Твоя смерть тебя спасет - Лена Валевская

— Ладно, — заговорила я от страха и полного непонимания, что делать и как спастись. — Вы хотите заполучить бессмертие Кощея. Но зачем вам я? Для чего вы меня похитили?

— До Кощея сложно добраться, — охотно пояснила Моревна, поигрывая светящимся наконечником. — А ты — другое дело. Не думала я, что он сподобится двойника моего бессмертием одарить, да так даже лучше вышло. Вот у тебя-то я бессмертие и вытяну, себе заберу. Всё, Марья поддельная, не мешай мне волшбу творить. Тут чары тонкие, сосредоточиться надобно.

Так она не просто так напротив меня стоит, она чары творит?

И тут я расхохоталась.

Что общего между Моревной и Кощеем моим ненаглядным — оба одну ошибку совершили, в одном просчитались. Как ошейник несуществующую силу запирал, так наконечник сейчас вхолостую волю злодейки исполнял.

Вот и Моревна заметила неладное или ее смех мой смутил. Нахмурилась она, процедила рассерженно:

— Что тебя так развеселило, Марья поддельная?

— Сколько, — спрашиваю, — процентов уже скачано?

Не поняла она всех слов, но смысл уловила. Провела свободной рукой над наконечником и вдруг развернулась в гневе к Ивану.

— Ты обманул меня! Нет у нее бессмертия! Обычная девка! Ты кого мне привел?!

Иван вжал голову в плечи, взглянул на жену затравленно.

— Она сама мне так сказала! Сказала, что Кощей дал ей бессмертие!

Я развеселилась еще больше.

— Нет. Я сказала, что он мне так сказал. Но подразумевал совсем другое. Он меня вроде как мучить тогда собирался. И мне надо было сбежать любой ценой. Кто ж виноват, что Ваня разбираться не стал, и уточнять, правильно ли понял, тоже.

Пусть я была в руках врагов своего любимого, но на сердце стало легко-легко. От того, что ненароком разрушила их планы и тем самым отомстила за собственное похищение.

— Дурак! — прошипела чародейка. — Тогда мне эта девка без надобности!

Сложила она пальцы щепотью и с силой развела, в мою сторону ладонью раскрытой толкнула. И сразу же взвилась в воздухе черная пыль, ко мне устремилась. Не знаю, что это за колдовство такое и чем мне грозило, но я вскинула перед собой руки в защитном жесте, и пыль рассеялась, так и не долетев до цели.

— Как же я забыла, — нехорошим голосом произнесла Марья, прищурившись. — Мои чары с тебя как с гуся вода, коли этого пожелаешь. Потому и наваждение мое легко скинула, когда я тебя выманить пыталась из-за черты морозной да яблочком с сонным зельем угостить. Коварный бог! Наделил тебя щитом колдовским. Не ожидала я такого, когда к его помощи прибегала да двойника из других миров вытаскивала.

— Бог? — вскинулась я. — Ты знаешь, кто дал мне благословение?

Она хитро усмехнулась, увидев мой интерес.

— Помучайся, Марья поддельная, неведением.

А затем обернулась к стоящему столбом мужу.

— Что же ты, Ванечка мой, натворил, знаешь ли, как жену свою ненаглядную подвел?

Всполошился царевич:

— О чем ты говоришь, Марьюшка? Чем я подвел?

— Кольцо на ней обручальное, — произнесла она ласково, и в сладости ее голоса явственно заплескался яд. — И не просто кольцо. — И тут как рявкнет на Ивана. — Оберег это! Оберег огромной силы! С его помощью Кощей всегда знает, где она находится, и найдет нас в три счета!

И точно, как же я забыла?! Кольцо, серебряная полоска на моем пальце, из бывшего ошейника-цепи переделано, а никакое не обручальное. Кощей сам говорил, что так я не потеряюсь, и он легко найдет меня где угодно.

Выходит, он уже знает, что его Мару похитили? И спешит на выручку?

А Моревна пуще прежнего злится, на мужа непутевого орет:

— Никакого толку от тебя, одни проблемы! Просила самую малость подсобить — влюбить в себя дурищу чужемирную да заставить бессмертие у Кощея забрать! Даже этого не смог! Так еще и амулет следящий проворонил, врага моего могущественного прямо на жену родную вывел! Так зачем мне такой муж, получай же, окаянный, что заслужил!

В последний момент понял Иван, что простой руганью от жены за промашку свою не отделается, дернулся испуганно, попятился, но всё равно поделать ничего не поспел, да и не смог бы. Дунула королевна на пустую ладонь, а с нее острые лезвия полетели в царевича прямой наводкой, пробили тело молодецкое, а завершив свое черное дело, истаяли сизой дымкой.

— Что ж, добавится славы злодею Кощею, — мстительно хохотнула злодейка. — Изрубил он Ивана-царевича, за то, что тот у него Марью Моревну на третий раз вызволил да увез.

В горле застрял крик, остолбенела я от ужаса и глаз не могла отвести от рухнувшего под деревьями на свежую травку царевича.

А Моревна уже ко мне обернулась, потеряв интерес к убитому мужу. Посмотрела на меня странно, по-новому. Будто впервые видела.

И вдруг сказала:

— Значит, обручилась ты с ним. Обручилась со Смертью.

Еще раз. Со Смертью? Мне от шока померещилось, потому что я смерть человека только что воочию увидела?

— Удивляешь ты меня, Марья, — усмехнулась чародейка с издевкой. — Не ожидала я, что приглянешься ему. Да так, что себя забудет, кольцо на палец девице наденет. Думала, порешит тебя он, как только схватит, но ты жива осталась. Думала, в темнице держать будет, на двенадцати цепях, а тебя в комнаты пустили. Думала, вечной узницей останешься вместо меня, а ты свободу получила. И знаешь, что надумала я? Люба ты ему. Сердце свое он тебе отдал и забрать обратно забыл. Может, и не надо было тебя призывать да вместо себя Кощею отдавать? Самой надо было к нему идти? Глядишь, это меня сейчас бы любил, за мной бы шел?

— Тебя уж точно нет, — выдавила я через силу, отрывая взгляд от жуткой картины. Не скажу, что так уж жалко мне прислужника колдуньи, но такой кончины не пожелаю никому. — Он знает, что я не ты, что я другая. А у тебя душа черна настолько, что только наивный дурачок и мог полюбить. И от того ты своими руками избавилась.

Зачем я с ней пререкаюсь, для чего трепыхаюсь напоследок? Она и меня сейчас на тот свет отправит, в Навь, в царство мертвых, как несчастного Ивана. Не магией, так найдет другой способ.

Только бы Кощей и в самом деле не вздумал явиться. Нельзя ему, пока в руках колдуньи его смерть.

Как бы эту смерть изловчиться да отобрать?