Ледяное сердце - Джорджет Хейер

Маргарет нервно потеребила пальцами платье. Ее ноздри трепетали, а огромные черные глаза были печальны.

– Ну что ты молчишь? – внезапно набросилась она на компаньонку. – Подскажи, как мне справиться с этим английским грубияном!

Жанна скрестила руки и с улыбкой ответила:

– Ну что сказать, Марго? Он выглядит настоящим мужчиной.

– Ну конечно, он мужчина! К тому же грубиян и невежа!

– Но прежде всего мужчина, – повторила Жанна де Факур. – Он достоин тебя, дорогая Марго.

– Ты думаешь, я с ним не справлюсь? Ты действительно так думаешь?

– Не знаю. Все возможно. Пока на твоем пути еще не встречались настоящие мужчины. Марго вскочила и сошла с возвышения:

– Ну да, конечно! Ты заодно с этим грубияном! Джеффри Мальвалле околдовал тебя! Жанна густо покраснела:

– Нет, мадам!

Графиня сердито усмехнулась:

– Думаешь, я ничего не вижу? Ты – и англичанин!

– Он… он очень обходителен, Марго, – умоляющим тоном произнесла Жанна.

– Очень обходителен! Ворваться в мои владения, обезоружить моих подданных и распоряжаться в моем замке в канун Рождества! Да, он очаровал тебя своими комплиментами, я не сомневаюсь! Ты, наверное, скоро покинешь меня?!

– Мадам! – Вздрогнув, Жанна встала. Бросившись к ней, Маргарет крепко обняла девушку:

– Нет, я не то хотела сказать! Я… я ужасно расстроена! Жанна, забудь мои слова! Я не знаю, что со мной!

Фрейлина осторожно усадила ее в кресло и, склонившись, погладила по руке.

– Бедняжка Марго! Бедняжка Марго! – нашептывала она, прижав гордую голову к своему плечу.

Графиня, рыдая, приникла к ней, но тут же отстранилась и вытерла глаза рукой.

– Неужели я плачу? Со мной такого никогда не случалось, Жаннетта.

– Ты слишком агрессивна, – упрекнула ее Жанна, встав на колени рядом с креслом. – Марго, смирись! К чему бороться с лордом Симоном? Он сильнее тебя, потому что он мужчина и захватил твои земли. Будь умнее, малышка! Будь умнее!

– Если бы я могла бежать! – взволнованно проговорила Маргарет. – Только бы добраться до Туринселя!

– Туринсель? Но, дорогая, до него же целых десять лиг!

– Ну и что? Если я доберусь туда, Фернан де Туринсель поможет мне! Он прогонит этого Бовалле из моих владений!

– Да, Марго, конечно. Но ты не можешь убежать и не можешь преодолеть десять лиг одна.

Темная головка гордо поднялась.

– Нет, могу! Ты забыла, насколько я сильна!

– И все же ты женщина, дорогая, – напомнила Жанна.

– Амазонка! – Маргарет вскочила, сверкая глазами. – Так меня называет этот английский тиран! Я ему покажу, на что способна амазонка!

Жанна откинулась назад, задумчиво глядя на огонь.

– Странный человек этот лорд Бовалле, – заметила она. – Он суров и молчалив, но окружающие боготворят его. И он очень ласков с детьми.

– Ласков с детьми? Он же собирался казнить их!

– Сэр Джеффри сомневается в этом. Он сводный брат лорда, и, по его словам, Симон сурово наказывает каждого, кто плохо обращается с детьми.

– Ложь! Все это ложь! Он очень жесток, я чувствую это!

– Нет, он очень справедлив к тебе, Марго. Графиня резко повернулась к фрейлине, ее грудь вздымалась.

– Ты так думаешь? А что скажешь об этом шраме на моей груди? Ты сама видела, как он вонзил в меня свой меч! А синяки на моих руках? Прошло уже три недели, а на моей руке все еще видны следы его железной хватки!

Жанна посмотрела на свою госпожу.

– Видимо, этот шрам останется навсегда, – задумчиво произнесла она.

– Да! И я всегда буду о нем помнить! И не успокоюсь, пока не отомщу! Жанна, неужели ты забыла, как он обращался со мной на глазах моих подданных? Неужели уже забыла, как он опозорил меня на улицах моего собственного города?

– Нет, тебя никто не узнал. И он ничего не сказал.

Миледи расхаживала по комнате, все больше распаляясь.

– Жаль, что я не убила Алана! Это была бы настоящая месть! Зачем я вступила в переговоры с ним?

– Ты же прекрасно знаешь, Марго, что не могла убить сэра Алана.

– Нет, могла! Но уступила из-за его угроз! Пустых угроз! А надо было высмеять их.

– Он нашел бы другой способ, – возразила Жанна. – Его нелегко победить, Марго.

– Посмотрим! – Черные глаза прищурились. – Он назвал меня ведьмой!

В дверь негромко постучали. Фрейлина встала, чтобы впустить кузена графини. Ярость Марго моментально исчезла. На щеках угас румянец, а рот принял надменное выражение. Шевалье, поклонившись, вошел в комнату:

– Как тебя чувствует моя милая сестренка?

– Вполне прилично. Что тебе нужно, Виктор?

– Ты всегда так холодна! – пожаловался он. И, глядя на Жанну, отошедшую к окну, придвинулся ближе к кузине. – Кажется, английский медведь утратил бдительность. Сейчас сидит в холле, что-то пишет, и никто не охраняет его спину. Впервые его верный слуга куда-то отлучился.

Не проявляя интереса, она отодвинулась от него.

– Я кое-что принес тебе, Марго, – тихо проговорил шевалье, вкладывая в ее руку кинжал, украшенный драгоценными камнями.

Ее рот скривился.

– Что ты хочешь от меня? – Она бросила кинжал на стол.

– Чтобы ты снова стала хозяйкой своих владений, – ответил он, не сводя с нее глаз.

– Нанести удар в спину, не так ли? Разведя руки, шевалье пожал плечами:

– В борьбе женщины с мужчиной это вполне допустимо!

Маргарет выпрямилась, презрительно глядя на него:

– Ты надоел мне, Виктор! Заколи его сам, если хочешь.

– К сожалению, я дал ему слово! – небрежно отозвался шевалье. – Иначе я давно бы заколол его и освободил эту землю от тирании. – Он помолчал, искоса поглядывая на кузину, затем упрекнул: – Ты не всегда была такой благонравной, милая Марго. Неужели ты отказываешься от борьбы?

Его укус подействовал.

– Ни в коем случае! Уж не думаешь ли ты, что я боюсь Симона Бовалле?

– Он беспощаден, но быстрый удар сзади…

– Ты несносен! – воскликнула она. – Если я и убью его, то не исподтишка! Убирайся из моей комнаты!

Шевалье на цыпочках направился к двери, но остановился у стола, чтобы забрать кинжал.

– Оставь! – резко приказала Маргарет. Когда кузен ушел, она метнулась к столу и спрятала кинжал на груди.

– Я хочу побыть одна, Жанна.

Фрейлина встала и молча вышла из комнаты. Когда дверь за ней захлопнулась, леди Маргарет снова заметалась по комнате. Наконец остановилась и вытащила кинжал. Затем, подобрав юбки, чтобы они не шуршали, подошла к двери и открыла ее. Каменные ступеньки вели в большой холл. Крадучись, графиня начала медленно спускаться.