отдохни пару часов и возвращайся на площадку. Я не стою таких рисков.

— Ты стоишь больше… Я могу иногда звонить?- понимаю, что разговор уже на финише.

— Можешь. Не хочу себя винить, если вдруг ты от несчастной любви решишь руки на себя наложить.

Звонок в дверь.

— Не решу,- теперь точно.- Ко мне кто-то пришёл,- направляюсь к двери и открываю.

— Мне тоже пора. Целую,- слышу чмокающий звук.

Зависаю на мгновение с телефоном, потом жму на отбой. На пороге Николаич. Ко мне он приезжает только в самом крайнем случае и, значит, сейчас как раз такой.

Ведёт возле моего лица носом.

— Пьёшь?- проходит в квартиру.

— Лечусь,- закрываю за ним дверь.

— Это, какие такие болячки виски лечит?- проходит в гостиную, я следом, осматривает всё.

— Душевные…

— Ух, ты! Что так? Жизнь хреновая?

— Не радует,- сажусь на подлокотник кресла и складываю руки на колени.

Сейчас он начнёт дрочить. Это у него отлично получается.

— Алекс, прости, но меня заебало твоё распиздяйство,- переходит на резкость.

Я же говорил. Началось…

Оправдываться бесполезно. Я и так в залёте за сорванное выступление на сборном концерте и сольнике в Нижнем. Я думал, он меня придушит за это. Но он только орал.

— Если ты хочешь, чтобы мы попрощались, то никаких проблем. Я хоть сейчас разорву контракт, только ты уйдёшь ни с чем. Ни имени, ни песен. Ни-че-го!- распилил меня гневным взглядом.

В курсе. Это прописано в договоре. Преждевременный разрыв лишает меня всего. Но даже по сроку не факт, что я с чем-то останусь. Всё зависит от капризов барина.

— Хочешь, чтобы я тебя отпустил?

— Хочу…- понижаю тон.- На пару дней в Лондон.

— Куда? Зачем тебе?- удивляется.

— Крестницу хочу вашу увидеть.

Он хватается за лицо и тяжело вздыхает.

— Когда ж ты успокоишься⁈- садится на диван.- Не в Лондоне она,- вдруг начинает говорить совершенно спокойно.- В Шотландии где-то, в Эдинбурге вроде. В сериале снимается. Не до тебя ей сейчас.

— Сериале? Она же поёт,- вот на каких она съёмках.

— Одно другому не мешает. Ей предложили, она согласилась. Так что за Сэл порадоваться надо. Её там поддерживать некому. Одна. И пашет… Вспомни себя, когда ты ко мне только пришёл, тоже рвался к вершинам.

— Я помню…

— Так что гордиться нашей девочкой нужно. А любовь… Если судьба — никуда она не денется. Помыкается и поймёт кто лучший. Надо просто подождать,- встаёт.- А теперь собирайся, и поехали в павильон. Пока Ян с Ником там совсем всё не запороли.

Глава 43

Поправляю бабочку у зеркала. Мы идём на гала-ужин перед премией. Черный классический смокинг отлично подчеркивает фигуру. Месяцы тренировок не прошли даром.

— Застегни, пожалуйста, молнию,- просит Эмма.

Я выполняю просьбу. На ней чёрное шёлковое платье в цвет моему костюму.

— Ну как?- крутится на месте.

— Отлично!

Довольно улыбается своему отражению.

Всего пара недель прошла с возвращения из Шотландии, большая часть съёмок проходила там. Работать три месяца с Сельванной на одной площадке было сложным испытанием. Хорошо интимных сцен не было. Я бы рехнулся от бесконечных дублей… Но её холодность по отношению ко мне охлаждала и меня. Дружба — это всё, что она мне могла предложить.

А ещё мне показалось, что у неё что-то с её менеджером Мишей. Очень уж тёплые отношения между ними. Хотя ничего себе не позволяли лишнего, по крайней мере, я не видел. Дёргался каждый раз, когда замечал их вместе и душил в себе ревность.

Эмма тоже сводила с ума постоянными звонками и своими сомнениями. Хотелось иногда послать всё и всех к чёрту и уйти. Но я обещал Сэл помочь, поддержать в её первой работе в кино. И я терпел, сжав зубы…

* * *

Знакомые и незнакомые лица мелькают туда-сюда. Бесконечные вспышки камер. С каждым нужно поздороваться и перекинуться парой слов. Сделать вид, что рад их всех видеть. Для Эм всё в новинку, это первый наш официальный выход в свет вместе, а я бы лучше остался дома.

