Ледяная корона - Ева Верми

– Видимо, Имбри не по душе, когда ее гостям докучают, – усмехнулся Мерак, заслужив от меня удивленный взгляд за то, что назвал королеву Аурума по имени. – Что?

– Что ж, в любом случае, спасибо, что нашли возможность со мной поговорить, – устало выдохнула я. – Можете обращаться ко мне по имени и без титула. Это меньшее, чем я могу отплатить за такую услугу.

– Было бы за что, – грустно улыбнулся Дубхе.

На пару мгновений мы замолчали.

– А теперь еще раз расскажите, почему вы решили, что символа власти у вас еще нет? – спросил Дубхе, будто бы только вспомнив, почему мы к нему пришли. – Дайте мне книгу.

Мерак протянул ему рукопись. Дубхе пролистал ее, выискивая, нахмурившись, то, что ввергло меня в такое состояние.

– Ну, «с моментом наступления двухсотого года от своего дня рождения» вы верно поняли. Сегодня начинается ваш двухсот первый год. Но когда была создана эта вещица? – Дубхе покрутил рукопись в руке. – А не может быть проблемы в летоисчислении?

– В каком смысле?

– Ну я не очень уверен, но в Ауруме год считается по лунным суткам вот уже как тысячу лет. А в Аэтерне же тоже по лунным считают, так?

– Верно, Богиня Зима не большая поклонница солнца – когда эра драконов закончилась, мы приняли лунные сутки за эталон. Это было за два тысячелетия до моего рождения. Да и глупо считать по солнцу, в Аэтерне оно редкий гость во многих землях.

– Так, – кивнул Дубхе, – а эта рукопись датирована третьим тысячелетием, то есть эрой драконов. Почему драконов, кстати? Вы же не верите, что они существовали?

Я подняла бровь, вопросительно и пораженно взглянув на него. Как можно не верить, что драконы существовали?

– Давай ближе к сути, – попросил Мерак, чем отвлек нас от пустой полемики. – Значит тогда отсчет шел по солнцу. Что это меняет?

– Лунные сутки короче, – вздохнула я. – Лунные сутки короче, значит, и год проходит быстрее. Верно?

Дубхе кивнул.

– Если считать, что двести лет – это… – Дубхе поднял глаза к потолку и принялся считать, – а лунный год тогда… у тебя есть еще лет шесть, примерно. На вскидку.

– Ты как это сделал? – недоверчиво уставился на Дубхе Мерак. Будто увидел снег в Аэсте. – Ты в уме посчитал? У тебя в комплекте счеты идут?

– Шесть лет? – пришло время удивляться мне. Умение Дубхе так считать, конечно, впечатляет, – я иногда в двухзначных числах путаюсь, – но не так, как дополнительные несколько лет.

– Конечно, это несколько приблизительно, однако этого может быть более, чем достаточно. Так что не стоит унывать.

– Да, Нивис, мы тебе с Дубхе такого жениха найдем! – подтвердил Мерак в приступе энтузиазма. Дубхе, правда, странно на него покосился, но решил тем не менее кивком подтвердить его слова.

– Может быть, вы поможете мне найти полярис?

– Звезду? – уточнил Дубхе.

– Я не знаю. Может быть это имя, но никто не может его найти, а мне почему-то кажется, что это очень важно.

– Тогда поможем, конечно, – кивнул Мерак. – Раз для тебя это важно.

– А что известно?

– Мне было дано предсказание, там сказано, что Медведь и Небесная ось приведут меня к полярису. Но что за полярис? Кто эти«медведь» и «ось»? Ехать за звездой – это как-то и слишком просто, и очень глупо. Я в растерянности.

– Так, дайте подумать, – попросил Дубхе, прикрыв глаза. Мерак налил мне еще отвара, а я следом вновь бросила в кружку пару кубиков льда. Мы молчали, не решаясь нарушить мыслительный процесс друга. Но вскоре Мерак не удержался и зашептал:

– Как думаешь, он уснул?

Я хохотнула.

– Ты видела когда-нибудь, как он в транс входит? – продолжал шептать Мерак. – Как думаешь, если его сейчас напугать, он закричит?

– Мне кажется, – зашептала я в ответ, наблюдая за невозмутимым лицом Дубхе, – что если ты продолжишь шептать, то тебе прилетит от него.

– От Дубхе? – усмехнулся Мерак, продолжая щекотать своим дыханием мое ухо. – Я его раз-раз и на лопатки. Смотри.

– Стой! – шепнула я, но Мерак уже встал позади кресла, в котором сидел Дубхе. Он протянул руку к его лицу, намереваясь напугать. Резко Дубхе открыл глаза, схватил руку Мерака и заорал. Следом завопил уже Мерак, поскольку не ожидал такого поворота. Когда мой шок прошел, я громко рассмеялась.

– Ты чего пугаешь?! – возмутился Мерак. Дубхе даже слегка обиделся:

– Будешь знать в следующий раз. Нивис, вы карту звездного неба смотрели?

– Зачем? Полярис видно на небе и так, зачем нам карта? – недоумевала я.

– Может, на карте будут какие-то обозначения, которые нас подтолкнут к чему-нибудь. Может, следуй за полярисом, значит… не знаю, по карте найти что-то. Вдруг там название созвездия или звезды совпадет с названием места. Может такое быть?

– Вот умеет же! – воскликнул Мерак. – Дубхе, ты меня удивляешь.

– Я подумаю, что можно придумать, – пообещал Дубхе. – А вам…

– Тебе, – поправила его я.

– У тебя сегодня день рождения. Нужно веселиться, открывать подарки.

– Не сегодня, – покачала я головой. – Их никто еще не успел купить. Моя семья всегда занята целый сезон, обычно меня одаривают после Дистинга. Я привыкла.

– А празднование какое-то будет? – поинтересовался Мерак. – Бал там какой-то?

– Бал? – призадумалась я. – До балов ли нам нынче? Видишь ли, мой день рождения не совсем удачно выпадает в календарном плане. Конец зимней ночи и начало Весны – это день траура в Аэтерне, до самого Дистинга тянутся вереницей дни то поминовения усопших, то родителей, в общем, много раных событий невеселого характера. Поэтому мой день рождения мы отмечаем в скромном семейном кругу.

– А тебе не обидно? – спросил Дубхе, склонив голову чуть в бок.

– Нет, – покачала я головой. – Но стоит мне стать королевой, как с этим что-то придется делать. Ведь день рождения королевы принято отмечать всей страной. Если, разумеется…

Я замолчала, отвернувшись к окну. Мне очень хотелось верить в слова Дубхе. Я не могу подвести свою семью, свою страну. Не могу подвести себя.

– Нивис, позволь спросить, – тактично начал Дубхе, подбирая слова. Мерак попытался остановить его, но я кивнула, разрешая продолжить. – А чем бы ты занялась, если бы тебе не нужно было становиться новой королевой?

Вопрос Дубхе застал меня врасплох и поставил в тупик.

– Признаться, я никогда об этом не думала. Это ведь не обязанность, а долг и