Мятежница - Хизер Грэм

Элайна дала себе клятву больше не плакать и пока не нарушала ее. Да и слез у нее больше не осталось…

Ночь после похорон пролетела быстро. Йен безотлучно находился при ней. Вечером Дженифер и Типа приготовили ужин. За столом все старались отвлечь Элайну от тягостных мыслей. Говорили о политике, о возможной войне, о природе, об искусстве… И постоянно вспоминали Тедди…

Затем Джером отвез родителей на лодке домой. Мужчины, оставшиеся в доме, вышли на крыльцо и, попыхивая сигарами, тянули виски и тихо беседовали.

Заметив, что Элайна хочет удалиться к себе, Тила подошла к ней и взяла за руку.

— Я потеряла отца очень рано, — сказала она. — И вот появился отчим, такой тиран, что даже страшно вспомнить! Тебе, слава Богу, хотя бы такое не угрожает!

— Как же вы все это переносили?

— С трудом. Но благодаря ему я попала во Флориду и встретила здесь Джеймса. Так что справедливость в этом мире все же есть. Мой отчим приехал сюда воевать с индейцами. Вернее, истреблять их. Я же вышла замуж за человека, в чьих жилах течет половина индейской крови. Конечно, мне пришлось очень тяжко. Я хорошо понимаю тебя. Тедди был удивительным человеком и прекрасным отцом.

— Да, это ужасная потеря! — включилась в разговор Дженифер. Она незаметно подошла к ним с маленьким Энтони на руках. — Моя мать умерла, когда мне исполнилось пять лет. Очень скоро я лишилась и сестры. С тех пор я жила с мачехой…

— Боже, уж не хочешь ли ты и меня назвать тираном? — Тила всплеснула руками.

Дженифер улыбнулась и нежно обняла ее.

— О, вы оказались сущей ведьмой! — Она рассмеялась. — И употребили всю свою власть на то, чтобы заставить меня начать жить с начала. И при этом — очень счастливо!

— Спасибо тебе, Джен, — сквозь слезы прошептала Тила, растроганно глядя на падчерицу.

Элайна впервые за два дня улыбнулась, ибо Энтони потянулся к ней и обнял ручонками за шею. Взяв ребенка у Дженифер, она начала нежно укачивать его. При этом Элайна думала о том, как будет держать на руках своего малыша, хотя еще не привыкла к мысли, что у нее под сердцем теплится новая жизнь. Интересно, кто это? Мальчик или девочка? Какие будут у малыша глаза? Светло-карие, как у нее? Или темные, как у Йена?

И снова она подумала: «Как жаль, что Тедди никогда не возьмет на руки внучку или внука…»

Тила обняла Элайну.

— Держись, дорогая! И не тревожься за Беламар. Нас здесь много. Мы сумеем его отстоять… Элайна покачала головой.

— Уверена, что справлюсь со всем сама. Тила переглянулась с чем-то взволнованной Дженифер.

— В чем дело? — спросила Элайна, заметив это. — Вы что-то знаете? Так скажите мне! Объясните, почему кто-то другой, а не я, должен взять на себя заботу о доме отца?

— Об этом лучше поговори с мужем, — ответила Дженифер, потупившись.

— Ладно, но прошу и вас обойтись без недомолвок. Ведь речь идет о моей дальнейшей жизни!

— Нам не следовало затевать этот разговор. — Тила нахмурилась. — Пусть Йен сообщит тебе о своем решении.

— Решении? О каком решении? Скажите же мне! Тила, Дженифер, это бесчеловечно! Кто-то должен открыть мне правду. И уж если вы завели этот разговор, то будьте откровенны до конца!

Тила смущенно посмотрела на Элайну.

— После всего того, что здесь произошло, Йен хочет забрать тебя с собой в Вашингтон.

— В Вашингтон?!

Наступило неловкое молчание. Итак, Маккензи намерен увезти ее в Вашингтон… Но она не может туда поехать! По крайней мере сейчас, когда отца только что опустили в могилу! Когда здесь витает его дух и все кругом кричит о несчастном Тедди!

— Признаться, Элайна, — вздохнула Дженифер, — я тоже считаю, что тебе не нужно и даже опасно оставаться здесь одной.

— Разве я одна? А вы с Лоуренсом? А Джеймс и вы, Тила, на том берегу бухты? Это же совсем рядом! К тому же сюда будет приезжать Синди. Да и Брент, возможно, скоро вернется в Беламар.

— Элайна, — поддержала падчерицу Тила, — Йен согласился отпустить тебя сюда только ради твоего отца. Но теперь Тедди нет. А потому Йен хочет, чтобы жена была с ним.

«Хочет ли?» — подумала Элайна.

Она вспомнила ночь накануне его отъезда из Симаррона. Тогда Йен даже не разбудил ее, чтобы попрощаться. И пропадал целых четыре месяца. Конечно, как военный, он выполнял какие-то поручения. Да, Йен писал ей. Она не отвечала, потому что была зла на него. Даже не сообщила о своей беременности. Впрочем, Элайна не сказала об этом никому, кроме Дженифер.

— Думаю, в Вашингтоне тебе понравится, — утешала ее Дженифер. — Перемена обстановки всегда помогает. Особенно после большого несчастья. К тому же это очень красивый город. А сейчас там много интересных людей. Политики, руководители партий, общественные деятели съехались со всей Америки.

— А главное, — добавила Тила, — Йен в столь тревожной обстановке не должен бросать тебя одну.

— Но… — Элайна умолкла, желая поскорее закончить этот неприятный разговор, и устало улыбнулась. — Я очень измучена. Надо поскорее лечь в постель и попытаться заснуть. Спокойной ночи…

— Мы с Лоуренсом собираемся домой, — сказала Дженифер.

— Нет, нет, умоляю вас! — горячо воскликнула Элайна. — В доме станет так сиротливо! Мне хотелось бы, чтобы здесь было больше людей. Спать можно в комнате папы. Там спокойно и уютно…

Поднявшись к себе, Элайна быстро разделась и улеглась, надеясь уснуть. Только так она осталась бы наедине с собой.