Змеи Неба и Пламени - Ребекка Кенни

— Чёрт, да ну…

— Процесс спаривания, инкубации и вылупления может немного ускориться, — продолжает Телисе. — Но когда всё будет завершено, появится кучка маленьких драконов-перевертышей, которые будут прыгать вокруг. Я устроила всё так, чтобы они вылуплялись в форме драконов и не могли менять формы первые шесть месяцев. Конечно, всё это зависит от капризов заклинания. Я продумала всё тщательно, как уже сказала, но иногда магия ведёт себя по-своему. — Она снова смеется, будто это лучшая шутка в мире.

Я знаю, что её заклинание спасло мне жизнь, и всё же, на мгновение, моя ярость затмевает благодарность. Её лёгкость в разговоре на эту тему приводит меня в бешенство.

— Ты отменишь это, — требую я. — Или умрешь.

Эшвелон рычит низким голосом.

— Ты не убьешь её.

— Если она не будет сотрудничать, я убью её.

Он шагает вперёд, расправляя могучие плечи, они поднимаются и выгибаются в знак непокорности.

— Нет. Я не позволю.

Я вытягиваю крылья и шею.

— Я — твой принц, Эшвелон. Ты будешь делать, как я говорю.

— Повиновавшись тебе, мы и оказались в этом беспорядке. Проливание её крови ничего не исправит.

— Мальчики, мальчики, — говорит Телисе, шатаясь между нами, держа в одной руке бокал и махая другой, как бы пытаясь меня успокоить. — Нет нужды устраивать это. Заклинание невозможно отменить — можете похитить любого другого волшебника и спросить его. Они скажут вам, что это невозможно. Я не смогла бы его отменить, если бы захотела. Давайте сосредоточимся на хороших новостях. — Она снова похлопывает меня по носу, и я напрягаюсь. — Вы всё равно сможете пережить ваш сезон спаривания, которого так жаждете, и насладитесь временем вылупления. Потомство, которое выйдет из яиц, возможно, будет немного отличаться от того, что вы ожидали, но вся суть в том, чтобы продолжить драконью расу, правда? Так что, пока черты будут сохранены в какой-то форме…

Я прыгаю вперёд, отбрасывая свою голову в сторону Телисе и сбивая её с ног. Её тело с грохотом врезается в стену пещеры, гораздо сильнее, чем я намеревался.

Серилла соскальзывает с моей спины и бежит к Телисе, как раз в тот момент, когда мощный поток синевато-белого морозного огня взрывается мне прямо в лицо.

Эшвелон рычит всей своей мощью, прямо бросая мне вызов, который я не могу проигнорировать. Мы в основном невосприимчивы к огню друг друга — потребуется много сил, чтобы убить одного из нас — но смерть не является целью таких вызовов. Здесь всё о доминировании.

С рычанием я атакую.

16. Серилла

— Со мной всё в порядке, — запыхавшись, отмахивается колдунья, отбрасывая моё беспокойство. — Я хочу это видеть!

Она вытягивает шею, пытаясь взглянуть мимо меня на двух драконов, которые ревут, кусаются и царапают друг друга когтями и чешуёй на крыльях.

Эшвелон тёмно-серый и массивный в плечах, с необычайно длинной шеей и тупой головой, что придаёт ему почти змеиный вид. Из его спины торчат длинные шипы, начиная от шеи и до самого хвоста. В отличие от тёплого оранжевого пламени Киреагана, Эшвелон извергает вспышки льдистого огня, который одновременно замораживает и сжигает.

Киреаган тоже огромен, но его тело стройнее, не такое широкое в плечах и бедрах. Мне нравится его треугольная голова, блестящая чёрная чешуя и злобные шипы, что венчают каждую кость его крыльев…

— Не раздавите запасы, — кричит Телизе, пока два дракона продолжают ломать и перекатываться по пещере. — Берегите вино! Пожалуйста, только не вино!

Не могу сдержать смех. Мне она понравилась ещё до нашей встречи, просто потому, что заставила драконов довериться ей, а потом повернулась против них. А теперь я думаю, что она нравится мне ещё больше, несмотря на её замечание о яйцах.

Телизе забирает пустую чашу и, недовольно посмотрев на расплескавшееся вино, которое быстро впитывается в камень, говорит:

— Как жаль. Налью ещё. Хочешь?

— Пожалуйста, — отвечаю я. — Мой любимый напиток — чай, и я ужасно страдала от его отсутствия. Вино, однако, тоже подойдёт.

Она наклоняет голову.

— Так вот что имел в виду Эшвелон. По пути сюда он был расстроен, всё время говорил, что забыл «сделать чай» или «спросить о чае» от имени своего принца.

— Всё в порядке. Эти драконы часто не понимают, что делают.

— Подобно человеческим мужчинам, — подмигивает она мне.

— Ты права.

Следя за драконами, которые всё ещё сражаются, колдунья ползёт к бутылкам с вином и снова наполняет свою чашу. Я наблюдаю, как Киреаган прыгает на Эшвелона и прижимает его шею к земле. Эшвелон взрывается, но Киреаган сохраняет захват и рычит предупреждение прямо в его лицо.

— Я не сдамся, — задыхается Эшвелон. — Если только ты не поклянешься не убивать её. В противном случае тебе придётся убить и меня. Ты готов к этому, принц?

Киреаган поднимает голову, выгибает шею и бросает взгляд на меня и Телизе. Его жёлтые глаза сужаются, прежде чем он снова смотрит на Эшвелона.

— Ты заботишься о колдунье, — говорит он.

Телизе ухмыляется, её взгляд прикован к дракону с ледяным огнём.

Эшвелон извивается.

— Это преступление?

— Только если забота о ней делает тебя предателем своего рода. Ты знал, что она собиралась сделать?

— Нет. Клянусь всеми костями моих предков.

— Хорошо. — Киреаган скривил губы в том, что неожиданно напоминает зловещую усмешку. — Я обещаю не причинить ей вреда, если ты прямо сейчас поклянешься взять её как свою спутницу жизни. Она станет твоей ответственностью и твоим бременем.

— Спутница жизни? — восклицает Телизе. — Подождите-ка минутку…

— Я согласен, — немедленно отвечает Эшвелон. — Согласен.

— А ты, Телизе. — Киреаган поворачивает свою огромную головку с рогами в её сторону. — Твой единственный шанс выжить — стать парой с этим драконом, который готов ослушаться своего принца, чтобы обеспечить твою безопасность. Как его спутница жизни ты будешь защищена от всех в этом клане, кто может захотеть тебе навредить — и поверь, я не единственный, кто в ярости из-за того, что ты сделала. Ты согласна?

Румянец от розового вина исчезает со щёк Телизе.

— Похоже, мне не остаётся другого выбора.

— Тогда я объявляю тебя связанной с ним навеки. Мы проведём церемонию сплетения костей после сезона вылупления. Иди, принцесса.

Но я остаюсь на месте.

— Я хочу остаться здесь и пить вино, а также посмотреть запасы. Может, там будет мыло.

— Будет, — уверяет меня Телизе.

— Тогда я остаюсь. Ты иди и говори со своими людьми — с твоими драконами, я имею в виду.

Киреаган спрыгивает с ещё неподвижного тела Эшвелона и приближается ко мне, опуская голову и с