Каменка - Олия Акими

– Лара, – начал он, отстегивая ремень безопасности и проделывая тоже самое с моим, – я и так многое делал для того, чтобы угодить ему. Но этого всегда оказывалось мало. В свое время он заставил нас с братьями пойти по его стопам и закончить медицинский институт. Но чем больше я подстраивался по его желания – тем меньше был самим собой. В итоге я не нашел места в своей профессии и занялся тем, что было по душе и к удивлению, добился большего, чем кто-либо из моей семьи.

– Ты не работаешь врачом? – Удивленно спросила я.

– Нет… – Тихо ответил он и провел рукой по моей коленке, отчего я неожиданно вздрогнула.

Алекс с улыбкой продолжал дальше.

– И нисколько об этом не жалею. Я уже взрослый мальчик и сам могу делать выбор относительно некоторых вещей. Хотя, безусловно, к его мнению иногда прислушиваюсь.

Его голос звучал уверенно как никогда – он очень смелый, раз делает вызов своему отцу.

– А твоя мама?

– Ооо, мама – облегченно вздохнул Алекс и откинулся на сиденье, – чистейшей души человек – добрая, любящая, понимающая, всегда выслушает и приободрит. Я восхищаюсь ею! Только она может так ловко манипулировать отцом, что он даже не догадывается. Она стержень нашей семьи – и отец это понимает, всегда беря в расчет ее мнение. Если бы не мама – я бы не был тем, кто я есть сейчас.

– И какой же ты?

– Свободный в душе! – воскликнул он и подмигнул мне. – Я удовлетворил твое любопытство относительно своей семьи?

Я кивнула.

– Отлично, тогда пора выдвигаться в путь, – на этих словах он вышел из машины и, захлопнув дверь, обогнул ее спереди, оказавшись прямо перед тонированными стеклами, из которых выглядывала я. На этот раз, я ему позволила галантно открыть мне дверь.

– Ты делаешь успехи, – с детской радостью и улыбкой до ушей сказал он, протягивая мне руку. Я положила свою ладонь в его и почувствовала, как его пальцы сильно, но аккуратно сжали мою кисть.

– Не понимаю о чем ты, – закатив глаза, произнесла я.

Артем появился в коридоре с огромным букетом белых роз.

– Привет, лапа, – переминая с ноги на ногу, произнес Артем, украдкой поглядывая на меня, пытаясь уловить мое настроение, – это тебе.

Букет белых роз плюхнулись мне в руки.

– Мне так жаль, – начал он, – мне так жаль, что тебе пришлось пройти через это! Но разве был другой выход?

– Все в порядке, Артем, – успокоила его я, – Алекс мне все рассказал. Да – это было жестоко. Да – я потеряла подругу и не смогу смириться с этим. Но я понимаю, почему вы это сделали.

Артем сделал глубокий вдох и разом выдохнул все напряжение. Он слегка потер лоб и спросил, не хотим ли мы эскрусию по госпиталю. На что я ответила убедительным нет!

Из больницы мы выходили молча. Проскальзывая мимо одной из палат, я увидела на стене иконы.

Когда мне было четырнадцать лет – мама затащила меня в церковь. Вербное воскресенье. Она верила в бога, но не была набожной – поэтому церковь посещала только по праздникам. Я обычно увиливала от таких походов. Но в тот раз, гуляя по городу, она все же каким-то ловким способом привела меня к храму.

Внутри было тесно – прихожане толпились везде. Я старалась не дышать, делая короткие вдохи – благовоние вызывало прилив тошноты в груди и от приторного воздуха начинала кружиться голова.

Когда по велению матери я начинала креститься, то чувствовала, как подкашиваются ноги. В это же самое время каждая клетка моего организма будто оживала и начинала существовать сама по себе, будто быть частью целого в моем организме ей было неуютно. Она желала отелиться и делала это с настойчивостью, что я чувствовала себя муравейником, по которому ползают миллионы насекомых – вызывая в теле то ли панику, то ли мерзкое противное щекотание.

Мама пошла за свечками, я же так быстро как смогла выбежала на улицу, чтобы отдышаться.

Погода в тот день была замечательная. Все таяло и по асфальту сбивались воедино узкие потоки воды. Перед церковью стояли несколько скамеек, подсушенных под весенним солнцем. Я забралась на одну из них и стала ждать маму.

Прохладный воздух забирался под мою куртку и я наслаждалась дуновением ветра, в то время как наблюдала за мокрой землей под своими ногами. Мое внимание не привлек и тот человек, что присел рядом. Я лишь заметила черную рясу, спускающуюся к его щиколоткам. Это был священник – когда я повернулась в его сторону, то увидела, что это был молодой священник.

Он поправил свою одежду и скрестил руки на груди. Я почувствовало его вмешательство в свое личное пространство. Это не был тот человек, который просто сидит рядом, он своим присутствием заставлял меня чувствовать причастность к нему, ко всему, что происходило вокруг.

В моей голове создалось впечатление, что мы очень долго говорили с ним о чем-то, а теперь просто погрузились в молчание. И священник ждал, когда я произнесу следующее слово. Я заерзала на месте, не зная, то ли мне встать и уйти, то ли продолжать сидеть.

– Я не должна быть здесь, – кажется эту мысль я произнесла вслух. Видимо мой демон в очередной раз шепнул мне на ухо.

– Мы в том месте, где и должны быть, – тихо ответил священник, будто ожидая от меня этих слов.

– Я чувствую себя не в своей тарелке рядом с церковью, – еле слышно прошептала я, боясь, что моя фраза вызовет в нем волну недовольства.

Но в ответ он лишь глубоко вздохнул.

– Меня отвергает это место, я знаю это. – Продолжила я, но более уверенно.

– Мы все дети божьи, мы все равны перед владыкой господней.

– Только не я.

Священник повернулся в мою сторону и слегка улыбнулся.

– Мы все… – произнес он, – но каждый из нас сам выбирает путь, по которому он идет.

– Что если выбор уже сделан, но не мной?

– Ты всегда можешь это исправить. Господь дает шанс. Только попроси его.

– Я не могу. Это невозможно…

Он посмотрел на меня еще раз, но с его лица в ту же минуту исчезла улыбка. Он вглядывался еще и еще, отчего мне стало не по себе. Еще чуть-чуть и мне казалось, что священник с омерзением отодвинется от того места, где сидела я. Но этого не