Малыш на миллион - Айрин Лакс

Я успеваю только взглянуть в папку с расписанием, где все расписано и помечено разноцветными флажками с пометками. Меня, значит, Багратов планирует муштровать и дрессировать, чтобы не стыдно было показаться в обществе, если вдруг приспичит такая необходимость, а сам он будет развлекаться с женщинами?! От возмущения я застываю на месте!

— Время, Серафима. Опаздывать нехорошо. Там, знаете, какое плотное расписание? У человека запись за год вперед! Багратов выбил место… Опоздаете, шеф будет расстроен, — поторапливает меня Мирон.

— Иду.

Набросив на плечи кардиган, беру сумку, забросив в нее папку с расписанием. Изучу по дороге, чем планирует нагружать мой досуг господин Самый Невыносимый В Мире Супруг. Мне предстоит спуститься, пройти по дорожке к внедорожнику, за рулем которого сидит водитель. Мирон помогает забраться на высокую подножку.

— Пристегнитесь, — просит. — Задние сиденья тоже оборудованы ремнями безопасности.

Под пристальным взглядом охранника ищу необходимое крепление. Внимание привлекает заливистый женский смех. Я поворачиваю голову.

Багратов Тимур Дамирович вышагивает к спортивной заниженной тачке черного цвета под ручку с Элайзой в ослепительном платье, вышитым золотыми нитями, с бахрамой, чуть ниже попы. Блондинка делает вид, что запнулась на высоченных шпильках и льнет к мужчине. Он придерживает ее моментально, схватив за попу. Смачно так, сжав до писков и ахов — у Элайзы и до потемнения в глазах от злости — у меня.

— Ой, Тимур… Тимууууур… Прекрати, что ты делаешь! Аааах! Я боюсь высотыыыыы!

Элайза верещит потрясенно, когда Багратов подхватывает течную самку на руки и опускает прямиком в машину на сиденье. Тачка стартует с места через секунду, издав мощный рев двигателя, дико чиркнув шинами и дрифтанув на просторной площадке перед воротами.

В ушах стоит женский визг Элайзы.

— Вы не защелкнули до конца.

Я понимаю, что застыла, как статуя, смотря невидящим взором вслед уехавшей машине.

— Сейчас покажу, как надо! — продолжает как ни в чем не бывало Мирон, щелкнув креплением. — Безопасность — превыше всего.

*** *** ***

После ужина в ресторане я осталась голодной.

Сначала мне объясняли, как нужно садиться. Долго. Муторно. Требовательно. Более-менее прилично сесть мне удалось только с двадцать третьего раза.

— Сойдет. Нужно тренироваться, — процедил сквозь зубы мужчина-пижон, которого я с легкой руки Мирона начала называть про себя “этикетером”.

Как оказалось, изящно сесть — это половина беды. Столовых приборов оказалось до потрясения много…Мне объяснили, какой прибор для чего предназначен, а потом мы начали на реальном примере учиться ими пользоваться.

— Не так. Не оттопыривай локти. Выпрями осанку. Подними подбородок…

Честно пытаюсь учесть все замечания.

— Не так. Ниже подбородок. Не морщи нос. Не трогай волосы. Плечи расслабь. Запястьем работай, а не маши локтями, как квочка!

— Меньше движений. Расслабься…

В итоге, за отведенное время я успела съесть лишь вилку салата и отпить немного воды из бокала, получив замечание, что поставила его не туда.

— Время вышло! — подскакивает пижон. — Завтра в это же время. Проверим, как вы научились садиться и пробежимся для начала по изученному материалы. Дальше двинемся только после того, как я посчитаю, что вы достойно смотритесь за столом, а не в хлеву!

Хотелось сказать что-то хлесткое. Но я вспомнила, что нужно улыбаться.

Улыбнулась, представив, как этот пижон в фиолетовом костюме споткнулся и сломал себе нос с горбинкой, сделав его еще более горбатым. Судя по выражению его лица, моя реакция была верной.

К внедорожнику я подошла с сосущим чувством голода внутри. При появлении Мирона водитель повернулся к нему с вопросом:

— Отыграться дашь?

— Потом! — хмуро обрубил Мирон, бросив на меня быстрый взгляд. — Сейчас надо Серафиму Георгиевну доставить в дом.

— Во что играете? — поинтересовалась я.

— В дурака! — отозвался водитель.

— Доболтаешься ты, Саня. Хватит трепаться, рули к дому!

Мирон, кажется, был за старшего и пытался сделать вид, будто не резался в карты с водителем, пока я училась этикету.

— Какие ставки? — спросила я.

— Проигравший платит за обед, — охотно поделился водитель, которому было явно скучно.

— Но сейчас время ужинать, — нахмурилась я.

— Служба такая. Все, Саня. Рули.

— Постойте! — остановила их. — Я тоже хочу сыграть. На обед!

— Вы только с ужина…

— На котором я ничего не поела. Выиграю, покупаете мне обед!

— Ну-ну, — хмыкнул водитель.

— Только у меня при себе денег нет, — добавила я. — Так что если проиграю, придется записать на мой счет. Отдам, как только получу наличку.

— Ну вот так всегдаааааа… — протянул водитель. — Бабы.

— Саня, за языком следи! — пригрозил Мирон. — Если так дальше пойдет, на этой работе ты долго не продержишься и плевать, насколько хорошо ты водишь и как быстро реагируешь в момент опасности. Багратов не любит болтливых.

— А никто и не узнает. Я Багратову точно ничего не скажу. Ну давайте сыграем на обед! — попросила я и живот утробным бульком подкрепил мои просьбы.

Мужики переглянулись. С легкого кивка Мирона Саня засуетился:

— Хорошо! Один раз сыграем. Колоду новую возьму! На первый раз поддамся, — пообещал водитель. — Александр, кстати. Можно просто Саня.

— Спасибо, Саня, но можете не поддаваться! — улыбнулась я.

Я умею играть. С Багратовым даже под дулом пистолета играть бы не села. Ни в  белку, ни в дурака… Да я к этому мужчине даже на километр подходить не хочу!

Гад!

Хорошо, что я отказалась прыгнуть в постель с Багратовым! Была бы последней идиоткой, если бы отдалась ему! Отдалась бы, а через три дня ревела в три ручья, увидев, как он с таким же аппетитом хватает за задницу девицу какую-то! Гуляка несчастный. Кобель! Чтоб тебя, разозлилась я. Так распалилась, что не заметила, как пролетела игра и я осталась в выигрыше. Я хлопнула в запале Александру двумя шестерками по плечам.

— Держите погоны! С вас обед, Саня!

Мирон загнулся на переднем сиденье, гася смех, смотря на обескураженного водителя.

— С тебя двойной обед, Саня! Ведь мне ты тоже должен, — добавил он.

— Так. Ясно. В дурака я с вами больше не играю! — сказал водитель, собрав карты, разлетевшиеся по салону.

— Это была разовая акция, — строго добавил Мирон.

— Не переживайте, Саня, вы всегда можете отыграться! — успокоила я водителя, а сама начала изучать расписание, судя по которому мне придется учиться этикету поведения за столом несколько раз в неделю.