Женюсь на дочери магната - Юлия Крынская

геолокации: мобильник Мэл в течение часа маячил около сочинского загса. Думал, может, они договорились встретиться там с Лукой? Племянник поехал разводится с Соней, молю небо, чтобы он там же расписался с Меланьей. К чертям свадьбу. Лишь бы мир да любовь воцарились в семье. Но интуиция подсказывает, что моим мечтам не суждено сбыться. Уж больно жарко рядовая Горина смотрела на сержанта Бераю во время зарядки. Какая-то неразбериха. Не вовремя скакнуло у меня давление, и Егор в больницу некстати попал. На Луку теперь надежда слабая. Нужно подтягивать в семью нового телохранителя.

– Еське с Варей хоть решётки на окна ставь. Говорил я Марго, чтобы не отпускала их никуда до восемнадцати, – Фрол садится на бортик бассейна и, опуская ноги в воду, морщится. – Гудят ноги-то, после пробежки по горам за солдатиками.

– Ты путаешь, это Марго тебе говорила, – отплываю подальше, поймав взгляд Фрола из-под нахмуренных бровей.

– Какая разница!

– Правда никакой! Девочкам давно пора внушение сделать. Хватит их за детьми считать. Это ещё хорошо Адамур вовремя разобрался, что за мотыльки к нему на огонёк залетели.

– То есть ты его оправдываешь, – Фрол швыряет в меня мячом.

Отбиваю пас и плыву ближе к Фролу.

– Просто вспоминаю себя в молодости. Еся с Варей выглядят как взрослые девахи. У них на лбу все двадцать написано. Стыдно вспомнить, но ты же знаешь, я в юные годы не раздумывая окучивал таких резвых красоток по две штуки за раз.

– Это да. Не знаю, как Маруся тебе всё прощала.

– Она была ребёнком, и я, хоть и не воспринимал её как будущую жену, но обращался с ней как с лучшим другом и оберегал от нервных потрясений.

– Ты бы и себя заодно оберегал и потрясал бы своим жезлом не так рьяно, может, сейчас бы здоровее был, – язвит Фрол.

– Может спарринг? Я тебе и в сорок пять уши надеру, несмотря на давление.

– Да иди ты! Рус, я в растерянности. Если Адамур сын Егора, то какой тут вообще разбор полётов? Меланья – коза! Все карты спутала. Вот где она сейчас?

– Марго же написала тебе, Мэл приедет к восьми вечера. Лука тоже к этому времени нарисуется. Недолго осталось. Может он развёлся и с Мэл уже записался, – выбираюсь из пончика и, придерживая кепку, плыву на спине. К вечеру жара спала, но вода всё равно приятно холодит кожу.

– Угу, сейчас! Ту-ту поезд, – Фрол всматривается в сторону моря и поднимается. – Маруся идёт с пацанятами. Будет кому отца покормить. Что-то жрать охота.

– И мужа, – подтягиваюсь на бортике и выбираюсь из воды. – На сытый желудок думается лучше. Парни прилетят вечером, так что, серьёзно, надо бы заказать доставку еды.

– Ты их здесь, что ли, поселишь? – вскидывается Фрол. – Сколько ты вызвал-то?

– Четверых, они охранять девушек наших будут. А то нам двоим с тобой не разорваться.

– Ты прав, – вздыхает Фрол, мощной пятернёй почёсывая затылок. – Добежать, что ли, до Маргоши и искупаться, пока Маруся готовит?

– Я бы тоже просолился немного, но не хочу близнецов и Ксюху оставлять одних даже на пять минут. Мелкая хоть и в сети в основном сидит, а тоже глаз да глаз нужен. Тут не знаешь уже, от кого и чего ждать. – Растираюсь полотенцем и спешу навстречу жене. Матвей с Ромкой неуклюже несутся перед ней по песку, то и дело падая на четвереньки. Устали сорванцы. Подхватываю их на руки, целую в солёные щёки и наклоняюсь к жене: – Котёнок, я соскучился.

– Там маму мужик незнакомый взглядом облизывает. Поставь ребят. – Маруся берёт меня за запястье и включает секундомер на часах. – Пошёл бы ты, пап, проверил. Рожа у него знакомая. Может из Питера?

Взгляд Фрола темнеет:

– Ах ты ж! К Марго-то когда перестанут мужики липнуть? Куда не выберешься, везде охотники на мою лань копья точат. – Он, забыв шлёпки и соломку, тигром бросается к пляжу.

– Нормальный пульс, – резюмирует Маруся. – Иди, проконтролируй нашего предводителя. Что-то он весь день не в духе. Лука какой-то вздрюченный. Мэл написала маме, что приедет к восьми. Девчонок жаль к морю не вытащить, так и просидят в интернете. Ты, кстати, обещал мне рассказать, что за красотка днём приезжала.

– Потом, котёныш, – глажу Марусю по округлившемуся животу. – Лучше и правда с Фролом сходить. Сообрази пока что-нибудь на стол.

– Будет сделано, любовь моя, – Маруся тянется ко мне губами, и я с жаром целую их. – Беги, Руслан. Может я зря сказала? Закопает с головой папа сейчас невинного человека под горячую руку или на корм рыбам отправит.

– Он акула в делах, а не киллер-убийца. Но когда дело касается Марго… Ты права. Я побежал.

Догоняю Фрола. Красный, как помидор, он печатает шаг по раскалённому песку.

– Смотри, уже втирает что-то Маргоше, – не оборачиваясь, выкрикивает он гневно, услышав моё сопение за спиной. – Нам тут ещё с питерскими разборок не хватало.

– Ты только в руках себя держи! Чую весь день навалять кому-нибудь хочешь.

Рита и худощавый темноволосый мужчина наших лет сидят боком на соседних шезлонгах лицом друг к другу. Вижу, что Рита нас заметила и напряглась. Что там ещё за тайны мадридского двора?

– Спокойно, братуха, – Фрол уже справился с эмоциями и пошёл ещё медленнее. – Давай за его спиной встанем. Послушаем, что лает кобелюка. А потом под белы рученьки с двух сторон в воду втащим охладиться, если дерзкий больно окажется.

* * *

Адамур

Блондинка, пряча улыбку, удивлённо смотрит на меня:

– Весьма лестно, но мне кажется, что вы хотели сказать что-то другое.

Складываю руки у груди:

– Честное слово.

– Что же, если вас не смущает богатырский храп по ночам, то…

– Вы храпите? – я напрочь сбит с толку и романтического настроя.

– Мой муж храпит. Любимый муж. Куда ж я его дену? А ещё у меня пятеро детей и возможно скоро родится шестой. Всё ещё хотите жениться на мне?

Обворожительная улыбка озаряет лицо блондинки. Это же Горина! Я полный кретин! В голове моментально вырисовывается план.

– Простите, вы так похожи с дочерью и так восхитительны, что я действительно не то ляпнул, – любуюсь идеальными жемчужными зубками. У Есении прекрасная генетика.

В мгновение ока светская львица сбрасывает маску с лица и ноги с шезлонга.

– Какую из пяти вы имеете ввиду? – цедит она сквозь зубы.

– Есению, – говорю с придыханием, выдавая себя с головой. Кровь жгучим перцем обжигает щёки. Добавляю запоздало: – И Варя тоже… Похожа… На вас.

– С этого места поподробнее, – взгляд серых глаз острым копьём пригвождает меня к месту. Помимо того, что я ощущаю