Правила страсти - Сара Беннет

Только заметив несколько странное выражение лица Макса, Мариэтта вспомнила, что именно здесь на него напали совсем недавно. О Боже, как можно было совершить такую глупость и вернуть его на место боли и страданий! Разумеется, он теперь расстроен.

– Прости, Макс. – Она сделала шаг вперед и, встав перед ним, взяла его руку и крепко сжала.

– Простить? – удивленно проговорил он.

– Как я могла забыть! Тебе не следовало возвращаться сюда так скоро.

Кажется, на этот раз Макс понял.

– Ну, тогда все случилось на улице...

– Да, но это рядом. Может, ты хочешь домой? Я готова все отменить.

– Нет. – Макс сглотнул: Он не сможет пройти через это еще раз. Опустив глаза, он ясно увидел очертания ее груди и более темные кружки на кончиках.

Закрыв глаза, он откинулся на софу.

– Макс! – Мариэтта порхала вокруг него словно яркая бабочка, но он не пошевелился и не издал ни звука: у него просто не было сил это сделать. Ему позволено дотрагиваться до нее, но не ниже талии.

– Макс!

Еще минута, и она позовет слуг, Добсона и весь ночной кошмар повторится. Макс открыл глаза.

– Со мной все в порядке, но боюсь, мне нужно немного подкрепиться.

Мариэтта нерешительно взглянула на него, и тогда Макс прикоснулся к волосам, поправил манжеты и даже сумел улыбнуться.

– Если ты так уверен, тогда оставайся на месте, а я тебя покормлю. Ты уверен, что достаточно хорошо себя чувствуешь?

Макс вздохнул. Правда не всегда хороша, но сейчас Мариэтта ее заслуживала.

– Наедине с прекрасной девушкой, тело которой едва прикрыто, невозможно хорошо себя чувствовать, потому что приходится воздержаться от крайне неджентльменского поведения. Теперь понимаешь?

– Ой! – Мариэтта заморгала.

– Вот тебе и «ой».

Сердце Мариэтты сильно забилось, она представила, как его руки обвиваются вокруг ее талии, потом скользят вверх и накрывают грудь.

Взяв стакан хереса, Мариэтта поднесла его к губам и сделала глоток. У нее сразу перехватило дыхание, и она, кашлянув, прижала руку к горлу.

Через мгновение Макс уже был рядом с ней, протянув руку, он несколько раз хлопнул Мариэтту по спине, и она, повернувшись, взглянула на него глазами, полными слез.

– Мариэтта? Что? Что случилось?

Однако, уловив запах хереса, исходивший от нее, он с облегчением улыбнулся.

Мариэтта с трудом выдохнула:

– Ты не хотел это пить...

Макс покачал головой:

– Мы можем остановиться прямо сейчас. Ты меня слышишь?

– Только не это. Я приняла решение и не могу его менять.

– Прости, я не понимаю. Ты правда хочешь, чтобы незнакомые мужчины занимались этим с тобой? – Он неожиданно притянул ее к себе.

Мариэтта уткнулась ему в грудь, и Макс, нагнув голову, поцеловал ее.

Ее тело задрожало, на этот раз она действительно почувствовала его, потому что была почти обнаженной. Она ощущала силу его широкой груди, рук, его губы были горячими и одновременно страстными. Когда она обвила руками его шею, Максу показалось, будто он утопает в ее прикосновениях. Он чувствовал, как ее полная грудь, свободная от твердой оболочки корсета, прижимается к его груди. Он ощущал ее везде, где касались его руки. Легкий изгиб талии, выступающие бедра – тот, кто одевал Мариэтту, знал в этом толк. Мгновение спустя она окажется на полу, а он сверху, и возможность удержаться от совершения непоправимого будет утрачена.

Секунду он балансировал на грани, и лишь каким-то чудом ему удалось вернуться на землю и оторвать губы от ее губ. Они оба тяжело дышали. Глаза Мариэтты были закрыты, краска возбуждения залила ее щеки, губы распухли от поцелуев. Одетая в шелковое одеяние, которое едва ли можно было считать одеждой, она выглядела распутной и доступной, но Макс отлично знал, что она создана для роли куртизанки не больше, чем он.

– Ах, – прошептала Мариэтта, затем сглотнула, видимо, собираясь начать сначала. – Кажется, Макс, ты не смог сдержаться?

Макс нахмурился:

– Ерунда. Я полностью контролировал себя.

Мариэтта улыбнулась розовыми губами:

– Нет, не контролировал.

Она будто радовалась тому, что он чуть было не поднял ее на стол с напитками и не взял силой.

– Разве я только что не соблазнила тебя? – Она провела пальчиком по его груди, горлу и погладила загорелую кожу.

Макс сердито рассмеялся:

– Конечно, нет!

В ее глазах мелькнуло разочарование, но она тут же пожала плечами:

– Что ж, я думаю, у нас еще есть время.

В этот момент раздался негромкий стук в дверь, и Мариэтта улыбнулась:

– Войдите!

Слуги тут же внесли несколько подносов с едой и расставили тарелки на столе у окна, не забыв бутылки и ведерки для льда. Еды хватило бы на несколько человек, но Макс предположил, что Афродита сделала это намеренно.

Когда слуги вышли, Мариэтта устремилась к столу.

– М-м! – проговорила она, наклоняясь. – Вид просто восхитительный. Я и не думала, что так голодна. Все это из-за желания выглядеть покорной, я так думаю.

Макс хмыкнул:

– Покорной? Едва ли это к тебе относится.

Не обращая внимания на его слова, Мариэтта начала пробовать еду, а Макс принялся размышлять. Он высокомерно считал, что достаточно силен для того, чтобы заставить ее взяться за ум, и, направляясь в клуб, не сомневался в своей победе.

И вот теперь его подвергают суровому испытанию. Что, если Мариэтта подчинит его своей воле, а не наоборот, и он будет бегать за ней, словно влюбленный щенок?

Что же такое заключено в этой девушке? Она превратилась для него в наваждение. Максу хотелось спасти ее, но чувства увлекали его глубже, в темноту. Он мало что мог ей предложить – поверенный в делах ясно дал ему понять, что планы по повторному открытию шахты в корнуоллском имении в самом лучшем случае сомнительны. И все же он желал ее так сильно, что желание это преобладало над здравым смыслом. До сих пор ни одна женщина не выказывала подлинной заинтересованности в его сердце, и вот теперь, когда он нашел такую женщину, нет ничего, чем можно было бы ее привлечь, – ни денег, ни положения в обществе, ни драгоценностей. Он мог предложить ей только себя, но не был уверен, что этого окажется достаточно.

Еда и впрямь была восхитительной – цыпленок, жареные голуби и лобстер, множество мясных блюд, поданных со спаржей, щедро сдобренных маслом, и плюс к этому лимонные пирожные, апельсиновое суфле и мороженое в специальных стаканчиках. Мариэтта заботилась о том, чтобы тарелка Макса была все время полна, предлагая ему попробовать то одно, то другое блюдо, а Макс был благодарен за то, что она так старалась для него. И все же ему было трудно сосредоточиться на еде, поскольку Мариэтта постоянно порхала взад и вперед в наряде, распалявшем его воображение. Когда же она начала настаивать на том, чтобы он снял пиджак и разулся, он решил положить этому конец.