Дар чародея - Арина Теплова

– Прекратите! Довольно этого балагана! – недовольно процедил граф, поднимая свою трость с земли и чуть отряхивая набалдашник в виде лапы тигра. – Вы, милейший, давно не в себе, раз не видите, что Надежда Дмитриевна обычная девушка, а никакая не богиня! Вы что, окончательно умом тронулись? Вы ведь дождетесь того, что я сообщу о вас куда следует, и вас упекут в лечебницу для душевно больных!

– Зачем же так, граф? – возмутился дворецкий. – Я ничего не сделал…

– За ваши глупые выходки, – продолжал с угрозой Никита. – Вы опасны для общества.

– Ты, несомненно, прав, Никиша, – закивала Зиночка. – Вас, Капитон Ильич, надо показать врачу, потому что вы и мне угрожали тоже!

– Это наглая ложь! – прохрипел дворецкий, зло зыкая на Зинаиду.

– Неужели?! А кто, по-вашему, в моей комнате по углам раскидал красный пепел и полынь-траву? Скажете, не вы? Но я видела как раз вас за этим занятием, вы наверняка задумали что-то гнусное! Хотите отравить меня?

– Нет, что вы! – замотал отрицательно головой дворецкий.

– Вот именно, – подхватил Чернышев. – Я тоже хочу знать, зачем вы на мою Зиночку всякие козни и наговоры наводите. Вы что ж, думаете, я не знаю, что полынь-трава в заговорах на умерщвление плоти используется?

– И что ж? – огрызнулся Капитон Новиков. – Я лишь хотел дом наш охранить от нечистой силы! Чтобы она по всей усадьбе не расползлась…

– Какой еще, вашу бабушку, нечистой силы? – возмутился граф Никита.

– От той нечисти, которая в дом наш вошла и теперь все будут думать, что мы с нею заодно, раз обитает нечистая у нас в доме!

– Вы что, бредите? – спросил Никита. – Нету никакой нечистой силы! Это все людские выдумки.

– Не выдумки это! Нечисть эта на самом деле живет в усадьбе! – твердо заявил Новиков.

– И как она, по-вашему, выглядит, Капитон Ильич? – вмешалась Надя, чувствуя, что в словах дворецкого, возможно, есть что-то важное.

– Вот она и есть нечисть темная! – выпалил яростно Капитон и указал перстом на Зинаиду Верескову.

– Вы что, с ума сошли? – взвизгнула испуганно Зинаида, и ее красивое личико исказилось гримасой ужаса.

– А кто же ты еще, если не исчадие ада?! – вскричал громко дворецкий и перекрестился три раза, но как-то странно не справа налево, наложив на себя крестное знамение, а наоборот, испепеляя злым взором актерку. – С мужиками невенчанная живешь, лицо красками мажешь и ноги на сцене задираешь! Самая настоящая дьяволица!

– Боже, – пролепетала Надя, мотая головой и понимая, что Зинаида явно не дьяволица, и в этом веке ее профессия и образ жизни осуждались обществом и вызывали ужас у дворецкого, поэтому он так ее и называл. А впрочем, подумала Надя, может, это были не домыслы, а актерка и вправду была связана с нечистыми силами? И может быть, Капитон знает нечто большее?

– Вы что несете?! – пророкотал граф Чернышев и угрожающе добавил: – Немедля извинитесь перед Зинаидой Семеновной! Или к вечеру получите расчет!

Капитон молчал и как-то зло поглядывал на актрису, которая достала кружевной платочек и начала театрально вытирать набежавшие слезы. Граф же Никита застыл в напряженной позе и едва сдерживался, чтобы не наброситься на дворецкого. Надя поняла, что через миг разразится скандал, потому что слуга явно перегнул палку и оскорблять в лицо возлюбленную графа, в доме которого он служил, было большой глупостью.

– Капитон Ильич, прошу вас, успокойтесь, – попыталась урезонить дворецкого Надя, прикоснувшись к его локтю. – Вы же не думаете вправду того, что сейчас сказали? Зинаида Семеновна очень добра ко всем и вежлива, и ваши слова к ней не относятся.

– А я так не думаю… – не унимался Капитон.

– Что-что? – переспросил, прищурившись, граф. – Я не слышу ваших извинений!

Видя, что страсти накалились до предела, и каждый из мужчин уперся в своей правоте, Надя быстро приблизилась к графу и попросила:

– Позвольте, Никита Михайлович, я поговорю с ним сама?

– Как вам угодно, Надежда Дмитриевна, – заявил хмуро молодой человек, недовольно стреляя глазами в дворецкого.

Когда Надя отошла с дворецким в сторону, Чернышев принялся утишать всхлипывающую подругу, громко уверяя ее в том, что она ангел во плоти, и он это знает наверняка.

– Капитон Ильич, – тихо прошептала девушка на ухо Новикову. – Лучше все ваши домыслы не озвучивать, это опасно. Вы понимаете?

– Нет, – буркнул он и чуть улыбнулся кончиками губ. – Хотя, моя богиня… возможно, вы и правы, не следует показывать нечистым того, что мы про них все знаем, а то они будут готовы к нашему нападению.

– Какому еще нападению? – опешила она. – Успокойтесь уже. Здесь нет врагов, Капитон Ильич, что вы напридумывали себе?

– Я вам точно говорю, она дьяволица! И хочет погубить своей темной аурой всех в доме!

– Вы что же, видите ее ауру? – удивилась Надя.

– Нет, конечно, – ответил нервно дворецкий. – Но разве гулящая актерка может иметь другую ауру?

– Как вы зло судите. Вы же не знаете ее жизни. Мне она не кажется опасной, с какой-то темной аурой, как вы говорите. Она очень приветлива и довольно мила.

– Это видимость! Поверье, моя богиня, не доверяйте ей, едва вы поверите ей, она предаст вас и воткнет нож в спину.

– Я не хочу более вас слушать. Такое впечатление, что вы совсем не слышите меня, Капитон Ильич.

– Надежда Дмитриевна, несравненная моя, просто я вижу людей насквозь, кто на что способен. А эта девица явно способна на подлость. Я даже подозреваю, что как раз она погубила несчастную богиню Лидию.

– Ну, этого точно не может быть, она же была ее подругой.

– И что? Подруги могут и предать, если им это выгодно.

Спустя минут пять девушке все же удалось уговорить Новикова извиниться перед Вересковой, точнее, он решил на время затаиться и пока не раздражать нечистых и сыграть покаянную роль, именно так он ей сказал. Он приблизился к актерке и, прищурившись, через силу выдавил из себя:

– Простите меня, Зинаида Семеновна, и вы, граф, я погорячился. Не следовало мне говорить вам все это.

– Надеюсь, более этого не повторится, – холодно, но спокойно заметил Чернышев, чертя концом своей трости на земле некий знак.

– Угу, – кивнул Капитон и, быстро поклонившись Наде, направился в сторону дальних хозяйственных построек.