Мы разговаривали с несколькими моими коллегами по прошлым фильмам, когда один из них произнес:

— Ничего себе! Кто эта богиня с Филиппом Торнхиллом?

Все повернулись в сторону входа. Рядом с Филом стоит Сэл. Моё сердце пропустило удар. Она пришла с ним…

На ней шикарное открытое чёрное платье, подчёркивающее все изгибы и прелести. В ушах бриллиантовые серьги. Вечерний макияж подчеркивает красоту и глубину черных глаз, и пухлых губ. Кожа светится.

Адам был прав — Богиня…

Она сразу привлекает к себе всеобщее внимание. Мужчины смотрят на неё с неприкрытым интересом, бросая сальные взгляды. А фотографы, не переставая щелкают затворами. Фил тоже хорош! Так позирует рядом с ней, как будто она его женщина. Я прекрасно понимаю, что этот выход — всего лишь способ привлечь внимание к себе и будущему сериалу, но ситуация бесит.

— Похоже, новая протеже Торнхилла, — отвечает кто-то Адаму.

Кто именно я не заметил, я смотрю в сторону Сэл. Эмма недовольно ткнула меня локтем в бок. Я прихожу в себя.

— Совесть имей,- шипит чуть слышно.

Я молчу… Отпираться бессмысленно, я, как и все пялюсь на Сельванну, загипнотизированный её красотой.

Фил представляет её всем, кто решился познакомиться, а таких много, и всех она одаривает умопомрачительной улыбкой. От пускаемых на неё слюней можно поскользнуться.

Сельванна.

Я отказалась ехать с Филиппом на мероприятие, но он зашёл с другой «двери». Убедил Джона уговорить меня, а тот умеет убеждать.

Пришлось стать сногсшибательной, стилист очень постарался. Даже я себя захотела в этом виде…

— Филипп прав, этот выход важен для вас обоих,- помогает мне надеть пальто Миша.- Полезные знакомства тебе не помешают.

— Ты же знаешь, кто там будет…

— Знаю,- смотрит на меня сзади сквозь зеркало.- Но ты не пятнадцатилетняя девочка, чтобы от вида его девушки в истерику впадать. Ну, улыбнись,- сжимает мне плечи.- Ты королева!

Я натянуто улыбаюсь.

— Так и зафиксируй. Ты должна всё время улыбаться и показать, что жутко счастлива.

— У меня губы треснут всё время лыбиться.

— Это шоу-бизнес, детка, здесь кругом фальшь,- подаёт мне клатч и слегка целует в щёку.- Ни пуха, ни пера!

— К чёрту!- у порога уже ждёт машина Торнхилла.

Всю дорогу Филипп сорит комплиментами, не зная, что у меня на них иммунитет. Я не развешиваю уши на слова «самая-самая». Не отрицаю — слышать их приятно, но не более. Лужицой я не растекусь…

Вспышки камер в лицо ослепляют, но надо сделать лицо. Улыбка и искрящийся взгляд. Проплыть, как лебедь сквозь толпу. Как вести себя в подобных местах научена давно.

Рука Филиппа, лежащая на моей обнаженной спине у талии, раздражает, хочется её скинуть. Мужик он хороший, но не более. Миша прав — это всего лишь работа. Терпи!

Бесконечные знакомства. Кого-то знаю, много известных лиц, кого-то вижу впервые. В голове каша от имён и фамилий.

— Филипп, перестань! Я всё равно их всех не запомню,- одергиваю его, когда он опять ведёт меня к каким-то своим знакомым.

— Тебе и не надо. Главное — они тебя запомнят.

— С чего ты это решил?

— Я бы точно запомнил,- окидывает меня взглядом с макушки до ног. — Да и Джон попросил…

Против Джона не попрешь. И продолжаю изображать сильный интерес к персонам вокруг.

Доходит очередь до компании, в которой стоит Рон. Сердце сначала замирает, потом ускоряется в два раза быстрее. Я даже в имена его приятелей не вслушалась, просто улыбалась им, как дуреха. Всё внимание поглотил Мэдлтон и Эмма. Она была