«Переполох» в затерянном городе - Дина Сдобберг

— Олди права. — Поддержал девушку Влад Басар. — Отец примерно тоже самое говорит. Да и браконьеров и тех охотников, что зверя бьют ради развлечения, он очень сильно не любит. Так не любит, что им с ним лучше не встречаться.

— Я слышала, твой папа иногда вообще лес перекрывает и никого в него не пускает, и даже работы прекращает. — Обрадовала парня своим интересом Арлин Свон, которая для всех была его невестой.

— Почему иногда? Регулярно. Пару раз в год. — Охотно пояснил парень. — Когда у зверья свадьбы начинаются, и когда звери детёнышей начинают выводить. Вот пока молодняк на ноги не встанет, охоты не будет. В лес только егеря ходят, чтобы осматривать лес, не появились ли незваные визитёры. Да кормушки пополняют. Или если морозы лютуют. У нас же там зимы совсем не такие мягкие, как здесь. Снега иногда с мой рост. Зверям до корма не добраться. Тогда тоже кормушки полные стоят. Ещё сухой мох оставляем, солому. Их звери и птицы растаскивают по норам и гнёздам. Чтоб теплее было. Это нам хорошо, мы у камина в плед закутаемся, и вой вьюги за окном только уютнее дом делает.

Парень рассказывал о привычных картинах жизни у себя дома, на севере, а Арлин слушала, даже забыв, где они находятся. В голосе волка появилась еле слышная, но завораживающая тональность. То ли эхо рычания, то ли лёгкая хрипотца. Парень мягко заключил заслушавшуюся девушку в некрепкие объятья, чтобы не напугать.

— Но именно в такие морозы начинаются небесные пожары. Когда небо вспыхивает разными цветами и полыхает всю ночь. Куда там радуге. Нигде такого нет, только у нас на севере. — Продолжал рассказ о красотах своей родины Влад.

— Да, значит, и увидеть этого нельзя? — расстроилась Арлин.

— Почему же? Закутаю в теплую шубу на меху, и посмотришь. — Улыбнулся Басар.

— Да? Правда? — обрадовавшаяся Арлин, даже не поняла, что предполагается, что она поедет на север.

— Оу! Распелся соловей, про края бескрайние, дивные и далёкие. Где звёзды лежат на земле, отражая миллиарды огней. Ты девица не млей, и на те песни не ведись. А то обернуться не успеешь, и уже законная жена с выводком волчат! — у открытой калитки стоял пожилой оборотень.

Митракс, или дядька Митя, сам был из трущоб. Только вместо того, чтобы воровать, нанялся подрабатывать на стройку. Ещё старый Ривс, отец нынешнего главного, работящего и смекалистого парня приметил. Доверял ему работу, учил, ставил учеником к хорошим мастерам. Всю жизнь дядя Митя проработал на Ривсов, о чём ни разу не жалел.

О голоде и бедности он уже и не вспоминал. Молодую жену в своё время, привел уже в собственный дом. Детей выучил. Оба сына пошли работать по стопам отца. А так как старому оборотню самому по стройкам бегать было уже не с руки, а его знания и опыт очень ценили, то поставили старшим в столичном филиале. Чтоб следил за материалом, как расходуют, да чтоб не халтурили. За свое доброе имя Ривс-отец спросит так, что мало не покажется никому.

Его слова словно разрушили что-то вокруг девушки. Всё очарование рассказа исчезло, а вот находиться в объятьях Влада, вдруг показалось приятным. Может из-за того, что он не прижимал её к себе, что есть силы, и она могла из них ускользнуть. А ещё Арлин с удивлением для себя поняла, что желание увидеть горящее небо вовсе не пропало, после слов пришедшего приказчика.

Да и слова о выводке волчат совсем не напугали и не оттолкнули. Даже её волчица внутри довольно потянулась. "Сильный волк, смелый. И большой. Можно спрятаться". Высказала своё мнение волчица, прежде чем снова уйти в сон.

Арлин было очень спокойно в окружении однокурсников и тех парней, что ходили с ними в патрули. Она, всегда боявшаяся скопления народа, сейчас была довольна и никакого волнения не чувствовала.

Небольшие перерывы — перекусы быстро заканчивались. Работа кипела. Кто заканчивал свою часть, шёл помогать другим. Вечером очень уставшие ребята покидали дом Льеров, оставляя за собой чистый сад, подрезанный и без опавших веток, полностью вымытый и пустой дом с разобранным крыльцом, которое дядя Митя посчитал совсем не подлежащим к ремонту. Только менять. И с подготовленной под камень и большое количество досок и бревен площадкой.

Отставая на два шага от толпы студентов, шел Арчи Шваргер. На его руку облокотилась Алисия Дерк. Они о чём-то оживлённо разговаривали, смеялись и спорили. Но тот, кто взял бы на себя труд прислушаться, с удивлением бы услышал, что речь идёт о воспитании и обучении.

Арчи и Алисия сходились во мнении, что от того, кто воспитывает, зависит очень многое. Но Арчи считал, что любой ребенок должен знать, что такое ответственность и что можно получить наказание. А Алисия заверяла, что достаточно любить и понимать. Не оправдывать всё и вся, а мягко направлять и объяснять.

Арчи только притормозил возле старушки-цветочницы, чтобы приобрести букетик поздних цветов. Парни оглянулись на преподавателя, и решили, что мастер Шваргер плохому точно не научит. Поэтому уже через несколько минут, бабушка осталась с пустыми корзинками. А Ригос один букет вручил Сабрине, а вот второй нёс в руках.

— Эл, неужели к себе в комнату прикупил? — подначивали его парни.

— Много вы понимаете, а я хочу немного порадовать сразу двух красавиц. — Ригос усмехнулся, заметив, как сверкнули карие глаза, и пока букет не прилетел ему в лицо, уточнил. — Думаю, пусть и мелочь, но миссис Эллине будет приятно.

— Ригос, ты смотри, а то дорадуешь, будешь у мастера Ларнаки в сотый раз зачёт сдавать. — Заржали старшекурсники.

— Пфф. — фыркнула Сабрина. — Возьмёшь билеты, а я попрошу маму, она тебя подготовит. И даже вашему мастеру Ларнаки будет не придраться.

Эл шёл рядом с девушкой и улыбался. Когда Сабрина услышала, что второй букет для её мамы, что бы той было приятно, на него посмотрели, как никогда до этого. А возможность того, что Сабрина будет ему помогать, вызвала желание не сдать зачёты и экзамены по дисциплинам Ларнаки специально.

А вот у ворот академии всех ждал сюрприз. Курьер с огромной корзиной цветов. Ярко алые розы просто кричали о своей дороговизне. Оказалось, что это заказ для Алисии Дерк. Кто отправитель было неизвестно,