Электрический Дракон - Иса Белль

Хотя смену настроения Деметрио от не замолкающего шута до кровожадного убийцы вполне можно была рассчитать за две разные личности и, соответственно, двух разных людей.

Дэниел пропустил смешок.

– Ничего страшного, – напомнил мне он, потому что я уже начала злиться на себя за то, как воспоминания решали, что им не место в моём мозгу. – Остались ещё вопросы?

Да, что-то было… Однако интерес к тому, что я увидела, рассеял все мысли, никак не связанные с этим, поэтому я повернулась лицом к коллекции машинок, надеясь, что это поможет мне вспомнить.

Но на самом деле мне хотелось ещё немного поглазеть на них.

Рассмотреть каждую.

Пощупать её.

– Ему нравилось собирать их, когда он был ребёнком, – рассказал Дэниел, подходя ближе.

– Но они даже не распакованы, – возразила я.

Все машинки были погружены в нераспечатанные прозрачные пластиковые коробки. Я уже потянулась, чтобы взять одну из моделей и потрогать её, как и собиралась, но остановилась, услышав ответ Дэниела.

– Собирать, – подчеркнул мужчина. – Неро дарил ему по одной за неделю в школе, проведенную без драки.

Я быстро пробежалась глазами, считая сколько их здесь было.

– Тут от силы на три семестра из двадцати четырёх.

Дэниел протяжно выдохнул, будто вспомнил то время.

– Деметрио находил повод для драки во всём. От неуважения к преподавателю, ведущего лекцию, до конфискации обеда от заучек.

Я снова открыла дверцу, желая хотя бы просто рассмотреть их поближе.

– Он хранит их в память о том, что может быть лучше, чем он есть.

Лучше? Наказывать негодяев заслуживало уважения, а не покорения, даже если применённые способы для того были насильственны.

– Но почему он не игрался ими? Разве ему не хотелось?

– Деметрио крайне бережен к тому, что любит.

Уголки на коробках не были даже слабо помяты, говоря о том, что он ни разу не открывал их. Сумасшествие.

– Значит, их нельзя трогать? – немного расстроено поинтересовалась я.

– Можешь, – опроверг мои мысли Дэниел. – С тех пор, как ему исполнилось шестнадцать, он собирает их коллекцию в ином формате.

Я нахмурилась, не совсем понимая его.

– В каком?

– В том, в котором он может устроить свою задницу.

Я опять пробежалась глазами по полкам в поиске той самой машины, которая участвовала в гонках. Серо-голубой Porsche, правда, без акульей улыбки во весь бампер, стоял слева сверху.

– Получается… я могу открыть?

Дэниел кивнул, и я захлопала в ладоши, прыгая на месте.

В моих руках оказалось три коробки с самыми интересующими меня моделями. Я добралась до кровати, присела на неё и поставила две из трёх рядом, собираясь поочередно познакомиться с каждой.

Aston Martin Valkyrie.

Mazda RX-9.

Audi R8 Decennium.

Когда голос в голове назвал марку каждой, я на мгновение замерла, удивившись своим познаниям, а затем, не теряя времени на раздумья откуда мне было известно так много, приступила к распаковке.

– Если это дом вашего брата, – напомнила я самой себе, открывая крышку коробки, – тогда почему они здесь?

– Этот дом самое безопасное место из всех, что мы имеем, – Дэниел подошёл ко мне, остановившись сбоку и с неподдельным интересом наблюдая за мной. – О нём знаем только мы четверо.

– Пятеро, – исправила, улыбнувшись.

Если мне дали знать о настолько родном месте для всех них, значило ли это, что меня по-настоящему принимали в их семье?

Я предельно аккуратно вытащила каждую машинку, чтобы даже не было видно, что до них кто-то дотрагивался, отодвинула коробки в сторону и стала любоваться. У них открывались двери, капоты, багажники. Колёсики крутились настолько мягко, что хотелось устроить гонку прямо на полу.

Было настоящим кощунством не играть с ними, будучи ребёнком. Да даже взрослым!

– Нравятся? – спросил Дэниел.

– О-о-очень, – протяжно подтвердила я, не желая отводить от них глаз.

Однако всё же сделала это, чтобы посмотреть на мужчину, и заметила его окровавленную повязку, про которую мы говорили до того, как речь зашла о машинках.

– Опять ты за своё!

Я встала, положила коробки с игрушками на стол, собираясь немного позже ещё подержать их в своих руках, а потом вернуть на место. После чего подошла к Дэниелу, который стоял, как ни в чём ни бывало.

– Что?

– Ты ранен.

Я аккуратно дотронулась до бинта на его плече, боясь сделать больно.

– Нужно сменить. Сейчас же.

Взяв его за руку, не собираясь выслушивать протест, который, слава всем Божествам, когда-либо упомянутых Деметрио, не был произнесён вслух, но был заметен по тому, с какой тяжестью мужчина следовал за мной, потащила его в ванную.

Когда мы оказались внутри, Дэниел опустился на неширокую скамью прямо посередине комнаты и неожиданно усадил меня к себе на колени.

– Никаких поцелуев, пока ты не научишься заботиться о себе, – строго предупредила я.

– Тебе лучше не командовать мной, если не хочешь, чтобы я перенапрягся, опустившись на колени и напомнив тебе, как мне нравится заботится о тебе.

Я ахнула его наглости и прикусила щёку изнутри, стараясь сдержать реакцию на то, как сильно мне пришлась по душе его угроза.

Схватив ножницы, которые уже ждали нас, мягко тыкнула их острием ему в грудь.

– Буду.

Дэниел засмеялся.

– Тогда будь готова встретиться с последствиями, Сирена.

Интересно, все мужчины пугали своих женщин тем, что если она не замолчит, то он заставит её кричать, погрузив свой язык в её киску?

– Я всегда готова.

– Я знаю.

Его рука сжала мою талию чуть сильнее обычного.

Я же в это время глубоко вздохнула и просунула лезвие ножниц под край бинта, намереваясь разрезать его, но остановилась, почувствовав внезапно подступившую к горлу тошноту.

– Я могу сделать это сам, – заметив, предупредил Дэниел. – Или позвонить Арабелле.

– Нет.

Мой ответ прозвучал настолько резко и твёрдо, что уголки его губ дёрнулись в полуулыбке, когда я посмотрела на него. После чего он опустил свободную ладонь на моё бедро, сминая его.

– Тогда действуй.

Больше не медля, я разрезала перевязку, и бинты повалились на пол. Его рана слабо кровоточила, а кожа вокруг окрасилась в красный из-за разводов.

Я положила руку на второе плечо Дэниела, чтобы подняться с него, однако он не позволил мне этого сделать.

– Ты не закончила.

– Раковина слишком далеко, а мне нужно промыть твою рану, – объяснила. – Я не…

Но он не дал мне договорить, двинувшись по скамье вместе со мной, пока мы не добрались до пункта назначения на другом конце.

– Только бы не отпускать меня? – удивилась я.

– Никогда.

Дэниел передал мне чистое полотенце, которое я смочила теплой водой, и я очистила им кожу вокруг его пульсирующей