Уроки страсти - Марго Магуайр

Брайс несколько суток метался в горячке. Но к вечеру третьего дня взгляд его прояснился, и он пришел в себя.

– Заставил же ты нас поволноваться, братец, – сказал Эдрик, когда Брайс попросил кружку эля. Он побрил молодого человека, и взору окружающих явились запавшие бледные щеки больного.

Сняв повязку и осмотрев рану Брайса, Лора с облегчением вздохнула:

– Очистилась наконец-то!

Краснота действительно сошла, а края раны срослись.

– Теперь позволишь мне встать? – спросил Брайс.

– Позволю, – улыбнулась Лора. – Если у тебя сил хватит.

– Ванна – вот что мне нужно. Хочу смыть с себя пот.

– И простыни надо поменять, – сказала Лора, выходя из комнаты.

Эдрик помог Брайсу надеть свежую рубашку и сесть в кресло.

– У меня такое чувство, будто мне на голову свалилась корзина с камнями. Какие новости, Эдрик? Дроган вернулся?

– Пока нет. Но я жду его со дня на день.

– А Кейт? Она все еще здесь?

– Да.

– Значит, никаких путешествий в Эвешем-Бридж не предвидится?

Пришла служанка с кружкой эля, и Брайс с удовольствием отхлебнул глоточек. Эдрик оставил вопрос брата без ответа. Ему не хотелось говорить о Кейт, но он очень надеялся, что она выбросила из головы мысль о монастыре.

– Как Эйдан?

– Растет. – Его сын действительно начал набирать вес и уже не казался таким крохотным. Забота Кейт явно пошла ему на пользу.

Во время болезни Брайса няня была предоставлена самой себе, и Эдрик понятия не имел, как она проводила время днем. Он знал только одно: по ночам она отдавалась ему со всей возможной страстью.

При мысли о том, чем он возмещает свою невнимательность, на его губах заиграла улыбка.

Когда пришли слуги с ванной и горячей водой, Эдрик оставил брата и спустился вниз. В кухне Лора давала кухарке указания насчет легкого ужина для Брайса.

– Можете сегодня спать спокойно, милорд, – сказала она ему. – Пусть с ним стражник посидит. Лихорадка уже не вернется, я в этом уверена. – Целительница зевнула.

– Иди домой, Лора, отдохни, – велел Эдрик. – Кэдмон проводит тебя.

Она кивнула и пошла в комнату Брайса, чтобы собрать свои вещи и дать наставления слугам.

Эдрик провел ладонью по подбородку и тут же подумал о чисто выбритом лице Брайса. А затем припомнил и замечание Кейт о ямочке на подбородке Эйдана. По ее мнению, в будущем она придаст мальчику обаяния.

Прихватив с собой миску с ужином, Эдрик стал подниматься по лестнице, но по пути решил завернуть в свою спальню. Зажег лампу, снял с себя тунику и вытащил лезвие, которым брил Брайса. Мыло и тазик с водой уже ждали его. Устроившись на кровати, Эдрик избавился от бороды.

Кэтрин никак не могла заснуть и, накинув на плечи шаль, устроилась с вязанием у камина. Она очень переживала за Брайса, но Эдрик заверил ее, что помощь не требуется и Лора делает все возможное. Выходит, ей, Кэтрин, оставалось только молиться.

Погрузившись в работу, она не сразу услышала, как вошел Эдрик. Наконец увидела его и ахнула. Борода исчезла, волосы же были тщательно расчесаны.

У Кэтрин перехватило дыхание, она машинально прижала ладонь к груди – словно хотела усмирить неистовое биение сердца и обуздать свои чувства к этому саксонскому красавцу.

– У Брайса спал жар. – Эдрик присел на корточки рядом с ней.

У Кэтрин точно камень с души свалился, и она мысленно вознесла хвалу Господу.

– Вот за что я молилась!

– Теперь с ним все будет в порядке, – сказал Эдрик. Кэтрин провела ладонью по его щеке.

– Неудивительно, милорд, что ваш сын так хорош собой. – Она коснулась ямочки на его подбородке и провела пальцем по нижней губе. «Не ради меня ли он побрился?» – подумала Кэтрин, но тут же отбросила эту нелепую мысль. Нет, скорее всего он поступает так раз в несколько месяцев, чтобы борода до пояса не отросла.

– Что вяжешь?

Она развернула маленькое синее одеяльце.

– Ничего особенного. Элга говорит, начинать надо с самого простого.

– Хорошая работа, – сказал он с таким видом, как будто долго и тщательно рассматривал ее творение, а не взглянул на него мельком. – Брайс будет рад узнать, что ты всерьез взялась за рукоделие, – добавил Эдрик, усевшись рядом с ней.

– Вы просто дьявол, сэр.

– Да, я и не спорю. Поцелуй меня.

Бросив вязание на колени, Кэтрин исполнила его просьбу, и поцелуй ее был нежным и долгим. Когда же она наконец отстранилась, Эдрик пристально посмотрел на нее – и она словно растворилась в его глазах.

– Как вышло, что ты не умеешь вязать? – спросил он, глядя на нее все так же пристально. – Разве девушек не обучают этому чуть ли не с детства?

Кэтрин снова взялась за спицы; она лихорадочно подыскивала ответ, который не выдал бы ее с головой.

– Просто в детстве у меня ничего не получалось. Терпения не хватало. Скажите, а когда Дроган вернется?

– Может статься, что завтра. Данфергюс не близко, а там еще потрудиться надо.

– Люди ждут, что он привезет провизию?

– Да, верно. Наши воины захватили с собой повозки для добычи.

– И тогда все устроится? Еды на зиму хватит?

– Сомневаюсь… – Эдрик покачал головой. – Это, конечно, поможет, но, по подсчетам Освина, нам придется тщательно расписать рацион.

А вот в Кеттвике еды более чем достаточно. Урожай собрали богатый, отец даже не ожидал подобного изобилия. Земли в Кеттвике очень плодородные; к тому же там стали по-новому осушать болота, и теперь и эти земли используют как пашню. Интересно, согласился бы отец расстаться с частью своего урожая? Но что толку размышлять о несбыточном? Ведь она не может вернуться домой…

Они с Эдриком поболтали еще немного, а потом вмешался проголодавшийся Эйдан. Девушка стала кормить малыша, а Эдрик молча наблюдал за ней. Ребенок по-прежнему принимал молоко только из ее рук, и Кэтрин прекратила донимать Лору просьбами найти ей замену.

Искоса поглядывая на Эдрика, она думала: «Какой стыд… осознавать свою слабость, понимать, что ты не в силах противостоять мужчине. Надо бы собрать волю в кулак и уйти из Бракстона, но я не могу сделать это».