Служить цели - Шериз Синклер

Она погладила Бена по руке и почувствовала, как его напряженные мышцы расслабились. Очевидно, он беспокоился о том, что она может подумать о нем.

Она же подумала, что он поделился с ней тем, что считает очень личным. Почему?

Через секунду она хихикнула.

— Что?

— Я знаю, тебе не понравилось, что мой брат тебя узнал. Но должна сказать, что ты сам этого добился. Ты выставил в истинном свете этого слизняка Роберта. Я благодарна тебе за это.

Он улыбнулся, моментально превратившись из цепного пса в невероятно привлекательного мужчину.

— В моем отряде было несколько человек, у которых напрочь отсутствовали здравый смысл или смелость. У твоего кузена нет ни того, ни другого, — затем его улыбка исчезла. — Будь осторожна, Анна. Будет неумным решением в случае опасности повернуться к нему спиной.

В его словах чувствовалась не только серьезность… но и большая забота о ней.

— Буду.

К тому времени как он въехал в ее гараж под домом, она уже была в полудреме.

Бен помог ей выйти из машины, Бронкс маячил у него за спиной. Затем, обнимая ее за талию, он отпер и распахнул дверь… и стал ждать.

Даже в полудреме она понимала, что позволить ему остаться — это очень, очень плохая идея. Несмотря на то, что ей страстно хотелось, чтобы его большое тело оказалось в ее постели, а сильные руки обняли ее. Они договаривались на секс без обязательств.

Спать вместе — это уже нечто большее.

Поэтому она приподнялась на цыпочки и коротко, но крепко поцеловала его.

— Спокойной ночи, Бен. Спасибо, что подвез.

Она видела страсть в его глазах. Желание схватить ее, долго целовать и затащить наверх.

Наклонившись, она потрепала ретривера по голове.

— Спокойной ночи, Бронкс.

— Могу я уговорить тебя на сцену в «Царстве Теней» в эти выходные? — спросил он.

Ей очень этого хотелось, но он был настолько «ванильным», насколько это возможно для сабмиссива. И он хотел быть больше, чем сабмиссивом, больше, чем рабом для нее — настоящим любовником.

А ей нужен был только раб.

— Нет, Бен. Но поскольку ты эксперт по сжиганию калорий, я надеюсь когда-нибудь заняться этим снова.

— Я понимаю. Мэм, я доступен в любое время для Вас.

Она ничего на это не ответила.

К ее облегчению, он лишь наклонил голову, чмокнул ее в щеку и сбежал вниз по лестнице к своей машине. Бронкс разочарованно заскулил и потрусил следом.

Она закрыла дверь и не отходила от нее, слушая, как его джип отъезжает от дома. Из глубины души вырвался вздох, потому что единственное, что она чувствовала, — это сожаление.

Может быть… может быть, однажды она позволит себе снова увидеть Бена. Зависит от того, как он будет себя вести на следующих встречах. Возможно, она даже будет относиться к их отношениям, как к долгому, ничего не значащему сексу без обязательств. Заводить более интимные отношения было бы не очень умно.

Тем более, что она чувствовала такое же сильное влечение, как и он, а это означало — между ними легко могут сложиться куда более близкие отношения.

Она не должна вводить его в заблуждение. Он — невероятный мужчина и заслуживает лучшую женщину, чем она. Ту, которая умеет любить всем сердцем.

Но он не был рабом.

Она повернулась, взяла саксофон и вышла с ним на веранду. Луна садилась, оставляя мерцающие звезды командовать темным небом.

Анна взяла несколько пробных нот и заиграла старый «Фанки блюз».

Может быть, ей следовало попытаться объяснить Бену. Сказать, что недостаточно того, чтобы человек просто нравился. Она убедилась в этом на собственном горьком опыте.

По правде говоря, у нее не было большого опыта в «любовных» отношениях. Она ходила на свидания, когда служила в морской пехоте, и чувствовала себя абсолютно неудовлетворенной… пока одна Домина не познакомила ее с Темой. Уголки ее губ поползли вверх. Первоначальная радость открытия была потрясающей.

После окончания службы, учась в колледже, она влюбилась в потрясающего парня, который не был сабмиссивом. Но ванильный мужчина просто не смог иметь с ней дело, и их отношения медленно разрушились, принеся боль обоим.

Урок усвоен. Для нее секс без контроля был как… как пустыня. Сухая бесплодная равнина. Конечно, и в ней есть своя красота, но она была девчонкой из тропиков, и ей хотелось цветущих пейзажей и буйной смены стихий, как это было в отношениях Дом/сабмиссив.

Быть Госпожой — это оставаться собой.

Как и любой новичок-Доминант, она постепенно выясняла свои предпочтения, экспериментируя с сабмиссивами и рабами, и обнаружила, что ей нравится абсолютный контроль.

Красота абсолютной власти.

Ей нравилось заботиться о своих рабах и принимать за них решения.

И за эти годы у нее было довольно много парней.

Поначалу они жили с ней, иногда даже несколько одновременно. Но когда она переехала на побережье, впервые в жизни обзаведясь собственным домом, ей почему-то не захотелось, чтобы с ней жил кто-то еще.

Так что в последние два или три года рабы не проводили с ней двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю. Хотя это позволило ей больше требовать, когда они были вместе. Они просили разрешения дотронуться, сесть на стул, спрашивали позволения каждый раз, прежде чем что-то сделать.

В ответ на их преданность она помогала им развиваться, приобретать новые умения, продвигаться по карьерной лестнице, улучшать социальные связи и умение быть рабами. Но прежде чем раб становился слишком от нее зависим, она находила ему новую Госпожу.

Анна вздохнула. Именно поэтому она считала, что не умеет любить всем сердцем. У нее никогда не было проблем с разрывом отношений. Когда очередной раб уходил, она немного скучала по нему — не особо долго — и вскоре отправлялась на поиски нового.

Возможно, она не была типичной Госпожой, но для нее эти методы работали, и кто бы возражал?

Бен не понимал ее условий, не понимал, что она может дать только это и ничего больше. И поскольку мысль о том, чтобы причинить ему боль, была невыносима, она предпочитала держаться на расстоянии.

Глава 10

В четверг знойный вечер был настолько влажным из-за приближающейся грозы, что руки Бена покрылись потом, пока он шел в соседний бар через два квартала от его дома. Войдя внутрь, Бен с удовольствием встал под кондиционер. Кивнув завсегдатаям, он подошел к стойке и заказал выпивку. С пивом в руке он направился к