Он, она и ее дети - Джил Мансел

Quelle surprise.[24]

— А мне надо наедине поговорить с тобой, — заявила Лотти. — О Руби и Нате. Карен, ты не против, если мы сначала завезем тебя?

Наевшейся до отвала Карен уже хотелось побыстрее избавиться от них, поэтому она обреченно махнула крохотной сумочкой от «Шанель». В отличие от других сумок «Шанель», которые доводилось видеть Лотти, эта была настоящей, а не подделкой.

— Делайте что хотите.

Лотти понравился ее тон, он означал: «Ты выиграла, я сдаюсь». Ура-а-а!

Забавно.

— Классно сработано, — сказал Марио, во второй раз останавливаясь у «Домика волынщика».

Улыбка Лотти была безмятежной.

— И не говори.

— Довольна собой?

— Очень. Спасибо.

— В этом, знаешь ли, не было надобности. Я не нуждаюсь в дуэнье.

— Естественно, не нуждаешься. — Похлопав его по руке, Лотти сказала: — Ты ведь не собираешься изменять Эмбер?

— Тогда зачем ты это сделала?

— Для страховки. Чтобы загасить вспышку.

Марио закатил глаза:

— Зачем?

— Затем, что сегодня ты ночуешь здесь. С нами.

— Тебе нужно мое тело?

Лотти возразила:

— Нет, но я знаю одну девушку, которой оно нужно.

— Ее уже нет.

— Да, но вдруг она позвонит тебе и, несмотря на все твое здравомыслие, уговорит тебя снова с ней увидеться. Как твоя дуэнья, я обязана защищать тебя от злобных распутниц. Я вообще считаю, что тебе следует пожить у нас до конца недели. Дети будут в восторге.

— И?..

— И когда Эмбер вернется и спросит меня, как ты себя вел, я смогу ответить, что хорошо.

Марио с полуулыбкой посмотрел на нее и покачал головой.

— Для тебя действительно это так важно?

— Я хочу, чтобы мои дети были счастливы. Для меня это значит больше, чем что-либо другое. А Эмбер они любят. И будут счастливы, если вы с Эмбер останетесь вместе. Я просто не хочу, чтобы ты им все испортил.

— Ладно-ладно. Если это так важно, я поживу у вас до конца недели.

Ура, победа! Выскочив на дорогу, Лотти, подпрыгивая, подбежала к водительской дверце. Когда Марио, высокий, стройный и стильный в темно-синей рубашке и потертых джинсах, вылез из машины, она обняла его и с благодарностью поцеловала в щеку. Взявшись за руки, они пошли по дорожке к дому. Было всего десять, что означало, что дети не спят и их с Марио сейчас обязательно принудят сыграть в «Монополию».

— Одна вещь. — Лотти хотела открыть входную дверь, но Марио остановил ее.

— Какая?

— Она касается твоей нудной лекции о том, что я должен оставаться с Эмбер, потому что дети любят ее, и что если я свяжусь с кем-то еще, их жизнь будет разрушена.

— Ну? — Если им суждено играть в «Монополию», Лотти хотелось играть гоночной машиной. Она всегда выигрывала, когда ее фишкой была гоночная машинка.

Марио оценивающе посмотрел на нее:

— Тогда почему тебе можно встречаться с Тайлером Клейном?

Марио находился в зале, когда охлажденный кондиционером салон парикмахерской огласил восхищенный свист. Подняв голову, он увидел ту, кому был адресован этот свист: через раздвижные двери в зал вошла Эмбер.

— Ну ты и подлец, ну тебе и везет. — Джерри, источник свиста, потер подбородок, заросший модной щетиной, и принялся оглядывать Эмбер с видом тренера, которого трудно удивить и который подбирает себе лошадь на аукционе. — Если ты когда-нибудь решишь, что больше не хочешь ее, я тут же заберу ее у тебя.

— Мечтай-мечтай, — усмехнулся Марио, потому что Джерри весил больше центнера и любил прятать седину, щедро закрашивая ее специальной краской.

Более того, у Марио не было намерений скидывать Эмбер кому-то другому. Глядя, как она идет по залу, он вдруг поразился, как шикарно она смотрится в ярко-желтом шелковом топе и пышной белой юбке. Ее светлые волосы стали светлее, а загар — темнее. И она была полна кипучей энергии. К счастью, в этот момент в салоне не было клиентов.

— Вот ты и вернулась. — Сначала Марио злился, но сейчас радовался, что Лотти взяла на себя роль его дуэньи. Его совесть была чиста, он не сделал ничего плохого, и от этого на душе было хорошо. Обняв Эмбер, он вдохнул запах ее кожи и поцеловал. — Я скучал по тебе.

— Серьезно? — Повернувшись к коллеге Марио, Эмбер кокетливо осведомилась: — Это так?

— Вовсе нет. — Всегда готовый помочь, Джерри заявил: — На вашем месте я бы послал его подальше. Как насчет того, чтобы вместо него встретиться со мной?

— Она похожа на идиотку? — Марио взял Эмбер за руку. — Давай отойдем куда-нибудь, где не так много народу.

— Одну секунду. Джерри, мой друг хорошо себя вел?

— Абсолютно. Он был вежлив со всеми стриптизершами, всегда спрашивал разрешения, прежде чем запихнуть двадцатку им в трусики. — Расхохотавшись собственной шутке, он продолжил: — Всегда грел руки, прежде чем…

— Увольнял своих служащих, — закончил Марио.

— Наверное, я спросила не того, — горестно улыбнулась Эмбер.

Марио сжал ее руку:

— Пошли. Мы сможем спокойно поговорить снаружи.

Выйдя на парковку позади салона, он снова поцеловал ее.

— Когда ты вернулась? Я ждал тебя только вечером.

— Самолет приземлился в час, и мы были дома в половине третьего. Я не могла дождаться вечера, очень хотелось тебя увидеть. Одна из моих постоянных клиенток решилась на отчаянный шаг и, пока я была в отъезде, попыталась самостоятельно покрасить волосы. Вероятно, сейчас она похожа на Ворзеля Гаммиджа и отказывается выходить из дома, пока я все не исправлю. Вот поэтому я и оказалась здесь.

— Но… ты могла бы заехать к нам. — Марио просто не верилось, что она приехала; всю последнюю неделю он буквально считал часы. — У нас куча всяких вкусностей для барбекю. Дети умирают — так хотят увидеть тебя.

Эмбер внимательно посмотрела ему в лицо:

— А ты?

— Я тоже. — Ну как она может спрашивать его об этом?

— Что ж, хорошо. Но у Мейзи зеленые волосы. Придется потратить немало времени, чтобы все исправить, и к вечеру я буду вымотана донельзя. Поэтому увидимся завтра. — Эмбер отперла багажник своего бирюзового «фиата» и достала коробку. — Можешь передать вот это Нату и Руби, это их обрадует.

В отличие от Тайлера Клейна Эмбер была мастером по выбору подарков, ей всегда удавалось найти именно то, что нужно. Подхватив коробку, Марио сказал:

— Вообще-то они предпочли бы тебя.