Десятая невеста. Драконья печать - Лиса Райс

Мы медленно движемся через разрушенный зеркальный зал, осторожно переступая через осколки. Искра летит впереди, указывая путь.

— Как ты нашел ход в лабиринт? — спрашиваю я. — Я думала, ты не можешь сюда войти.

— Не мог, — хрипло отвечает Вестар. — До сегодня. Дух зеркал питался… страхом и болью. Моими в том числе. Он создал зеркала, которые отражали все, что я боялся увидеть. Мою семью, их смерть… Поэтому я избегал этого места.

— Но сегодня ты вошел.

— Сегодня я был… в отчаянии, — он произносит это с трудом, словно признание дается ему нелегко. — Я не мог найти тебя нигде. Искра привела к зеркальному коридору, и я… просто пошел за ней.

— Ты рисковал.

— А ты нет? — в его голосе слышна усмешка, пусть и усталая. — Ты пыталась обмануть духа зеркал в его собственном логове.

— И почти преуспела, — напоминаю я.

— Почти, — повторяет он, и теперь точно улыбается, хоть и слабо.

Мы продолжаем путь, и постепенно зеркал становится все меньше. Наконец, Искра приводит нас к огромному зеркалу, которое занимает всю стену. В нем отражается просторный зал с высокими потолками и витражными окнами, за которыми клубится привычный мрак.

Мы идем сквозь. Мгновение спутанности, дезориентации — и вот мы стоим в просторном зале с высокими потолками и витражными окнами.

Выбрались. Я чувствую, как меня наполняет облегчение, граничащее с эйфорией. Мы сделали это. Мы живы. Третья ночь миновала и у нас есть душа второй невесты.

Глава 16

Я не помню, как мы добираемся до спальни Вестара. Усталость накрывает меня тяжелым одеялом, стирая границы реальности. Помню только, как Искра летит впереди, как Вестар, несмотря на собственную слабость, поддерживает меня, и как мои ноги отказываются слушаться.

Последнее, что я помню перед тем, как провалиться в сон — тяжесть рядом со мной. Вестар, не менее измученный ночными событиями, опускается на другую сторону кровати. Слишком усталые, чтобы думать о приличиях, мы просто закрываем глаза и позволяем тьме забрать нас.

Пробуждение… неловкое. Я открываю глаза, чувствуя необычное тепло, и обнаруживаю, что прижимаюсь к чему-то твердому и теплому. К кому-то. К Вестару. Моя голова покоится на его груди, его рука обнимает меня за плечи, а наши ноги переплелись под тяжелым покрывалом.

Я замираю, не смея пошевелиться. Сердце Вестара бьется ровно под моим ухом, его дыхание глубокое и спокойное. Он все еще спит.

Что я должна делать? Аккуратно выскользнуть из его объятий? Притвориться, что все еще сплю? Или…

Решение принимается за меня, когда Вестар резко напрягается. Я чувствую, как меняется ритм его дыхания, и понимаю — он проснулся и тоже очевидно осознал наше положение.

— Это… неожиданно, — его голос хриплый со сна.

Я отодвигаюсь, чувствуя, что стремительно краснею.

— Прошу прощения, — бормочу я. — Я не хотела…

— Спать на мне, словно я подушка? — он приподнимает бровь. — Или слюни пускать мне на рубашку?

— Я не пускала слюни! — возмущаюсь я, прежде чем заметить едва заметную улыбку в уголках его губ.

— Откуда тебе знать? Ты же спала.

Я неуверенно касаюсь щеки, но она сухая. Этот невыносимый дракон дразнит меня!

— Ты… — начинаю я, но останавливаюсь, видя, как Вестар морщится, садясь на кровати.

— Болит? — спрашиваю я с внезапной тревогой.

— Все тело словно через мельничные жернова пропустили, — признается он, морщась. — Трансформация всегда забирает много сил, но после ночи с духом зеркал…

Он не заканчивает фразу, но и так все понятно.

— Ты рисковал ради меня, — тихо говорю я.

Вестар бросает на меня странный взгляд.

— Не только ради тебя, — отвечает он наконец. — Дух был паразитом, угрозой для всех душ в замке. Включая мою собственную.

— Но ты боялся того места. Ты сказал, что никогда не входил в зеркальный лабиринт.

Его глаза темнеют.

— Я не боялся. Просто здраво избегал лишнего риска.

Он встает с кровати и подходит к окну, отдергивая тяжелую бархатную штору, словно тьма там, за окном, может когда-то смениться на свет.

— Что ж, раз мы оба живы и в относительном порядке, — говорит он, не оборачиваясь, — нам пора продолжить поиски. Чем быстрее соберем кристаллы, тем быстрее покончим со всем этим.

Я понимаю его спешку. И сама ведь тоже хочу поскорее выбраться.

— Где кристалл? — вдруг спохватываюсь я, не ощущая его в руке.

— Здесь, — Вестар указывает на прикроватный столик, где тот лежит рядом с подсвечником. — Я забрал его, когда ты заснула.

Я киваю, чувствуя облегчение.

— Так что теперь? — спрашиваю я. — Как мы найдем остальные души?

Вестар облокачивается о подоконник, скрестив руки на груди. Я замечаю, что его рубашка разорвана во многих местах, а на коже виднеются царапины и синяки.

— Моя мать, — произносит он после паузы, — была не только княгиней, но и алхимиком. Она изучала старую магию, задолго до того, как Ктулах и его культ появились при дворе. У нее была библиотека и лаборатория в западном крыле. Возможно, там мы найдем подсказки.

— Я не знала, что драконы занимаются алхимией, — замечаю я.

— Обычно нет, — он слабо улыбается. — Моя мать была… необычной. Она восхищалась человеческими науками, считала, что наши расы могут многому научиться друг у друга.

На его лице мелькает выражение, которого я раньше не видела — нежность, смешанная с печалью. Передо мной не холодный хозяин замка, а сын, вспоминающий мать.

— Расскажешь о ней… больше? — осторожно спрашиваю у него.

Вестар выпрямляется, и маска отчужденности возвращается на его лицо.

— Сейчас не время для историй, миледи. Сейчас нам нужно найти информацию.

— Конечно, — я поднимаюсь с кровати, чувствуя, как затекли мышцы. — Мне бы только сменить платье…

Он окидывает меня взглядом, и я вдруг осознаю, насколько растрепанно выгляжу — платье порвано, волосы спутаны, лицо наверняка грязное.

— Тебе здесь есть перед кем блистать? — ядовито отмечает он. Но, странное дело, я больше вообще не боюсь его. И его колкости меня не ранят. Либо я слишком устала, либо… не знаю… свыклась?

— Вестар… — выдыхаю устало и чуточку с осуждением. Дракон закатывает глаза.

— Я принесу еще несколько платьев из комнаты сестры,