Заслони меня собой - Мария Устинова

Я обмыла ему живот, сменила салфетку и потянулась к лицу.

Внезапно руки начало трясти после напряжения, которое не отпускало меня всю «операцию». Мелкая дрожь сводила с ума.

Только сейчас я ощутила, как сильно вспотела и устала. Меня тянуло присоединиться к Ярцеву и передохнуть на жестком, зато теплом деревянном полу рядом с ним.

Но сложности на сегодня не закончились.

— Меняйся обратно, — попросила я. — Тебя надо зашить. Яр, ты слышишь?

Он кивнул, не поднимая головы и крепко зажмурился.

Дыхание стало сдавленным, но Яр почти не стонал — обратное превращение проходило легче или он уже свыкся с мучениями.

Я еле дождалась, пока не сгладились мышцы, а живот не принял прежний вид.

С иголкой наготове я села над ним, ближе пододвинув свечу. Руки действовали уверенно — не в первый раз, а уже по горячим следам. Оказывается, после того, как чуть ли не по локоть засунешь в кого-нибудь руки, шить рану уже не так страшно.

Стежки ложились ровно, четко прихватывая кожу внахлест. Не идеально, но лучше, чем в первый раз. Огонек свечи задрожал и я склонилась ниже, чтобы ничего не упустить — словно шторы шью. Боже, чем я занимаюсь…

Еще недавно, пределом моих мечтаний было прокатиться в его «ягуаре» и заняться с ним любовью в джакузи шикарного отеля. А не по уши в крови сшивать бок мужчине моей мечты. Тем более, мечта оказалась какая-то неправильная…

Почти всё.

Я добавила обезболивающего и вкатила лошадиную дозу антибиотиков.

А что бы он делал, если бы я не вернулась? Лекарств нет, а с проникающим ранением и обломками сам он бы не справился. Вытащил бы сам, как смог и пытался отлежаться? Животное бы поступило именно так… И погибло бы.

Он сильно рисковал. Но отпустил меня и знал, что я могу не вернуться. Я спрошу, когда Яр придет в себя — почему он так поступил?

Я наклонилась, ловя его дыхание.

— Как ты? — спросила я. — Яр?

Я убрала волосы назад, чтобы заглянуть в глаза. Он приподнялся и я предупредила:

— Не вставай.

Я дышала так же часто, как и он. Не знаю, что я хотела ему сказать.

Чувства, которые возникали внутри, были слишком странными. Неправильными. О таких чувствах похищенные девушки не говорят вслух, чтобы им не намекнули, какие они дуры.

Я сглотнула, так и не подобрав слов. Положила ладонь на влажную от речной воды грудь и мягко надавила.

— Не вставай, — я пыталась уложить его обратно.

Он не послушался.

— Рита, — Яр привстал навстречу.

Мы были так близко, что я почувствовала его тепло.

— Спасибо, что пришла, — прохрипел он, носом прикасаясь к моей щеке. Ладонь зависла над затылком. Эта странная не то ласка, не то благодарность была похожа на неоконченный поцелуй.

Яр так и не прикоснулся губами. Но этот призрачный поцелуй горел на коже не хуже клейма. Самый реальный в моей жизни. И безумно-желанный именно сейчас.

Эмоции захлестнули изнутри — я не могла дышать.

— Яр, — я зажмурилась, не понимая, что хочу сказать.

Он обнял меня одной рукой, и я позволила себе прижаться лицом к влажной шее. На ней часто билась жилка — еще болезненно, и кожа была горячей.

Я не одна. Не могу поверить.

— Помоги мне, — выдавила я, чувствуя себя перепуганной и слабой. Даже на слова не хватало сил. — Помоги, мне страшно. Не бросай меня.

— Куда я тебя брошу, — пробормотал он.

Яр меня отпустил — обеими руками уперся в деревянный пол и улыбнулся, сладко жмурясь. Я сняла руки с его шеи — за истерику было стыдно. Дала волю чувствам, перенервничала. Мне хотелось объясниться и я даже открыла рот… но промолчала.

Думаю, он и так все понял.

— Все нормально будет, — невнятно пообещал он, язык начал заплетаться.

Ему нужно отдохнуть, а я мешаю.

— Конечно, — я кивнула, отводя глаза. Опустила ладони на доски и оттолкнулась, чтобы встать.

Яр лег на пол, повозился, устраиваясь, закрыл глаза и тяжело вздохнул.

Я нашла в углу что-то вроде большой тряпки. То ли старый плед, то ли просто отрез пушистой ткани, и укрыла его. После того, как боль ушла, а я не пыталась сбежать пять раз на дню, Яра отрубило быстро.

Под его лихорадочно-глубокое дыхание я собрала медикаменты, убрала мусор, попила воды и вышла на крыльцо. Вот все и закончилось…

Как же хорошо ночью в лесу — особенно, когда не страшно. Я опустилась на скрипучую теплую ступеньку и уставилась в небо. Полночно-синее, оно было так густо усыпано звездами, что казалось, я вижу половину Млечного пути.

В городе такой красоты не бывает.

Я прислушивалась, как дышит Яр и отдыхала от тяжелого дня, суеты, чужих мне людей и одиночества. В животе было горячо из-за несбывшегося поцелуя. Жаль, что его так и не случилось.

А завтра мы об этом уже не вспомним.

Глава 35

В небе постепенно гасли звезды — время шло к утру.

Я подошла к машине, открыла дверцу — из салона на меня дохнуло дорогим салоном и кожей. С трудом нашла, как открыть багажник и начала копаться в содержимом.

Сумку с оружием я осторожно отодвинула в сторону. Мне нужна была другая — со всяким барахлом. Яра беспокоить не хотела, а привести себя в порядок нужно.

Я отыскала пачку салфеток и вернулась с ней на крыльцо. Сюда падал лунный свет, а «ягуар» стоял в тени дома. Здесь будет удобнее.

Мелькнула мысль искупаться в реке — разве салфетками много ототрешь? Вода наверняка теплая — речка неглубокая. Но поразмыслив, я не соблазнилась: купальника нет, плавать придется голой. Не хочу, чтобы Яр меня увидел, если проснется и пойдет меня искать.

На мгновение мысль, что он найдет меня голой в реке этой темной ночью, показалась заманчивой. Это было бы так… романтично… Если бы он увидел меня с берега, подошел посмотреть.

Я стеснялась о нем думать. И так много домыслила — почти ничего не оказалось правдой. А эти мечты такие сладкие и боюсь, реальность окажется другой, найди он меня в реке ночью. Не такой приятной, как в грезах.

Я наощупь вытерла лицо и шею, как сумела. После салфеток кожа влажно пахла дешевой отдушкой с запахом ромашки и календулы. Ощущения остались немного липкими и облегчения не принесли, но хоть кровь с себя смыла.

Мне отдохнуть было негде.

Всерьез воспринимать