Время для наград - Татьяна Алюшина

К Антону подлетела Наталья и совершенно несвойственным ей высокомерным капризным тоном громко начала возмущаться:

— Что, их нет?! Это какое-то свинство! В конце концов, они тебя полдня уговаривали приехать! Пошли их подальше!

— Да! — недовольным и тоже громким голосом, подражая ей, ответил Антон.

Он импровизировал, сразу доверился Наталье и полностью положился на чувства, анализ шел параллельно, но опаздывал.

Ничего не думать! Только чувствовать!

Он достал оперативный телефон, набрал номер группы, работающей в Севастополе. Ответили сразу, после первого же гудка, он громко и жестко стал отчитывать:

— Господа! Я не привык так работать! Я десять минут нахожусь на автовокзале, как мы и договорились, а ваших представителей нет!

— В Севастополе? Срочно? Кто-то рядом из объектов? Сколько у нас времени? — посыпались вопросы.

— Десять минут назад! — продолжал он. — Это больше нужно вам, а не мне!

— Кто? Хаким? Будем через пять минут!

— Да! Что значит: «Простите, мы задерживаемся»?! — продолжал отчитывать Антон, не выходя из образа.

— «Вольво», серый, местные номера, человека он не знает, точно! Уже подъезжаем!

— За вас поручился мой клиент, только поэтому я согласился с вами встретиться! Через пять минут уезжаю! Все!

— Прикрывает старый «мерседес», синий. Будет стоять по маршруту троллейбуса! Две минуты, они уже там!

Антон отключил телефон.

— Ну что за дела? — возмутилась Ната. — Приперлись в этот Севастополь, они еще и опаздывают! Ты сейчас будешь делами заниматься, зачем ты меня взял с собой? Я бы на пляже полежала, мне педикюр надо сделать! — выговаривала она капризно.

— Да ладно! — снисходительно-купеческим тоном ответил Антон. — Я быстро все обговорю, посмотрю, что они могут заплатить и чего хотят. — Он притянул ее к себе, быстро погладил по попке и, добавив в голос интимности, сказал: — Работать ведь не я буду, я только оценю!

— Перестань! — Ната вывернулась из его объятий. — Ты знаешь, мне сказали, тут хороший дельфинарий, раз уж мы сюда приехали, может, дельфинов посмотрим?

— Дельфинов мы ночью с тобой посмотрим, — пошутил Антон. — Мы же собирались в ту церковь на горе и в ресторан, поэтому и сюда заехали, по пути!

— Ничего себе по пути! — продолжала капризничать Ната, но уже легко, без нажима. — Сначала мы ее проехали, а теперь возвращаться будем!

— Ладно, я уже все это слышал, — с легким раздражением ответил он.

На площадь вокзала на приличной скорости выехал «вольво» и остановился возле них. Из нее выскочил представительный мужчина, лет сорока, в темном костюме, несмотря на жару. В машине остался шофер.

— Простите, бога ради! — торопливо начал он извиняться. — Форс-мажор, так сказать, колесо прокололось, когда мы к вам ехали! Извините!

Антон молчал, изображая барское недовольство. Ната со скучающим видом достала из сумочки небольшой веер и стала обмахиваться.

— Прошу в машину! — предложил мужчина.

— Спасибо, мы на своей! — в меру строго ответил Антон. — Показывайте дорогу, мы за вами.

Он взял Нату под руку и не торопясь пошел к своей машине. Настроенный на Хакима, он старался почувствовать, сработало или нет.

Хаким слушал все очень внимательно.

Слушал и чувствовал.

Это не случайность, это стечение обстоятельств. У мужика бизнес — это ясно. Сразу такое не сыграть, в этом пару лет прожить надо! С женщиной у них роман в поезде завязался — это он видел, и что она довольно капризная — тоже. Как она тогда его бросила в ресторане и ушла, махнув ручкой, он помнил. Да и его «мадам» про мужика докладывала, обычный бизнесмен. Женщина для него старовата, таким молодые полагаются, но у него, наверное, в Москве молодых полно, при деньгах-то! А здесь решил отдохнуть от «кобылок». На них сколько сил надо и денег, а эта тоже небедная, видно. Значит, и секс поспокойней, и особо тратиться не надо.

Южный берег маленький, а такие мужики очень мобильны — как правило, на машинах по всему побережью раскатывают. А тут еще работа подвернулась. И расслабился он сразу, как только перед ним лебезить начали.

Нет — это мимо! Это не то! Все, иди, мужик, не мешай! Только время потратил! Надо работать.

Он быстро посмотрел на машину, к которой они шли. Прокатные номера, все правильно, похвалил он себя. И настроился на работу.

Проходя мимо лавочки и даже слегка задев Хакима ногой, Антон почувствовал — тот расслабился! Поверил! Сработало!

Не позволяя себе никаких чувств, кроме тех, что сейчас играл, он дошел до машины, открыл Наталье дверцу, помог ей сесть, сел за руль, не торопясь развернулся и пристроился за «вольво».

Только выйдя из поля зрения Хакима, достал телефон и позвонил:

— Старик, слева на лавке сидел.

— Старика видели! Спасибо, ведем! — И, не выдержав, тот, кто говорил с ним, воскликнул: — Мне еще в академии говорили, что вы шаман! Как — его просчитали?! В три секунды!

«В одну, — подумал Антон, — и чуть не вляпался! Если б не Ната!»

Он посмотрел на нее.

Ната сидела развернувшись к окну. С момента, как они отъехали с площади, они не сказали друг другу ни слова.

Он не знал, что сказать.

Он не знал, как она догадалась. Он не знал, как у нее получилось так верно, в самую десятку. Он не знал, что сейчас там, на вокзале, произошло. Но он точно знал: это она его «вывезла» и только она спасла ситуацию! Но как!

Ему позвонили:

— Хвоста нет, он купился!

«Я знаю, что купился! Я уже знаю!» — подумал Антон.

— Останови, пожалуйста, — придушенным голосом сказала Ната. — Меня сейчас вырвет!

Антон просигналил фарами идущей впереди машине и, быстро съехав на обочину, остановился.

Ната выскочила из машины и начала глубоко дышать, загоняя тошноту назад. Антон кинулся к ней:

— Все хорошо, солнышко, дыши, дыши! Присядь на корточки! Голову в колени! Дыши!

Ната дышала, Антон присел рядом и гладил ее по спине.

— Вот так, моя хорошая, все нормально! — успокаивал он.

К ним подбежал оперативник из «вольво», он уже снял пиджак и галстук.

— Что, девушку укачало? — спросил он.

— Девушку укачало на автовокзале! Это она нас всех, козлов, выручила! — резко ответил Антон.

— Ничего себе! — восхитился оперативник и, помогая разрядить обстановку, спросил: — Девушка, а вы не замужем? Можно вам предложение руки и, так сказать, сердца сделать?

— Замужем! — ответил, усмехнувшись, Антон.