У нас всегда будет лето - Дженни Хан

Конрада с ними не было.

– Где Конрад? – спросила я Тома. – Я думала, он у вас должен быть трезвым водителем.

Тома шатало на ступеньках.

– Незнаю. Он был с нами.

Я вышла к машине. Наверняка он отключился на заднем сиденье.

Конрада там не оказалось. Я уже начала беспокоиться, но заметила его силуэт на спасательной вышке на пляже. Я сняла обувь и направилась к нему.

– Спускайся, – сказала я. – Не засыпай здесь.

– Поднимись ко мне, – попросил он. – Всего на минуту.

Я замешкалась. Пьяным он вроде как не был. Я забралась наверх и села рядом с ним.

– Вы с ребятами повеселились?

Он не ответил.

– Здесь так красиво ночью, – проговорила я, глядя на набегающие на берег волны.

– Я должен тебе кое-что сказать.

Его интонация напугала меня.

– Что?

Глядя на океан, он сказал:

– Джер изменил тебе, пока был в Кабо.

Наверное, это было последнее, что я ожидала от него услышать. Он стиснул челюсти и выглядел разъяренным.

– Сегодня в клубе один его дружков рассказал. – Он наконец посмотрел на меня. – Мне жаль, что тебе пришлось услышать это от меня. Но я решил, что у тебя есть право знать это.

Я даже не знала, что ответить.

– Мне это известно, – призналась я.

Он резко повернулся ко мне.

– Ты знаешь?

– Да.

– И все равно собираешься выйти за него?

Мои щеки вспыхнули.

– Он совершил ошибку, – мягко сказала я. – Он ненавидит себя за это. Я его простила. Теперь все в порядке. Все просто замечательно.

Рот Конрада скривился в отвращении.

– Ты издеваешься? Он провел ночь в отеле с какой-то девушкой, а ты его защищаешь?

– Кто ты такой, чтобы осуждать нас? Это не твое дело.

– Не мое дело? Этот придурок мой брат, а ты… – Он осекся. – Я никогда не думал, что ты относишься к девушкам, которые мирятся с такими вещами.

– Я получала куда больше дерьма от тебя, – ляпнула я, не подумав.

Его глаза засветились яростью.

– Я никогда не изменял тебе. Я ни разу даже не взглянул на другую девушку, пока мы были вместе.

– Я не хочу больше говорить с тобой об этом. – Я стала спускаться с вышки.

Почему он говорил так? Я хотела все забыть.

– Я думал, что знаю тебя, – горько проговорил он.

– Значит, неправильно думал.

Я услышала, как он спрыгнул следом. Слезы подступили к глазам, но мне не хотелось, чтобы он это видел.

Конрад схватил меня за руку. Я попыталась отвернуться, но он заметил, что я плачу, и выражение его лица изменилось. Ему было жаль, и от этого мне стало еще хуже.

– Прости меня, – сказал он. – Мне не стоило тебе ничего говорить. Ты права. Это не мое дело.

Я отвернулась от него. Мне не нужна была его жалость.

Я пошла в противоположном от дома направлении. Не знала куда, просто подальше от него.

– Я все еще люблю тебя, – услышала я вдалеке его голос.

Я медленно повернулась.

– Не смей говорить такие вещи.

– Порой мне кажется, что я никогда не перестану любить тебя, ты всегда будешь рядом… – Он приблизился ко мне. – Здесь. – Конрад сжал футболку на груди, там, где было его сердце.

– Это все потому, что я выхожу за Джереми. – Я ненавидела себя за то, что мой голос так дрожал. – Только поэтому ты внезапно решил признаться мне.

– Не внезапно, – сказал он, глядя прямо на меня. – Я всегда тебя любил.

– Это не имеет значения. Уже слишком поздно. – Я отвернулась от него.

– Подожди, – сказал Конрад, снова хватая меня за руку.

– Отпусти меня, – сказала я ледяным тоном.

Он отступил, изумившись.

– Только скажи мне одну вещь. Зачем жениться сейчас? – спросил он. – Почему нельзя просто жить вместе?

Я задавала себе тот же вопрос тысячу раз. Но у меня все еще не было на него ответа.

Он обхватил меня за плечи.

– Пусти. – Я стала от него отбиваться.

– Подожди.

Сердце бешено колотилось. Что, если нас кто-нибудь заметит? Что, если кто-нибудь слышал нас?

– Если не отпустишь, я буду кричать.

– Дай мне всего минуту, пожалуйста. Прошу тебя. – Его голос звучал сдавленно и хрипло. Я выдохнула и мысленно начала обратный отсчет. Я дам ему ровно минуту и ни секундой больше. Я позволю ему говорить шестьдесят секунд и затем уйду, не оглядываясь на него. Два года назад это было все, что я желала от него услышать. Но сейчас было слишком поздно.

– Два года назад я облажался, – тихо заговорил он. – Но не в том смысле, в каком ты могла подумать. Той ночью… Ты помнишь ту ночь? Мы возвращались домой из колледжа, шел сильный дождь, и нам пришлось остановиться в мотеле. Ты помнишь это?

Я помнила ту ночь. Как я могла забыть!

– Той ночью я не спал. Я все думал, что мне делать. Какое действие было бы верным? Я знал, что люблю тебя, но также понимал, что мне было нельзя. У меня не было права любить кого-либо тогда. Смерть мамы выбила меня из колеи. Я был так зол и чувствовал, что мог взорваться в любой момент. – Он перевел дыхание. – Я не мог любить тебя так, как ты того заслуживала. Но я знал, кто мог дать тебе то, чего не дал я. Джер. Он любил тебя. Если бы мы остались вместе, я причинил бы тебе боль. Я знал это и не мог позволить себе допустить это. Поэтому я отпустил тебя. – Я прекратила считать. Вдох. Выдох. – Но этим летом… Господи, это лето. Быть рядом с тобой, разговаривать, как мы разговаривали раньше. Ты смотрела на меня как раньше.

Я закрыла глаза. Его слова не имели никакого значения. Я повторяла это вновь и вновь.

– Я снова увидел тебя, и все мои планы разрушились как карточный домик. Это невыносимо… Я люблю Джера больше всех на свете. Он мой брат, моя семья. И я ненавижу себя за то, что делаю сейчас. Но когда я вижу вас вместе, я ненавижу и его тоже. – Его голос сорвался. – Не выходи за него, Белли. Не будь с ним. Будь со мной.

Его плечи дрожали. Он плакал. Слышать его мольбу, видеть его таким уязвимым – это все разбивало мне сердце. Я так много хотела ему сказать, но не могла. Когда дело касалось Конрада, я не могла себя контролировать.

Я грубо скинула его руки.

– Конрад…

– Просто скажи мне. Ты еще испытываешь ко мне что-нибудь? – Он опять схватил меня за плечи.

Я оттолкнула его.