Девушки, согласные на все - Маша Царева

– Майя…

– Ну что Майя? Раз в жизни тебя о чем-то прошу. Пожалуйста, будь другом. Пусть он меня тоже возьмет сниматься в порнофильм! Ну пусть, пусть!

– Это исключено, – тихо, но жестко ответила Ева. – Он бы меня убил, если бы узнал, что я тебе обо всем рассказала. Нет, Май, не проси даже!

Подруга ничего не ответила, только лицо ее странно окаменело. Было непривычно и жутко видеть ее подвижную, всегда готовую расплыться в улыбке физиономию в таком вот замершем виде.

– Май, ну ты что? Обиделась, что ли? – Ева тихонько тронула ее за локоть, но Майка сердито повела костлявым плечом, сбрасывая ее руку.

– Отстань. Только что ты мне жизнь сломала. – У нее был такой трагический вид, что Ева даже рассмеялась. И Майка вроде бы даже улыбнулась в ответ на ее задорный искренний смех. Они еще немного посплетничали об общих знакомых, обсудили последние тенденции мировой моды. Потом Еве все же удалось впихнуть в слабо сопротивляющуюся подругу кусочек восхитительно нежного сырного торта. О порнофильме больше никто не вспоминал. Во всяком случае, так казалось Еве.

У девушки была тоненькая статуэточная фигурка и безнадежно некрасивое худое остроносое лицо. Чем-то она смахивала на крысу – стильно одетую, приветливо улыбающуюся, модно накрашенную – и все же крысу.

Она ждала его у подъезда. А то, что девушка ждет именно его, Филипп почему-то понял сразу. Хотя мог бы поклясться, что раньше с ней никогда не встречался.

– Что за цыпочка? – похотливо прищурился подвозивший его Марат Логунов.

– Ты невыносим. Посмотри на нее, это же заморыш.

– Да? А на мой взгляд, попка хорошая, – лениво протянул Марат.

Филипп ничего не ответил, только раздраженно вздохнул. На его взгляд, Марат Логунов был всеяден. Ну не мог человек уснуть, если на соседней половине кровати не покоилось чье-нибудь разомлевшее от смелых ласк обнаженное тело! Иногда Логунов снимал самые сливки: топ-модели, именитые молоденькие актрисы, просто богатые холеные тусовщицы, а порой довольствовался и «осетринкой второй свежести».

– Если она тебе так нравится, вперед!

Филипп вышел из машины и, махнув рукой, направился к подъезду. Он ожидал, что Марат, приветливо посигналив на прощание, уедет. Но Логунов выключил зажигание и вышел вслед за ним.

«Неужели она и впрямь так уж его заинтересовала? – недоуменно подумал Филипп. – Впрочем, о вкусах не спорят. И в таких кузнечиков кто-то влюбляется!»

Приметив его, девчонка вскочила со скамеечки и одернула юбку. А потом, облизнув губы и поправив растрепанную ветром прическу, ринулась ему наперерез.

– Простите, пожалуйста!

– Да-да? – Он надменно на нее посмотрел, всем своим видом демонстрируя, что ее появление вовсе его не обрадовало.

– Вы ведь из тридцать седьмой квартиры?

– И что?

– Она, видимо, из ЖЭКа, – вставил подошедший Марат, разглядывая ее замаслившимися глазами.

– И вовсе нет, – казалось, девушка обиделась. – Меня Майя зовут. Майя Волкова. Мне поговорить с вами надо.

– Говорите, – пожал плечами он.

– Вы что, не собираетесь меня никуда пригласить? А разговор-то серьезный! Между прочим, предложение о сотрудничестве!

– Надо же, бойкая какая! – веселился Логунов. – А со мной посотрудничать не хотите? Держите визитку.

Девчонка машинально схватила картонный прямоугольник и, не глядя, сунула его в карман.

– Никуда приглашать я вас не собираюсь. Говорите так, и точка, – отрезал Филипп.

– В общем, только вы не спрашивайте, откуда я о вас узнала, – загадочно улыбнулась «крыска». – Потому что рассказывать об этом мне запрещено. Но до меня дошли сведения, – она интимно понизила голос и покосилась на Марата. – Сведения, что вы проводите съемки… Съемки определенного рода.

Филипп похолодел. Что это? Чей-то глупый розыгрыш? Может быть, девчонка эта – шантажистка? Неужели она действует в одиночку, такая молоденькая? А если нет – то кто за ней стоит?!

– Может, назначим встречу на другой день? – быстро предложил он.

– Я так понимаю, вы от меня отделаться хотите? – В ее голосе прозвучали угрожающие нотки или ему просто показалось?

Филипп почувствовал, как по спине у него побежали тоненькие струйки пота. Неужели эта тощая дурища собирается сдать его прямо при Логунове? Не понимает она, что ли, куда лезет?

– Пожалуйста, просто выслушайте меня! Я всего лишь хотела сказать, что согласна быть вашей моделью!

– Что? – растерянно захлопал он глазами.

– Моделью, – четко повторила девчонка. – Вы не беспокойтесь и не смотрите, что я такая худая. Размер груди у меня третий. И вообще – все на месте, – она звонко шлепнула себя по обтянутой невозможно узкими джинсами попе. – И я без комплексов! Вообще!

Марат Логунов весело причмокнул.

– Да о такой модели можно только мечтать!

– Да, девушка, – Филипп постарался сбросить с себя оцепенение. – Я действительно иногда занимаюсь эротической съемкой, но сейчас у меня совершенно нет времени. Но я хочу вам представить своего друга Марата Логунова. Он…

– Главный редактор журнала «Плейхаус»! – восторженно выдохнула Майка. – Ничего себе, как же я вас раньше не признала… Нет, я просто не верю, что мне так повезло!

Марат скромно потупился. Девчонка сияла от счастья, и Филипп подумал: «Так тебе и надо, красавица! Искала приключений на свою попу, вот и можешь считать, что нашла наконец. Марат наш тебя так просто не отпустит. Но и в журнал тебе попасть не светит. Мартышка!»

– Это мне повезло, – распинался Логунов. Он всегда был джентльменом, пока жертва полностью не попалась в его сети. – И у меня есть к вам интересное предложение. Если вы не против, поедем ко мне домой и все обсудим!

Филипп с интересом наблюдал за разворачивающейся перед ним сценкой. Неужели она согласится? Ведь ей прямым текстом предложил постель незнакомый мужик, в сущности, ничего взамен не пообещав.

А девочка, несмотря на некоторую дерзость, вовсе не смотрится шлюхой. Скорее, скромная такая студенточка, просто принарядившаяся слегка. Но Майя размышляла не больше минуты.

– Поехали! – воскликнула она. – Я согласна! Ох, всегда же знала, что рано или поздно, но быть мне звездой!!

Ева сказала, что останется в его квартире до двадцатого марта.

– Почему именно двадцатое? – недоумевал Филипп.

– У мамы моей день рождения, – пряча глаза, ответила она. – Поеду домой поздравить, там и останусь. Понимаешь, нельзя мне раньше-то.

– Это еще почему?

– Не рады будут, – пожала плечами Ева.

– Что еще за глупости! Любая мать рада видеть своего ребенка.