Обережный круг - Анна Андреевна Иванова

Ректор и Диннариэль были удивлены столь практичным подходом. В её возрасте девушки склонны больше романтизировать, чем мыслить логически, но Ри мыслила иначе.

— Позволь мне самому решать, когда рисковать своей жизнью. — сказал принц.

Ри только вздохнула.

— Конечно, если это не связанно со мной, то пожалуйста.

Ректор понял этот разговор по-своему и продолжил, обращаясь к ней:

— Значит мне нужно будет поговорить с тобой наедине. Есть вопросы, которые я должен тебе задать, без свидетелей.

Она кивнула. У неё тоже были вопросы.

Диннариэль с Сэмюэлем переглянулись, и принц пожал плечами.

— Нам уйти?

— Нет, не сейчас. Сперва решим вопросы, связанные с вами. И так вы хотите сделать Ри третьей в вашей тройке?

— Да, ректор. — Сэмюэль был краток в этом вопросе.

— Диннариэль? — ректору нужен ответ от обоих братьев.

— Я не то, чтобы против. Я просто не знаю, насколько подготовлена Ри. В отличие от брата, я ни разу не видел девушку в бою и прежде, чем принимать решение все же хотелось бы знать её уровень боевой подготовки. Прости Сэм, я доверяю тебе, но не ей. Ты её давно не видел, мало ли что изменилось. Я хотел бы сперва познакомиться поближе, а потом делать выбор.

— Разумно. — ректор был согласен с Диннариэлем в этом суждении.

Сэмюэль не обрадовался, но не мог не согласиться что он прав.

Даже Ри согласно кивала головой:

— Думаю твой брат прав. Кроме того, я тоже хотела бы сперва войти в курс дела, прежде чем принимать такие предложения. Вдруг и я решу, что эта тройка не для меня?

Сэмюэль возмущенно вскинулся.

— В академии нет тройки лучше, чем наша! То есть двойки. Ну по крайней мере на первом и втором курсе. — добавил уже тише.

Ректор и Ри усмехнулись такому порыву.

— Ладно, ладно. Вдруг я не дотяну до вас?

— Не верю. Ты лучшая. — Сэм был угрюм и насуплен. Всё шло не так, как он мечтал во время ожидания встречи.

— Это было давно, с тех пор прошло много времени. Ты не знаешь какая я сейчас. Я не знаю какой ты. Нужно время чтобы заново друг друга изучить, это естественно, Гвоздь. Ой, Сэмюэль. Прости, привычка…

— Ничего, — буркнул принц, но от этого старого прозвища на душе потеплело, как будто они немного сблизились при этом. — Ты права, вы все правы. Не стоит торопиться.

— Ну вот и хорошо, тогда присматривайтесь пока. Когда решите сообщите мне. Как бы там ни было, я думаю, вы наиболее подходящая тройка из всех. Но не будем торопиться, я жду от вас взвешенного решения.

Все немного помолчали, обдумывая происходящее и ректор продолжил:

— Так вот по поводу моей фамилии, я представлю вас, как свою воспитанницу. Не вдаваясь в подробности, буду отвечать, что вы моя племянница, жившая вдали от столицы. Вашу мать звали Лилиан Росс де Арман, и вы её совсем не знали. Это правда, у меня была сестра. Она умерла сразу после вашего рождения. Что тоже правда, только родила она мальчика, но он тоже помер. Вас воспитывали воспитатели, про них можете говорить что угодно. Я приезжал раз в год, а то и реже, поэтому мы друг друга практически не знаем. Это поможет нам не испортить легенду несоответствиями. Чем меньше мы говорим друг о друге, тем лучше. Но думаю, никто кроме короля не посмеет допрашивать вас всерьез, а король знает правду.

— Всю? — испугалась Ри.

— Да, скрывать что-либо от Его Величества не рекомендуется для всех.

Ри не была рада. То, что король знает о её происхождении, может испортить все планы. Но ничего не поделать, пока всё так и останется.

— То есть отец тоже знает? — Сэмюэль был возмущен до глубины души. — И ничего мне не сказал?

— Это было лишь наше предположение. Просто Ри подтвердила наши подозрения своим поведением сегодня. Он пока не в курсе.

— Так может ваши подозрения и не о том, о чем я подумала? Может у нас разные мысли? И причины? — Ри подумала, что с ней сыграла злую шутку её подозрительность. Она заподозрила, что ректор знает тайну и приписала то, чего может и нет. Быть может, он совсем другое происхождение имел ввиду. В лесах теряется и гибнет огромное количество народа, вдруг они искали кого-то другого?

— Может, но это мы обсудим позже. Сейчас о другом, Сэмюэль, твой отец изъявил желание завтра присутствовать на испытаниях. Сам понимаешь ты должен быть с ним в ложе, как и ты Диннариэль. Если хотите провести Ри на арену сделайте это заранее, а после идите на трибуны.

— С чего бы это? Он лет десять отказывался?

— Он знает о Ри.

— Откуда? Вы ему доложили? — Догадался Диннариэль.

— Да. Я доложил ему сразу как она появилась на пороге академии. Твое приглашение подало сигнал, когда ты переступила границу академии. — Объяснил он, видя, как Ри вскинула вопросительно брови. Она кивнула, принимая ответ. — Правда, я так и не доложил ему, что это подтвердилось и тебя приняли. Я сделаю это после нашего личного разговора. Когда все проясню.

Разговор заглох, в этот момент принесли ужин, что ранее заказывал Ричард.

— О, еда! Наконец-то! — Диннариэль был счастлив.

Они сели ужинать и стали разговаривать на отвлечённые темы, чтобы не портить друг другу аппетит. Хотя на самом деле тема была одна. Сэмюэль рассказывал, чего он добился за то время пока ждал Ри, о своих победах и неудачах. Иногда вспоминая смешной случай, связанный с этим, вклинивался Диннариэль. Конечно, рассказать пять лет за один ужин не возможно, но это никого не беспокоило. Ри не торопясь ела и слушала. Ректор тоже. Диннариэль просто ел, а Сэмюэль вообще, кажется, не ел. Видя это, Ри спросила:

— Ты что не голоден? Ничего не ешь.

— Да? Я как-то и не заметил.

Вклинился ректор.

— Вы поешьте как следует, а мы побеседуем с Ри. Ри выйдем на минуту?

— Конечно.

Ректор пригласил её в соседнюю комнату и когда она зашла поставил щит от прослушивания.

— Я думаю им пока ни к чему это знать. — объяснил он свои действия. Ри хоть и проследила с интересом за всеми его действиями, но ничего не сказала.

— Итак, самый важный из вопросов. Он прежде всего интересует даже не меня, а короля. Ты понимаешь почему?

Ри испытующе посмотрела на ректора.

— А можно мне просто поучиться, не участвуя в играх короля?

— Боюсь это невозможно, если твое происхождение мы определили верно.

— А если нет?

— А если нет, то в играх как ты выразилась короля, для тебя нет места,