Манящая тайна - Сара Маклейн

— Чушь! — отрезал Борн. — Мы договорились отбирать деньги у этих ублюдков и разрешаем им смотреть бои. Но мы не соглашались выставлять себя на потеху. А ты именно это и собираешься сделать. — Маркиз подошел к Темплу и взял со стола бумаги Лоува. — Это будет не бой. Это будет смертная казнь. И знаешь… Если уж ты так хочешь драться с ним, то подожди хотя бы, когда эта сучка объявит о себе. Тогда Лондон будет на твоей стороне.

Темпл сжал зубы, услышав столь нелестные слова о Маре.

— Мне плевать, на чьей стороне Лондон.

— Зачем ты лжешь? — Борн безрадостно рассмеялся и провел ладонью по волосам. — Я лучше других знаю, какого отношения к себе ты хочешь.

Не дождавшись ответа, маркиз продолжал:

— Сегодня я просмотрел бумаги Лоува. Он проиграл все, что не принадлежит ему по праву рождения, в том числе приличную сумму, которую каким-то образом заработал. Удивляюсь, что босс еще не отправил Бруно снять с юнца последнюю рубашку. Дома, лошади, кареты! Даже серебряный чайный сервиз! Черт побери, что мы должны с ним делать?

Темпл ухмыльнулся, забинтовывая запястье.

— Некоторые люди любят чай.

Борн швырнул бумаги на стол.

— Кристофер Лоув — главный неудачник в Британии. Причем он или не понимает этого, или ему наплевать. Но в любом случае его покойный папаша наверняка ворочается в гробу, мечтая заключить сделку с дьяволом, — только бы восстать из мертвых и убить болвана собственноручно.

— Ты ругаешь человека, потерявшего все за игорным столом? Какая ирония!..

Глаза Борна вспыхнули.

— Может, я и проиграл все, но я же потом все это и вернул. В десять раз больше! В сто!

— Мечта о мести очень тебе помогла.

Борн нахмурился:

— Я провел десять лет, мечтая о возмездии, убеждая себя, что в мире нет ничего более прекрасного, чем уничтожить человека, укравшего мое наследство.

Темпл кивнул:

— Да, верно. Ты именно это и сделал.

Маркиз внезапно помрачнел и тихо сказал:

— И я едва не потерял то единственное, что по-настоящему имеет значение.

Темпл снова взялся за кожаный ремень, свисавший с потолка, и начал растягиваться.

— Если бы все эти там, за дверью, знали, как вы с Кроссом таете, говоря о своих женах, «Ангел» утратил бы все свое могущество.

— Раз уж мы об этом заговорили, то знай: моя пылкая жена всегда меня ждет. А эти, там, за дверью, могут пойти и повеситься. — Борн помолчал и добавил: — Отмщение было моей целью, Темпл. Но какова твоя цель?

Темпл посмотрел другу в глаза:

— Цели меняются.

— Несомненно. Но будь готов. Возмездие — штука опасная. Она делает из человека ублюдка, уж я-то знаю.

— Я уже ублюдок, — отрезал Темпл.

Борн криво усмехнулся:

— Ты пушистый котенок, мой друг.

— Думаешь? Скажи мне это на ринге.

Борн поморщился:

— Все закончится совсем не так, как ты думаешь.

Нет, все закончится именно так, как он, Темпл, думает. Пусть Мара была вдохновителем его краха, но и ее братец сыграл свою роль — рыдал и хлюпал носом, сочинял обвинения. Именно он заставил весь свет поверить в историю про герцога-убийцу.

Вспыхнуло воспоминание: лет пять назад он, Темпл, идет по улице, и все его избегаю т. Никому не хочется перейти дорогу герцогу-убийце. Никто не желает возбудить его гнев.

Но тут Кристофер Лоув со своими дружками вывалился из паба и наткнулся прямо на Темпла. А тот настолько отвык от чужих прикосновений, что даже вздрогнул.

Пьяный Лоув уставился на него и на радость толпе завопил:

— Убийца моей сестры появился на улице средь бела дня! Какой сюрприз!

Пьяные идиоты захохотали, а Темпл похолодел, поверив в гнев Лоува. Поверив, что заслуживает этого. Он поверил, что действительно является убийцей.

Темпл пристально посмотрел на друга:

— Пусть она и украла у меня эти двенадцать лет, но и ее братец постарался…

Маркиз тут же кивнул:

— Да, верно. И оба они должны за это пострадать. Господь свидетель, Лоув заслуживает трепки. Тебе кажется, что ты отомстишь, протащив свою леди по Лондону. Ведь она будет опозорена, а тебя в обществе примут с распростертыми объятиями, и мамаши, мечтающие выдать замуж своих дочерей, начнут тебя преследовать. Но твой гнев никуда не денется, поверь.

Отмщение редко происходит так, как ожидалось. Этот урок он сам преподал мальчикам. И он точно знал, что это правда. Знал, что уже нельзя будет что-либо изменить.

Сев в низкое кожаное кресло, Борн продолжал:

— Но у тебя и сейчас есть все, что пожелаешь. Деньги, власть и титул, подпортившийся, конечно, из-за известных событий, но все равно твой. И давай не будем забывать про Уайтфон. Может, ты и не живешь там, но это поместье принесло тебе целое состояние, потому что ты оказался лучшим хозяином, чем твой отец. Но ты можешь получить еще больше. Можешь вернуться в общество и подыскать себе скромную девицу из тех, что вечно подпирают стенки на балах. Такие девицы обожают негодяев.

Борн был прав. Он, Темпл, мог получить все. Но он и сейчас имел очень много. Ведь деньги и запятнанный титул — это все равно больше, чем имело большинство других людей.

Темпл нахмурился и проворчал:

— Мне не нужна скромная девица.

— Тогда что тебе нужно?

Он хочет женщину страстную. И гордую.

Темпл посмотрел другу в глаза:

— Мое честное имя.

— Лоув его тебе вернуть не сможет. А потерпев поражение на ринге, он превратится в мученика.

Темпл долго молчал, затем утвердительно кивнул. Ему хотелось закончить этот разговор, но Бори спросил:

— А что эта женщина?..

Ему тут же представилась Мара: растрепанные золотисто-каштановые волосы и странные манящие глаза. И почему-то она всегда без перчаток…

Еще больше помрачнев, он буркнул:

— С ней у меня свои счеты.

Борн кивнул:

— Несомненно.

— Она меня опоила опием, — продолжал Темпл.

— Давным-давно, — заметил Борн.

Темпл покачал головой:

— Нет-нет. Также и в ту ночь, когда появилась передо мной.

Потребовалось некоторое время, чтобы до Борна дошли его слова.

Темпл стиснул зубы, зная, что сейчас последует, и жалея, что вообще сказал об этом.

Борн же разразился хохотом.

— Неужели?

Темпл покачался на пятках, подпрыгнул раз-другой и нанес несколько ударов в воздух. Притворялся, что вовсе не взбешен.