Рождество наступает все раньше - Валери Блок

– Ох, ну к чему эта бесконечная чепуха, Джастин, – сказал он, отрывая большими зубами кусок креветки. – Я знаю эту компанию. Я веду с ними дела. Кто-нибудь другой придет и выхватит ее у меня из-под носа.

Она услышала, как ее громко и пронзительно зовут по имени. У нее сжалось сердце.

– Мы подумали, что это ты! – провозгласила Конни, подбегая к ним.

– Дорогая, – крикнула Рода через весь зал, – у тебя потрясающе красивая кожа!

Кто-нибудь, отшлепайте наконец эту женщину!

– Рада тебя видеть, – чопорно сказала Джастин. – Я бы с удовольствием поболтала, но я сейчас на работе. – Она снова повернулась к своему клиенту, злая на весь свет.

– Ну ладно, не будем тебя беспокоить! – пропела Конни и притворилась, что подталкивает Роду к выходу. Но Рода не двигалась. Она внимательно оглядывала Крикета, который наслаждался ситуацией. Тот встал, вытащил из-за воротника салфетку и представился, беззаботно и естественно. Он прекрасно понимал этих женщин.

– Мы как раз обсуждали жениха этой дамы, – беспечно поведал он им.

– Жениха? – Конни задрожала от возбуждения. – Какого жениха?

Рода смотрела недоверчиво.

– Кэрол и словом не обмолвилась.

– Неужели! – отозвался Крикет с громким, глубоким, раскатистым смехом.

– Джастин? – потребовала Рода. Джастин сложила руки на коленях и ждала, пока все это закончится. Все остальные давно сбежали из своих деревень, где соседи считают своим долгом знать о тебе всю подноготную, – почему ей это никак не удается? Давно пора переселиться отсюда подальше.

– Рада была вас повидать, – сухо отчеканила она, попивая чай со льдом.

Женщины, семеня, направились к выходу, полные любопытства и огорченные невозможностью его удовлетворить. Голсуорси смотрел им вслед.

– Да, – он допил одним глотком остаток виски и пожевал льдинку. – Но у тебя действительно потрясающе красивая кожа.

В три Джастин сидела у Фарло в кабинете и смотрела, как он поедает принесенный из дома обед: тунец с луком, диетический хлебец и помидоры Когда она рассказала ему о заявке, он перестал есть.

– Он отвез тебя в «Ла Каск», – возмутился он, – поговорить о Билли Рэе? – Он дожевал, закрыв лицо руками.

– Может, он пьет, – предположила она.

– Шифф, я тоже пью, но ты не заставишь меня выложить семьдесят пять долларов за ланч – и не важно, СКОЛЬКО у меня припрятано на черный день.

Джастин рассмеялась. Фарло презирал тех, кто тратил деньги, чтобы пойти куда-нибудь и съесть по сандвичу с тунцом.

– Он позвонил мне домой в субботу вечером, пьяный в стельку.

– В разгаре встречи с «Фосдейл Клит»! – Фарло ударил себя по лбу рукой, а потом махнул ей, что она может уходить. В отличие от других мужчин его возраста он не ждал, что его будут очаровывать или развлекать. Ему не нужно было жаловаться на свою жену.

В холле она услышала свое имя по громкоговорителю.

– Джастин Шифф, ваша мать на второй линии! После маникюра она красит волосы, так что вы можете ей перезвонить, Джастин Шифф!

Вся фирма это слышала. Два партнера, три младших сотрудника и стажер повернулись и окинули ее внимательным взглядом. Боб не Элма, но больше ничего хорошего в нем нет.

– Терпеть не могу сопляка, который теперь берет у тебя трубку, – Кэрол старалась перекричать шум сушилки для волос. – Элма скучает по тебе. Она терпеть не может Харриет.

– Я надеюсь, что у тебя ко мне очень важное дело.

– С кем это ты помолвлена, могу я спросить?

– Ни с кем. Это тебя не касается.

– Ладно. Я твоя мать, но мне, конечно, полагается ждать объявления в «Таймс». Это тот, кто везет тебя в Вермонт?

– Никто никуда меня не везет.

– Ладно, значит, просто едешь. В качестве невесты?

– Я. Не. Помолвлена.

– Ладно, но в каком качестве? В качестве девушки?

– Нет, мама, в качестве слесаря. Это неуместно. До свидания.

Она повесила трубку и вызвала Боба в кабинет, чтобы отчитать как следует.

– Она сказала, это очень срочно, – оправдывался Боб, даже не пытаясь скрыть ухмылку. – Кто я такой, чтобы решать, что это не так?

– Слушай внимательно, – начала Джастин, но все еще не могла придумать, чем она, собственно, может ему пригрозить. Такое впечатление, будто он очень хочет потерять работу.

В эту минуту, обливаясь потом, вбежал Никки. В 1987 году «Вирджиния мэгазин» опубликовала статью, где указаны пять предприятий, сильнее всего загрязняющих окружающую среду. «Фитцсиммонс» был на третьем месте. Она немедленно позвонила Фарло.

– Как ты могла это пропустить? – зарычал он на нее и позвонил Луизе Броуди, старшему партнеру по вопросам окружающей среды, подруге Роберты. Никки тут же организовал селекторное совещание.

– Я сильно беспокоюсь по поводу начальной школы, – медленно проговорил генеральный советник Голсуорси.

Джастин стало нехорошо.

– Какой начальной школы?

– У нас начальная школа на земле «Фитцсиммонс», рядом с Ричмондом, там, куда раньше свозили контейнеры с отходами.

– Боже, – выдохнула Джастин.

– Давайте купим школу, – капризно вставил Голсуорси. Он звонил из своих апартаментов в «Плаза Атене».

– Это не изменит дела, – сказала Джастин. – Вы все равно отвечаете за ущерб и за все, что случится с детьми.

– Они на вид здоровенькие, – беззаботно отозвался Крикет. – Я на днях проезжал мимо, проверил.

– Не может быть, – Джастин опять стало неуютно. – Скажите мне, что ни с кем не разговаривали.

– С хорошенькой училкой.

– О боже. Но вы не сказали, кто вы такой?

– Конечно, сказал! Хорошая девчушка, и сообразительная такая!

– Вы ослепли! – завопил Фарло. – Вы что, не видите пятнадцати лет судебных разбирательств? Череду больных и увечных детей, подающих на вас в суд?

– Я предлагаю оставить в покое основной капитал, – сказала Луиза, изысканно вежливая и язвительная в свои почти пятьдесят. – Ограничимся активами, это уменьшит нашу ответственность. Потом распродаем восемьдесят процентов активов…

– А это вообще стоит покупать? – спросила Джастин.

– Ну же, люди! – рявкнул Крикет. – Я хочу эту штуку. Весь смысл в том, что это дешево и просто, и буквально в двух шагах.

– Нет ничего простого и дешевого в коллективном иске, когда потом влезаешь в долги, чтобы выкупить токсичные отходы по решению суда, – предупредила Луиза.

– Эти засранцы никакого права не имеют мне вякать – прошу прощения у дам. Если у нас тут тендерная битва, то я не хочу терять на это время.