Талисман любви - Джуд Деверо

— Не возражаете, если я присоединюсь к вашему веселью? — спросил с порога Колин.

Джемма глубоко вдохнула, прежде чем подняла на него глаза, а потом уже не могла думать ни о чем другом, кроме как о тех сладостных минутах, что они с Колином провели в одной постели. Но слова Джос о том, что оба, Колин и Трис, от нее без ума, теперь воспринимались ею не иначе как насмешка. С одним из этих мужчин у нее дошло дело до постели, а он напрочь об этом забыл! Джемма отвела взгляд, посмотрев на малышей.

Колин присел на край кровати. Малютка Эдилин незамедлительно потребовала от него внимания, и он взял ее на руки. Джемма помнила о том, что сказала о Колине Элли. Дети готовы идти за ним, как за Крысоловом из сказки.

— Как долго вы намерены меня игнорировать? — спросил Колин.

— Нас с вами видели вместе так часто, что в городе пошли сплетни. Мне это не нравится, и я думаю, что этому следует положить конец.

— В Эдилине люди готовы сплетничать о чем угодно: о вашем совместном завтраке с Трисом, о том, как вы, сидя за столиком, всю дорогу шептались о чем-то, склонившись головами друг к другу. И этот завтрак, уверяю вас, заставил наших горожан пересмотреть свое отношение к тому, что они видели прежде. Я имею в виду нас с вами.

— Не люблю, когда обо мне распускают сплетни, но готова смириться со слухами о нас с Трисом, но не о нас с вами.

— Почему? Ах да. Из-за Джин?

— Верно, — сказала Джемма, играя при этом в ладушки с Дэвидом. — Вы фактически женатый мужчина.

— Нет, я не женат. Правда.

Она насупила брови и хмуро посмотрела на Колина.

— Сейчас вы мне скажете, что Джин вас не понимает и потому мы с вами должны сходить поужинать вместе, чтобы об этом поговорить?

Колин моргал в недоумении. Ступор длился несколько секунд.

— Так вот вы как обо мне думаете?

— Я не думаю о вас ни так ни иначе, — сказала Джемма. — Но я была бы вам признательна, если бы вы прекратили являться в мой дом до рассвета, а потом разгуливать по нему нагишом. Если вам хочется сходить «налево», ищите кого-нибудь еще.

У Колина вытянулось лицо. Он был шокирован ее словами.

— Я… — Он сполз с кровати, продолжая держать ребенка на руках, и поднялся во весь рост. — Простите меня, мисс Рэнфорд. Я повел себя непозволительно бесцеремонно. Я…

— Все в порядке? — спросил с порога Люк.

Колин вручил Люку дочь.

— Все прекрасно. Отлично. Лучше быть не может. Есть ли пиво внизу?

— Несколько ящиков, — сказал Люк, переводя взгляд с Джеммы на Колина и обратно.

— Вот и славно. Есть с чего начать вечеринку. — Он протиснулся мимо Люка и пошел вниз.

— Из-за чего все это?

Джемма была так сердита, что у нее свело челюсти, но она не хотела это показывать.

— Я неважно себя чувствую. Мог бы кто-нибудь отвезти меня домой… то есть, я хотела сказать, в поместье Фразьеров?

— Джемма, — тихо сказал Люк, — я не знаю, что происходит между вами и Колином, но не думаю, что вам следует уезжать. Останьтесь. Выпейте «Маргариту» или две, повеселитесь. Кроме того, нет ничего приятнее для мужчины, чем сознание того, что некая дамочка сидит дома и рыдает в подушку, страдая из-за неразделенной любви.

Джемма с отвращением на него посмотрела.

— Это правда?

— В отношении меня, возможно, нет. Не могу сказать наверняка, потому что, увы, из-за меня никто никогда не рыдал, но я слышал песню в стиле кантри, в которой об этом поется, а народные песни, как известно, не лгут.

Джемма не удержалась и рассмеялась.

— Так-то лучше, — сказал Люк. — Не хотите помочь мне отнести детей вниз? Все хотят на них посмотреть, а они обожают быть в центре внимания.

— Да, с удовольствием.

— Берите Дэвида, и пойдемте вниз.

Джемма взяла на руки младенца.

— Готовы? — спросил Люк.

— Во всеоружии.

Улыбаясь, он пошел следом за ней по лестнице.