Хрупкое убежище - Кэтрин Коулc

— Шеп, — зарычала она. — Ты не будешь ставить эту дурацкую систему у меня дома. Это чересчур. Я постоянно забываю коды. Один из моих спасенных зверей или я сама собьем твои любимые датчики. И тогда кто-нибудь из людей Трейса будет приезжать сюда каждые пару часов. Нет.

Он упрямо посмотрел ей в глаза:

— Тебе нужна система. Или ты переезжаешь к кому-то из нас.

В глазах Ро вспыхнуло упрямство, золотистые искорки заплясали:

— Не командуй мной, Шепард Колсон.

Он поморщился:

— Ро. Твой дом вчера пытались сжечь. Оставили прямую угрозу. Тебе нужна защита. Сейчас.

Она тяжело выдохнула:

— Трейс уже включил меня в маршрут патрульных.

— Это значит, что кто-то будет проезжать каждые пару часов. За это время многое может случиться.

Меня передернуло от этой мысли, но я знал — Шеп прав. Достаточно нескольких секунд, чтобы все рухнуло.

Ро прикусила губу:

— Сигнализация, камеры снаружи, но никаких этих твоих безумных датчиков.

— Датчики на двери и окна поставить все равно нужно. Без них сигнализация не работает. Но обещаю — никаких датчиков движения, — пообещал Шеп.

— Ладно. Но сделай простой код. Чтоб я запомнила, — проворчала она.

— Мой день рождения пойдет? — ухмыльнулся Шеп.

Ро показала ему язык:

— За такое ты на следующий день рождения получишь только носки. А еще я скажу Лолли, что ты мечтаешь о новой алмазной вышивке со стриптизером-эльфом для коллекции.

У Шепа отвисла челюсть:

— Ты не посмеешь.

Ро приподняла бровь:

— Все зависит от того, будешь ли держать слово и не превратишь мой дом в какого-нибудь безумного робота-убийцу.

Я закашлялся, пытаясь сдержать смешок, а Шеп кинул на меня злобный взгляд. Он вообще-то обожал строить дома, напичканные техникой. Колонки в каждой комнате для музыки и переговоров. Управляемые со смартфона плиты, освещение, замки. Он кайфовал от каждого nerd-деталька, но было ясно — Ро это не прельщало.

— Некоторые люди рады, когда я переношу их дома в двадцать первый век, — пробурчал Шеп.

— Тогда найди таких людей. А я не хочу, чтобы какой-то искусственный интеллект перехватил управление моим домом и прибил меня во сне.

Шеп покачал головой:

— Тебе надо перестать ходить на эти ужастики с Фэллон.

Ро строго посмотрела на него:

— А вдруг. Ты не знаешь, на что вся эта дрянь способна.

— Способна на то, на что я ее запрограммирую, — возразил он, бросив взгляд на меня.

Я поднял обе руки:

— Я за безопасность, но без всего остального могу обойтись. Мне нравится включать свет обычным выключателем.

— Вот видишь? — Ро посмотрела на него победно.

— Безнадежны. Оба, — вздохнул Шеп, махнув рукой к своей машине. — Пошли, начнем установку.

Я уже шагнул было за ним, но не удержался — бросил еще один взгляд на Ро. Хотелось еще раз впитать этот свет. Но она уже смотрела прямо на меня. На лице — не шутливая улыбка, что была только что при разговоре с Шепом, а чистая, обнажённая уязвимость.

— Если когда-нибудь решишь впустить кого-то, чтобы разделить этот груз — я рядом.

Она не ждала ответа. Просто развернулась и ушла в гостевой дом, унося с собой этот свет.

Я смотрел ей вслед слишком долго, будто пытался разглядеть светящиеся частицы, что остались в воздухе после нее. Хотелось собрать их все и сохранить. Но они были как светлячки, если держать в клетке, они погибнут. Оставалось лишь наслаждаться теми мгновениями, когда они кружат рядом.

Когда за ней закрылась дверь, я заставил себя отвернуться. Шеп ждал у моего грузовика, но смотрел не на машину, а на меня. Его взгляд был не жестким, но настороженным.

В голове метались проклятия — все адресованные самому себе. Это не похоже на меня. Стоять и пялиться вслед девушке, которую я едва знаю, чувствуя, что теряю какую-то важную часть себя, когда она уходит.

Хотя это и не совсем так. Я не знал деталей повседневной жизни Ро, ее любимого цвета или еды. Но она стала единственной, с кем я хоть на секунду поделился настоящей правдой после смерти Греты. Единственной, кому я позволил хоть немного увидеть мою боль.

Потому что раньше я считал, что не заслуживаю того, чтобы кто-то видел мое страдание. Оно было моей виной с самого начала. Но в эти украденные моменты с ней Ро пробивала стены, которыми я оградил свою боль. Она давала мне возможность отпустить хотя бы несколько осколков.

— Скажи, о чем ты сейчас думаешь? — спросил Шеп, когда я подошел.

Боже, да он и сам не хотел слышать честный ответ. О том, что я не мог перестать думать о его сестре. О женщине, что младше меня на восемь лет. О ком-то, кого он оберегал куда больше, чем готов был признать.

— Думаю, нам нужно поставить такую систему, чтоб камер было как в Голливуде, — пробормотал я.

— Энсон…

В этом коротком слове было слишком много всего. Тяжесть, которую я не был уверен, что смогу вынести.

— Мне нужен ты, дружище. Нам надо понять, с чем мы имеем дело. Если дашь Трейсу свои данные — он подключит тебя в расследование...

— Нет. — Слово хлестнуло, как кнут. — Никто не должен знать.

Это было почти чудом, что до сих пор никто не догадался. Были статьи обо мне. Интервью в прайм-тайм. Не говоря уже о книгах, которые я написал о тонкостях преступной психологии. Только то, что я использовал в качестве фамилии свое второе имя, спасло меня от простого поиска в Google.

Но от более темных сил это меня не спасло.

— Это моя сестра, — сквозь зубы процедил Шеп. — Какой-то ублюдок поджег ее дом и оставил угрозу. Мы должны найти, кто это сделал.

Тяжесть осела на груди, сдавливая до боли, не давая сделать нормальный вдох.

— Не уверен, что тебе стоит хотеть, чтобы я этим занимался.

Потому что я уже однажды облажался. Тогда, когда это было важнее всего.

Но даже пока эти мысли вертелись в голове, я знал: я не смогу отойти в сторону. Потому что Ро важна. Даже если я изо всех сил не хотел, чтобы она была.

Мой мозг уже начал собирать кусочки в общую картину. Искал закономерности и поведенческие паттерны, триггеры и реакции. Я не мог это остановить.

Шеп уставился на меня пристально:

—