Маша - Татьяна Волк

— У меня будет! Он мне изменил, и продолжает это делать. А я не хочу разрушать его новые отношения. И хватит говорить о нём! — сердито выпалила я и выскочила на балкон.

— Маш, я знаю, я никогда не говорила с тобой на эту тему, из-за твоей просьбы, — опять подошла ко мне сзади подруга. — Но ты сейчас неправа. Кирилл он не так уж и виноват, как ты думаешь.

— Ты смеешься? — воскликнула я. — Маш, он изначально мне изменил! Он просил о маленьком шансе быть со мной до первого промаха, он знал, что мне это и так тяжело, после Никиты и при этом целовался с какой-то бывшей девушкой! Если только целовался вообще! Это измена, Маша, и поэтому здесь нет никакой ошибки!

— Но Никите же ты простила измену, — тихо сказала Машка.

Я подумала, что ослышалась.

— Прости, что ты сказала?

— Я говорю, что Никите ведь ты простила измену. И гораздо более серьезную. А Кир даже не целовался с этой девушкой, она сама к нему полезла. Я и Рома своими глазами видели. И он тут же оттолкнул её от себя.

Меня, как молотком по голове ударили.

— Какую измену я простила Никите, Маш?

Машка растерянно на меня посмотрела.

— Я как-то видела в клубе Никиту с его бывшей девушкой. Ты тогда уезжала на две недели отдыхать на море с родителями. Когда я подошла к ним, Никита лишь стал оправдываться тем, что вы поссорились, и он слишком зол на тебя. К тому же он был слишком пьян. А когда ты вернулась, вы с ним снова начали встречаться. И, когда я напомнила Никите о том случае, он сказал, что ты его уже простила, и попросил никогда не говорить тебе об этом, потому что это только ваши дела, и он не хочет, чтобы ты расстраивалась.

Я ошарашенно уставилась на подругу и медленно произнесла:

— Маш, мы с твоим братом никогда не ссорились. О чем ты говоришь?

Машка, приложила ладонь к губам и расширила глаза от понимания.

— Так ты что так и не знала об этом?

Я хмыкнула в ответ и отвернулась от неё. Такое ощущение, словно мой мир, который я себе с таким трудом построила, вдруг оказался всего лишь в моем воображении. Достаточно всего лишь нескольких слов, чтобы он рухнул, как карточный домик, а иллюзия развеялась.

— И даже Юра тебе ничего не рассказал?! — повысила голос Машка. — Он же тоже там был, когда его старый друг Игорь привел Юльку к Никите! Сказал, что ты на море наверняка точно так же развлекаешься. А Юля очень соскучилась.

— И Никита поверил?! — возмущенно выпалила я. Машка развела руками.

— Он был слишком пьян. А когда ты вернулась, очень старался загладить свою вину. Даже татуировку с твоими инициалами себе сделал. Я думала, ты знаешь об этом.

— Но я не знала, Маш! — воскликнула я. — И Юра он…

Я вспомнила, как после смерти Никиты сидела с компанией знакомых и напивалась с девушкой, которая слишком остро переживала смерть матери, о которой она постоянно рассказывала. Жаловалась, что отец её совсем не замечает, нашел себе молодую любовницу, которая её постоянно унижает, и она больше никому не нужна. Так было не первый раз. Я наплевала на учебу. И не видела своего будущего дальше. А Юра тогда увидел меня и, грубо вытащив из-за стола, сказал, что Никита не хотел бы видеть меня такой. Ему никогда не нравились такие девушки. Он хотел в жены скромную и милую девочку, которая ждала бы его дома и радовалась простым вещам, а не выпивке и сплетням. Даже если бы Юра меня ударил, то не сделал бы мне тогда больнее. В тот вечер я пошла и перерезала себе вены, решив покончить с собой из-за его слов. Лучше бы он сказал, что Никита мне изменил и отвел свою девушку делать аборт, когда узнал, что она от него залетела, а мне не сказал об этом, потому что ему так было удобнее. Просто чтобы избежать скандалов. Никита настолько ненавидел ссоры и выяснения отношений, что просто решил скрыть от меня это!

Кирилл хотя бы рассказал об этом, хотя не обязан был, ведь Машка и Рома, судя по всему целиком на его стороне, и утаили бы от меня все, если бы он сам не раскрыл этот проступок.

— Марусь, Кирилл тебя любит. Ты же видишь, как он без тебя мучается. И у вас ребенок будет.

— У меня будет, — по инерции поправила я подругу.

— Нет, у ВАС, Маша! — повысила на меня голос Машка. — Если бы он сказал это чтобы с тобой расстаться, то не спрашивал бы у Романа о тебе постоянно. И не напился бы вчера до такого невменяемого состояния. И ни с какими девушками он не встречается, как ты думаешь!

— Он живет в своей квартире с… — выдала я себя с головой, вспомнив о том, как приходила к Кириллу рассказать о ребенке.

— Он живет у Ромы! — выпалила Машка. — С тех пор как вы расстались! Ты же его из своей жизни выкинула. А он ни с кем кроме тебя быть не хочет!

— Я думала, он живет с Настей, — опустила я голову.

— С какой Настей? Что за бред, Маша? — воскликнула девушка и с укоризной на меня посмотрела.

— Мне Настя так сказала, когда я её у квартиры Кира встретила.

Машка закатила глаза.

— Они живут в одном подъезде. Потому он оттуда и съехал, чтобы её не видеть больше. Иначе придушил бы.

— За что? — не поняла я. — Он же сам виноват. Мог бы не рассказывать о том случае.

— Кирилл не боялся, что мы с Ромой проболтаемся. Просто посчитал, что это неправильно. Так поступать с тобой. А ты оказалась так категорична в своих суждениях!

Но разве ты его совсем не любишь? Я же помню тебя с ним, Маша, — произнесла подруга.

— Ты была такой счастливой и он тоже. Ты представь, что его вдруг не стало бы также как Никиты в свое время. Ты смогла бы спокойно жить, зная, что больше никогда не сможешь увидеться с НИМ? Жизнь так скоротечна, Маша. Есть ли в ней смысл тратить время на обиды, которые не стоят того, чтобы из-за них навсегда расставаться с человеком, которого ты действительно любишь?

Я снова опустила голову, и неожиданно нас отвлек звонок моего мобильного.

— Маша? — послышался в трубке взволнованный голос Смирнова.

— Да. Что ты хотел, Рома? Если опять уговорить Кира… — начала было я, но Роман перебил меня:

— Маш, Кирилл в аварию попал. — Я похолодела и опустилась на корточки.

— Чт… Что ты сказал? — внезапно охрипшим голосом спросила я.

— Кирилл в аварию попал, — повторил он мне. — Ты можешь приехать? Он сейчас в больнице. Я уже тоже туда еду. — И назвав номер больницы Смирнов отключился.

Я быстро вскочила со своего места и судорожно начала собираться. Машка, узнав, в чем дело, тоже поехала со мной и с побелевшим от испуга лицом пыталась убедить меня что там наверняка не произошло ничего серьёзного. Но я её не слушала и только думала, какая же я дура. Что потеряла столько времени, лелея свою глупую обиду. Ведь я люблю его. И если Кира не станет, то я не знаю, что станет со мной. И пусть он даже будет с кем угодно, лишь бы только он был живой.