Чура - Ольга Богатикова

- Пожалуйста, присаживайтесь - кивнула я мужчине.

Тот мягко опустился на стоявший рядом стул.

- Знаете, Аня, а я ведь сразу вас узнал, - улыбнулся оборотень.

- Мы знакомы?

- Нет, - он покачал головой. – Вернее, знакомы, но заочно. Я хорошо знаю вашего отца. И вы очень на него похожи.

Бокал с вином, которое я собиралась пригубить, застыл у меня в руке.

- Вы знакомы с моим отцом? – изумленно переспросила я.

- Да, - кивнул мужчина. – С самого его детства.

Вот это да! Неужели отыскался человек, который знает, от кого же я была рождена?

- Родные всегда говорили, что я похожа на мать, - заметила ему, стараясь скрыть охватившее меня волнение.

- Ерунда, - усмехнулся оборотень. – От Ирины у вас только волосы и глаза. Зато овал лица, губы, нос – в точности, как у Виктора. Даже взгляд – его. Такой же прямой и внимательный. Между тем, я забыл представиться. Простите мою оплошность, Аня. Я – Вадим Самойлов, вожак стаи местных волков.

О!

- Рада знакомству, - криво улыбнулась я. – Пару дней назад мне довелось пообщаться с вашими подчиненными. Знаете, у нас вышла очень эмоциональная встреча.

Самойлов кивнул.

- На самом деле, Аня, я подошел к вам, чтобы извиниться. Мои подчиненные вели себя несдержанно, и мне очень за них стыдно. Я не хочу портить отношения ни с вами, ни с Всеволодом, поэтому прошу простить членов моей стаи. Клянусь, они не желали вам ничего плохого.

И почему я ему не верю?

- То, что Всеволод привел вас сегодня сюда и одним махом познакомил с первыми лицами нашего сообщества – правильное и очень умное решение, - продолжил волк. – С его стороны было бы неправильно прятать от нас свою очаровательную невесту. Вообще, Репьевский – очень выгодная партия. Думаю, Виктор будет доволен, когда узнает, что его дочь так удачно устроилась.

- Будет доволен? – переспросила я. – Так значит, он жив?

- Конечно, - удивился Самойлов. – И жив, и здоров, и, возможно, даже в меру упитан.

- Он член вашей стаи?

- Конкретно сейчас – нет. Раньше он действительно находился у меня в подчинении, но уже больше двадцати лет живет в другом месте.

Надо же! А я-то всегда считала, что отец мирно покоится на одном из местных кладбищ. Помнится, мама во время одной из наших редких встреч сказала, что мне не стоит забивать себе голову мыслями о загадочном родителе, ибо я никогда его не увижу.

- Скажите, Вадим…

- Александрович.

- Вадим Александрович, выходит, Виктор знает, что у него есть дочь?

- Еще бы, - усмехнулся альфа. – Ваше появление на свет, милая девушка, в свое время здорово изменило его жизнь.

- Значит, мой отец тоже оборотень? Волк?

Самойлов неожиданно замялся.

- Вроде того. Хотя и не совсем.

Поинтересоваться, что он имеет в виду, я не успела – за стол сел Репьевский.

- Здравствуй, Вадим, - холодно сказал он моему новому знакомому. – Рад тебя видеть.

- Взаимно, Сева, - кивнул тот. – Знаешь, я воспользовался случаем и извинился перед Анной за недоразумение, случившееся в эту пятницу.

- Анна тебя простила? – все так же холодно уточнил мой спутник.

- Простила, - сказала я.

- Прекрасно. Ты хотел что-то еще, Вадим?

- Нет, - покачал головой Самойлов. – Я, пожалуй, пойду. Не буду отнимать ваше время.

- Спасибо, - кивнул Сева. – Будь добр, выкрои завтра утром в своем плотном графике пару минут. Мне нужно с тобой поговорить.

- Хорошо, - ответил волк, бросив на меня взгляд. – Пообщаемся завтра.

Вадим встал со стула и неторопливо пошел куда-то между столиками. Всеволод повернулся ко мне.

- О чем вы разговаривали?

- Обсуждали общих знакомых, - ответила я.

- У вас есть общие знакомые?

- Как оказалось, есть. Сева, не надо так волноваться. Вадим Александрович был вежлив и мил. Действительно извинился за несдержанность своих подчиненных, поклялся, что они не сделали бы мне ничего плохого.

- Чура при тебе?

- Да, лежит в сумочке. А что?

- Ничего, - Репьевский улыбнулся, при этом его плечи заметно расслабились. – Как тебе моя речь?

- Честно? Кроме фразы «Добрый вечер, дорогие друзья», я почти ничего не услышала. Меня, знаешь ли, отвлекли.

- Ох уж эти волки, - фыркнул Всеволод. – Умеют они перетянуть на себя внимание…

В течение трех следующих часов мы успели выслушать еще два доклада, сытно поужинать и пообщаться с десятком-другим зоозащитников.

Вадим Самойлов к нам больше не подходил – оживленно беседовал на другой стороне зала с какими-то людьми и не обращал на нас никакого внимания. Меня, в отличие от Севы, это совершенно не устраивало. Старый волк наверняка неспроста завел разговор о загадочном папе, и теперь мне очень хотелось его продолжить.

Не покривлю душой, если скажу, что биография неведомого Виктора была мне интересна с исторической точки зрения - человеку, который рос без отца, всегда любопытно узнать, кем является его родитель. А уж слова Самойлова о том, что он был членом его стаи, и вовсе вызвали в моей голове целую бурю противоречивых мыслей.

Учитывая, что Всеволод с Вадимом являются давними конкурентами, мы с альфой наверняка встретимся еще ни раз, однако откладывать столь интересную тему на потом совершенно не хотелось. В самом деле, если сказал «а», говори и «б».

Ближе к концу вечера, когда Репьевский увлекся обсуждением новомодных систем сигнализации с двумя высокими серьезными тиграми, я, шепнув, что хочу ненадолго отлучиться, отправилась искать Самойлова.

Он обнаружился буквально через пару минут. К моей удаче, старый волк в одиночестве стоял у панорамного окна, пил из высокого бокала вино и о чем-то думал.

- Вадим Александрович!

Мужчина повернул ко мне голову, улыбнулся.

- Извините, что отвлекаю, - я подошла ближе и встала у окна рядом с ним. – Мы с вами не закончили разговор. Вы не будете против его продолжить?

- Не буду, - пожал плечами Самойлов. – Вы ведь хотите поговорить о Викторе, верно?

- Да. Я никогда его не видела, и хочу узнать о нем хоть что-нибудь.

- Понимаю, - кивнул Вадим. – Однако я вряд ли смогу сообщить много полезной информации. Я не знаю ни где он теперь живет, ни чем