Одиночка, или В плену Огня - Натализа Кофф

А выходя из помещения вслед за Освальдом, ректор недовольно прищурился.

Выходит, девчонка его совсем не замечает, а вот щенков Кьелл щедро одаривает своим вниманием. Улыбается им так, что вся светится изнутри.

Филлин Эрлинг был взрослым волком, можно даже сказать, древним, умудренным опытом, жизнь, у него было много поклонниц, но никогда прежде мужчине не хотелось пойти на поводу у эмоций. Не хотелось проехаться по смазливым физиономиям, чтобы, будто варвар, заявить свои права на девушку.

А здесь….

— О чем хотел поговорить? — нетерпеливо обронил Эрлинг и осекся.

Ос — друг, каких поискать, и не стоит вызверяться на него, пусть даже именно его сыновья развлекают в эту секунду Тиру.

— Прости, что-то я слегка на нервах, — повинился Эрлинг.

— Ничего, — отмахнулся Кьелл, — я хотел сказать, что мы с Машей не виним ни тебя, ни Ранда в том, что произошло. Эрика и Тео сами подписали приговор, когда перешли не на ту сторону.

— Согласен, но я проглядел. Под моим носом ведь все развернулось, — недовольно поджал губы ректор. — Впредь постараюсь держать ухо востро.

— Одним ухом, Фил, не обойдешься, — многозначительно произнес Освальд. — Кстати, раз у тебя тебе вакансия главврача открыта, могу порекомендовать одного первоклассного специалиста. Да и Машка прожужжала мне весь мозг.

— И кто же твой специалист? — хохотнул ректор, понимая, что плохого кандидата Ос не посоветует, и потом, в его же интересах внедрить еще одного «шпиона», чтобы присматривал за дочкой.

— Ула. Младшая сестренка Марии, — ответил Ос, — она уже в пути. Опаздывает на свадьбу, но, как я понял, причина веская.

— Лады, — кивнул ректор, — если рекомендации хорошие, квалификация и диплом имеется, то буду рад обеспечить вашу Улу рабочим местом и протекцией.

— Кстати, насчет протекции…, — осторожно начал Освальд, — не хотел тебе говорить, но … Внучка профессора Льялл попросилась в мою стаю. Ты ведь знаешь, отказать девушке не могу. Но, думаю, ты должен знать.

— Что??? — зарычал ректор, вернее, зверь в нем. — Тира хочет в твою стаю???

— Да не рычи ты! — примирительно заговорил Освальд. — Мы всем ее обеспечим. Жить будет в нашем с Машкой особняке. Комнат валом. И потом, без Руфины мы скучаем, а так девочке поможем освоиться.

— Ты в своем уме, Ос! Она ведь моя… Мы ведь даже не… С какого перепуга она решила уехать отсюда?! — сорвался вдруг Эрлинг, а Освальд только пожал плечом.

— Я не мог отказать. И Фина просила за подругу, — повинился Кьелл.

— И когда…, — ректор осекся, прочистил горло и повторил вопрос: — Когда вы уезжаете?

— Через день. Билеты на самолет уже куплены, — ответил волк, — и у пацанов начинается учеба. Выпускной класс у старшего.

А ректор уже плохо слушал и не очень хорошо воспринимал информацию. Главные сведения его мозг уже вычленил и отказывался адекватно воспринимать.

А потому мужчина сорвался с места, собираясь вернуться в зал, где Тиру развлекали настырные щенки. Нет, и все-таки он слегка подправит смазливые лица отпрысков Кьелл!

Стоило ректору скрыться, как к Освальду подошла весело хихикающая жена. Мария была в превосходном расположении духа. А в глубине взора — таились хитрые смешинки.

— Ну, как прошло? — уточнила Мария, обнимая мужа.

— Думаю, продуктивно, — кивнул Ос, привлекая к груди жену. — По крайней мере, побежал он быстро. Думаешь, не перегнули? Он и без того на нервах.

— Он сильный, справится. А подтолкнуть нужно. Долго волк не протянет без пары, раз уж они нашли друг друга. Их отношения слишком затянулись, дорогой. Нужно решать этот вопрос, — деловым тоном проговорила Мария Кьелл, не пряча улыбки. — Ну, кажется, мы пристроили всех. Осталась только Ула. Но там такой характер вредный, что мне даже жаль ее истинного.

— И конечно же у тебя на примете есть кандидаты? — хмыкнул Освальд.

— У меня нет. Здесь все зависит от судьбы. Но я подумала, что Людвига больше не красит одиночество…, — заговорщическим тоном прошептала Мария.

— Маша! Прекрати, умоляю! — рассмеялся Ос. — Если твое предчувствие не врет, и Лютик временно выйдет из строя, пока они с Улой придут к пониманию, безопасность академии будет под настоящей угрозой!

— Да брось, любимый, — рассмеялась Маша, — Людвиг большой профессионал. Мимо него и муха не пролетит!

Супруги Кьелл, мило беседуя, вышли на улицу. День был настолько теплым, что не чувствовался ни легкий морозец, ни первый зимний снежок. Да и Мария успела набросить на плечи теплый палантин. И вот, Ос и Маша, беседуя, прошли по площади перед входом в столовую академии, где веселились гости. А оказавшись на тропинке, ведущей к центральному входу, застыли.

По ту сторону ворот притормозил внушительный внедорожник. Открылась дверь со стороны водителя и на мощенную камнем и присыпанную снегом подъездную дорожку выпрыгнула девушка.

— Ула? — заулыбалась Маша, но они с мужем были все еще довольно далеко.

А вот Людвиг оказался рядом. Со стороны было видно, как волк напрягся, зарычал, а из его широкой груди вырывались облака горячего воздуха.

Кьелл видели, как девушка отступила, прижавшись спиной к боку внедорожника. Попыталась сдвинуться так, чтобы вернуться в теплый салон автомобиля.

Но из машины вышел пассажир. Увидев волка, стремительно терявшего контроль, незнакомка громко и пронзительно завизжала. Все происходило настолько быстро, что Ос с трудом мог вовремя среагировать.

Бросившись вперед, попытался добраться до орущей девчонки прежде, чем она встанет на пути Людвига к Уле.

— Не приближайся! — подала голос младшая сестренка Марии.

— Монстр! — вопила незнакомка.

— Заткнись уже! — огрызнулась Ула и выбросила руки вперед, пытаясь на ходу остановить летящего на нее волка.

А Людвиг уже сменил сущность, поддавшись зову волчицы. Контроль рассыпался в пепел, обострились чувства и инстинкты. И волк уже ничего не замечал, только стремился оказаться максимально быстро и близко к своей истинной паре, которую моментально признал, увидев всего раз.

— Стой! Да стой же ты, амбал! — решительно кричала Ула.

Ос едва успел выдернуть вопящую девушку с пути Людвига-волка. И вовремя. Ула перекинулась в белоснежную волчицу и сиганула в лес, заставляя мохнатого верзилу мчаться за ней.

— Ты кто такая? — недовольно спросил Освальд, когда девчонка