Время для наград - Татьяна Алюшина

— Жаль! — еще пошутил тот и уже другим тоном спросил: — Антон Александрович, я вам еще нужен?

— Нет, молодцы, быстро сработали! Езжайте, у вас теперь дел невпроворот.

Он выпрямился, пожал оперативнику руку, тот попрощался, отошел на два шага и повернулся.

— Знаете, я очень рад, что увидел вас, как говорят, вживую. Я о вас столько слышал, а сегодня увидел в работе и обалдел! И жена у вас необыкновенная! До свидания! — махнул рукой и побежал к машине.

Ната поднялась с корточек. Антон сразу ее обнял, она уткнулась ему в плечо и спросила:

— Как вы это снимаете? Напряжение после того, как все закончилось?

— Водкой или спиртом — это раньше, а теперь я бегу к тебе снимать!

— Нет, это мне сейчас не потянуть! Наверное, женщины по-другому устроены. А вот выпить в самый раз! Только не водку, а коньяка хорошего!

— Конечно, милая! — согласился Антон, повернул ее голову к себе, заглянул в глаза и спросил: — Ну, ты как? Получше?

— Да, отпустило. Поехали, а то стоим тут!

— Ты есть хочешь или только выпить?

— Только выпить.

— Сейчас организуем!

Они устроились в парке, на скамейке. Антон купил хорошего коньяка, апельсины, черешню, попросив продавщицу ее помыть. Он разлил коньяк в одноразовые пластмассовые стаканчики, и, ничего не говоря, они выпили. Закусили апельсином, который Антон почистил и разделил на дольки.

— Какое кощунство: такой коньяк и из пластмассовых стаканчиков! — сказала Ната.

— Экстремальные условия, — ответил Антон, посмотрел на нее внимательно и спросил: — Наточка, как это у тебя получилось?

Она вдруг поняла, что ей надо проговорить всю ситуацию, чтобы окончательно снять напряжение и самой понять, что же сейчас произошло.

— Я не знаю, как все получилось! Я пила квас, смотрела на тебя и вдруг почувствовала, как ты напрягся весь. Даже не так, собрался, что ли, ощущение такое, что сейчас будут стрелять! Не увидела, а именно почувствовала, как будто мы с тобой на одной волне. Я даже стаканчик уронила. Смотрела на тебя — ты все так же спокойно, расслабленно стоял на месте, но я чувствовала, что все изменилось. У меня мысли как пули стучали, даже больно было! Я соображала, что может быть, когда человек так напрягся внутри, оставаясь внешне расслабленным? Значит, кто-то рядом, кого не должно быть и кто не должен тебя здесь видеть! У меня было очень боевое детство, одна из наших с Динкой игр была «догадайся», когда надо догадаться, какая у подруги проблема, на расстоянии и сообразить, как действовать. Сейчас это очень мне помогло! Я подумала, что надо убедить этого человека: ты здесь случайно. Я уже шла к тебе, почти бежала, сдерживала себя, уже что-то играла, но еще окончательно не решила, а когда подошла, сразу все сложилось — и слова, и жесты, и голос, в одну секунду! У нас получилось?

— Получилось! Еще как получилось! Ты нас всех из такой задницы вытащила! — восхитился Антон.

— Кто это был? — спросила Ната.

— Хаким! Я тебе рассказывал, что они все ушли из-под наблюдения. Он был так загримирован, просто высший класс! Старик, что сидел на скамейке, заметила?

— Нет, вообще ничего не слышала и не видела, наверное, я плохой «агент»!

Антон засмеялся, поднял ее и пересадил к себе на колени.

— Ты самый лучший «агент» в мире! — чмокнул ее и продолжил: — Он изменился не только внешне, он изменился сам, по сути. Он был именно этим стариком! Его невозможно было вычислить!

— Но ты же вычислил!

— Просто я был на него настроен, на его волну, как ты говоришь, я его чувствую, и, невзирая на линзы, на одну секунду взгляд у него был острый. Мне повезло: в этот момент я на него смотрел!

— Значит, это ты спас ситуацию! — обрадовалась Ната, ей не хотелось таких «лавров».

— Нет, я не успел сообразить, что сделать, а ты так точно попала, просто фантастика! Кстати, генерал просил передать тебе свое восхищение по поводу идеи о расфасовке. Когда ему сообщат про сегодняшний спектакль, он в тебя влюбится!

Хаким ехал на старом ржавом «запорожце».

Старый автомобиль, за рулем которого сидел дедок, неторопливо пылил по трассе.

Груз он встретил и проследил за его отправкой дальше, все прошло без малейшего осложнения.

Но чувство опасности не проходило! В чем все-таки дело?

Пока весь план выполнялся в точности до минуты без единого сбоя. Сегодня ночью они перевезут товар на склад. Придется делать несколько ходок, но к этому все готово — сменные номера на машину, мгновенно сохнущая краска, тенты на кузов разных оттенков.

Он уже начал проверять своих людей, но пока не нащупал ничего настораживающего. С сегодняшней ночи и до отправления все они будут находиться вместе, он присмотрится к ним внимательнее. Об адъютанте он уже позаботился, так что с этой стороны все безопасно. В любом случае тот, пока не получит денег, ничего не станет предпринимать.

Может, Студент?

Тогда это серьезно и очень опасно!

На него Хаким пока не вышел, хотя подобрался совсем близко, день-два — и он его вычислит. Если он сейчас начал свою игру, могут быть серьезные осложнения, но только осложнения. Хаким предусмотрел абсолютно все, и этот вариант развития событий. Но при всех раскладах он вместе с товаром оказывается там, где его встречают.

О виденном сегодня на автовокзале мужике Хаким даже не вспомнил — эту версию он отработал, просчитал и отодвинул за ненадобностью.

Так откуда же исходит опасность?

Ната с Антоном проехали по Севастополю, по тем местам, которые наметил для себя Антон, получилось нечто вроде автоэкскурсии.

У Натальи зазвонил телефон.

— Ната, ты где? — спросила Вета, голос был немного встревоженным.

— Ветка, что случилось?

— Что ты сразу переполошилась? Ничего страшного, Димка приболел. Поднялась температура, врач был, осмотрел, ничего не нашел, говорит, возможно, реакция на жару. Да мы и сами видим, что ничего у него не болит. Но он все время хнычет, тебя спрашивает. Может, приедешь, колыбельную ему споешь?

— Конечно, Вета. Только я в Севастополе, мы прямо сейчас поедем домой!

— Ты только не паникуй! Если у вас с Антоном какие-то планы серьезные, не надо их менять.

— Вета, мы сейчас приедем. Что-нибудь нужно?

— Все есть, что ты, в самом деле! Целую, мы вас ждем!

Антон уже выруливал на дорогу, ведущую на трассу, поняв по ее ответам, что надо срочно ехать домой.

— Что случилось? — спросил он.

— Димка приболел. Температура, врач ничего не нашел, говорит: реакция на жару. Надо ему колыбельные спеть. У нас колыбельные им, всем четверым, я пою. Ветка, конечно, тоже поет, но не любит.