Будь со мной нежным - Кира Фарди

— Ты спятила? Что делаешь? — на миг теряюсь.

Но Алису уже не остановить. Ее похотливые пальцы дергают молнию брюк. Я едва успеваю отскочить, отталкиваю девицу, она отшатывается, задевает гладильную доску, которая с грохотом валится на пол вместе с утюгом.

— Я не отдам тебя той нищенке, не надейся! — вопит Алиса заплетающимся голосом.

— Да кому ты такая нужна? Как хорошо, что я вовремя успел рассмотреть твою гнилую натуру.

— Сволочь! Подонок! — надрывается Алиса, я только морщусь: выслушивать пьяные истерики мне некогда. — Да я… Да я тебе… Твою прошмандовку…

Она захлебывается слюной, глотает слова, замахивается, целясь ногтями в лицо, но я настороже. Показываю ей контракт.

— Видишь его?

— Отдай! Немедленно!

Моделька подпрыгивает, пытаясь достать файл, но не удерживает равновесие и падает. Смотрю на нее и не понимаю, как в таком виде ее можно отправить на подиум. Или лучше вообще не выпускать?

Поднимаю контракт еще выше и медленно, с наслаждением, разрываю его на мелкие кусочки. Они красиво падают сверху на Алису и усыпают ее, словно первый снежок, она лишь отмахивается.

— Ты свободна. Больше в компании «Грандэ» не работаешь! — говорю и выхожу из комнаты.

Окидываю взглядом гримерку, кажется, все слышали скандал, но отводят глаза.

—Макар Павлович, как вы? — бросается ко мне Глеб и шепчет: — Пуговицы. Застегните рубашку… И гульфик…

— Вот дьяволица, а не баба! Пуговиц нет их, отлетели, найди мне новую.

Стаскиваю с себя уже ненужную тряпку, бросаю ее на стул и сразу ловлю жадные взгляды моделей: тело у моего мажора красивое. Червячок ревности медленно сверлит дырочку в сердце. И как с Макаром жить, если он вернется обратно? Можно сойти с ума от постоянных переживаний.

— Кто это вас так? — Глеб подает мне новую рубашку. — Алиса?

— Стерва! Подумай, кем мы можем ее заменить?

В дверях показывается мажор. На него смотреть больно, он едва переставляет ноги. С порога скидывает туфли и идет ко мне босиком.

— Пожалей своего мужа, — шепчет и прижимается ко мне всем телом.

— Все в порядке, — глажу его по голове. — А ведь Ульяне платье будет впору.

— Какое платье?

Показываю на наряд в перьях, который кто-то поднял и заботливо повесил на плечики.

— Издеваешься? Ни за что! — вопит Макар. — Даже не надейся?

— Иди-ка на пару слов!

Жестко хватаю его за локоть и тащу в сторону. Сотрудники делают вид, что ничего не происходит, подумаешь, влюбленные ссорятся.

— Уля, не сходи с ума, — сопротивляется Макар. — Я это не надену.

— Хорошо, тогда иди и сам скажи отцу, что Алиса напилась и не в состоянии выйти на подиум.

— Как напилась? — ахает Макар. — Ну, я с ней разберусь.

Он вырывается и босиком несется в гримерку Алисы. Я бегу следом, но меня перехватывает Глеб.

— Птичек привезли, надо расписаться.

Сходя с ума от беспокойства, тороплюсь в специальную комнату, которую выделили для птиц. Белые клетки уже стоят на столах, тумбочках и подоконниках. Теперь я несу ответственность еще и за сохранность пичужек. Почему они, а не котики и не собачки, не знаю, так захотела фантазия модельера. Мое дело лишь исполнять приказы.

— Вот бы Сэми сюда, —шучу, разглядывая разнообразие видов. — Он бы с вами поиграл.

Расписываюсь в бумагах и несусь обратно. Две девушки, которые соблазнительно улыбаются и строят мне глазки, остаются присматривать за птицами.

Мне пока не до них, боюсь, что без хозяйского глаза на показе начнется катавасия. Но, к моему удивлению, в гримерной все спокойно. Одна за другой модели выходят на подиум и возвращаются обратно. Быстро переодеваются и идут снова. Из зала доносятся бурные аплодисменты, Павел Сергеевич наслаждается триумфом рядом с гостями.

— Как тут? — тихо спрашиваю у конферансье, забежавшего в гримерку.

— Абсолютный успех! — восторженно отвечает он. — Коллекция будет иметь успех. Пора одеваться на финал. Вы Ульяну не видели?

— Она же оставалась здесь, — мы дружно смотрим на дверь личной гримерки Алисы. — Разве не выходила?

— Я не видел, — теряется конферансье и бежит объявлять новый проход.

Я дергаю ручку двери — заперто. Нажимаю сильнее —не поддается.

— Девушки, — зову моделей. — Алиса выходила?

— Не смотрели.

Что же делать? Оглядываюсь, вот-вот объявят финал, а кандидатки на выход нет.

— Ну и черт с тобой! — скриплю зубами от досады. — Лена, — зову модель, только что показавшуюся на входе. — Живо переодевайся!

— Макар Павлович!

— Шевелись!

Одним движением расстегиваю на ее спине молнию. Девушка хотя и кажется крупнее, чем Алиса, но по фигуре они похожи. Лена не сопротивляется, вот она точно знает, что каприз ей дорого обойдется. Она напяливает платье с перышками, и мы все замираем: если лиф попытаться застегнуть, наряд разойдется по швам.

— Я же говорила! — чуть не плачет модель.

Дьявол! Слышу первые аккорды финального трека. Так и вижу, как Павел Сергеевич улыбается зрителям и поднимается по ступенькам на подиум.

Черт! Черт! Черт!

— Куда клетки поставить? — входят девушки с птицами, безумно бьющимися о прутья.

Но думать об этом некогда, отмахиваюсь, обшариваю взглядом гримерку. На глаза попадается стойка с одеждой, начинаю сбрасывать все на пол.

Жилет — не подойдет по цвету.

Жакет — не тот фасон.

Блузка — ерунда.

Шаль — совсем убого, модельер нас убьет.

Широкий ремень… кручу его в руках.

— Живо сюда!

Испуганная Лена мгновенно оказывается рядом. Я опоясываю ее талию, прижимая к телу отвороты лифа, и застегиваю пряжку. Потом выдергиваю из прически шпильки. Длинные волосы волной ложатся на плечи и опускаются до талии.

Образ готов, и пусть он не соответствует задумке творца, зато показ не закончится провалом.

— Где модель? — шипит конферансье, выглядывая из-за шторы.

Я сую девушке в руки две клетки с птицами, еще две отдаю ведущему

— Ну! С богом!