Бездонная пустота (ЛП) - Аврора Роуз Рейнольдс

— Что? — шепчет она, и я киваю.

— Мы не спорим об этой чуши и определенно не тратим время на то, чтобы думать о ней. Мы с тобой вместе и это навсегда.

— Зак.

— Нет, у нас все налаживается. Мы счастливы и работаем над созданием нашей семьи, и я не позволю тебе превратить эту проблему в то, чем она не является. Я не позволю тебе использовать свое прошлое как предлог, чтобы оттолкнуть меня. Мне плевать, что сделал Макс. Его здесь нет. Есть ты и я. Я не прошу тебя жертвовать своим счастьем. А говорю тебе, что отношения Обри и Стивена с их матерью — это не то, из-за чего тебе нужно выворачиваться наизнанку.

— Но это моя проблема, — мягко отвечает она, и я откидываю голову назад.

— Нет, детка. Это она должна бороться за то, чтобы оставаться рядом с ними. Это ей, а не тебе, нужно беспокоиться о том, как у нее это получится. Я буду беспокоиться об этом, потому что хочу, чтобы у них было как можно больше любви и в их жизни присутствовала мать. Но это не то, о чем стоит беспокоиться тебе. — Я вздыхаю, а затем рычу. — Господи, Макс, может, и мудак, но он любит своего сына достаточно, чтобы бороться за него. Он любит его настолько, что летит сюда, чтобы повидаться с ним, когда от него ничего не слышно несколько дней. Не пойми меня неправильно. Я знаю, что Тина по-своему любит Обри и Стивена, но она никогда бы не пожертвовала своим счастьем ради них. В данный момент она заботится только о себе.

— Это несправедливо по отношению к Стивену и Обри, — шепчет она, заламывая руки.

— Да, но, в конце концов, все, что я могу сделать, молиться, чтобы дети видели, как мы строим новые отношения, и познали, как выглядит любовь и семья, и надеюсь, что где-то на этом пути это дойдет до них.

Ее лицо смягчается, и Шел собирается заговорить, но ее прерывают.

— Мама переезжает? — спрашивает Стивен, и я поворачиваю голову в сторону коридора, где стоят он и Хантер, очевидно, в какой-то момент вошедшие через заднюю дверь кухни, только я понятия не имею, когда и как много они слышали.

— Приятель. — Я выдерживаю его взгляд и вижу в его глазах боль, от которой стискиваю челюсть.

— Мама переезжает? — повторяет он, и я киваю.

— Она поговорит об этом с тобой и Бри, когда вы придете к ней в выходные.

— Она собирается жить с Томасом, да? — делает он предположение, и я киваю, не желая лгать ему, хотя каждая часть меня хотела бы этого, чтобы защитить его. Он любит свою маму, всегда любил безоговорочно, и эта любовь глубока. Так глубока, что я задаюсь вопросом: не потеряю ли я из-за этого своего мальчика — о чем я беспокоился с тех пор, как Тина рассказала мне о своих планах.

— Она оставляет нас с Бри здесь, чтобы жить со своим парнем? — спрашивает сын снова, и я шагаю к нему, обхватываю сзади за шею и наклоняю голову.

— Она будет в сорока пяти минутах полета отсюда. Вы сможете навещать ее в любое время, когда захотите.

— И видеть его, да? — Стивен смеется, но звук болезненный и горький. — Он даже не разговаривает с нами! Даже не замечает нашего присутствия, когда мы у нее дома, и он там с нами.

— Мы найдем способ заставить это работать, приятель. Мы с мамой найдем способ сделать так, чтобы вы были там в его отсутствие, или она будет приезжать сюда, если это то, что вам с Бри нужно.

— В чем смысл? Бри права. Маме все равно, — бормочет он, опуская глаза в пол.

— Она любит вас, — вмешивается Шел, и Стивен поднимает на нее глаза. — Привыкнуть к переменам займет время, но ваша мама любит вас. Я видела вас вместе и видела ваши фотографии. Вы с Обри — ее мир.

Мышцы Стивена напрягаются под моей рукой.

— Просто дай этому время, милый. Все будет хорошо. Вот увидишь. Мы с твоим папой позаботимся о том, чтобы вы с Бри могли видеться с ней так часто, как захотите. Верно, Зак? — спрашивает она, и хотя сейчас не время улыбаться, я чувствую, что делаю именно это, потому что она каким-то образом просто поставила себя в центр всего этого.

— Обязательно, — соглашаюсь я, еще раз сжимая шею сына. — Все будет хорошо.

— Конечно, — говорит он совсем не уверенным тоном, и я касаюсь лбом его лба.

Услышав, как открывается входная дверь, я не отстраняюсь.

— Все в порядке? — я слышу вопрос Бри и мой взгляд перемещается на нее.

— Все в порядке, красавица.

— Тогда почему Стивен выглядит таким расстроенным? — спрашивает она, и я слышу, как Шел что-то говорит Хантеру о Пенни, затем звук шагов по деревянному полу, а также цокот когтей, и понимаю, что Бри, должно быть, привела Пенни с собой.

— Мама поговорит с тобой и Стивеном в эти выходные о своих планах переехать в Анкоридж.

— Я же говорила тебе, — восклицает Обри, глядя на Стивена. — Я говорила, что она уедет с ним.

— Заткнись, Бри, — рычит Стивен, когда я слышу возвращающиеся к нам шаги.

— Обри, не надо. Сейчас для этого не время, — останавливаю я ее, видя, что дочь собирается сказать что-то в ответ.

— Прекрасно, — фыркает она, пристально глядя на Стивена и скрещивая руки на груди.

— Как только мама поговорит с вами, мы сядем и решим, как нам действовать дальше, но я не хочу, чтобы вы ссорились из-за этого. Вы понимаете? — спрашиваю я, переводя взгляд с одного на другого, и они кивают.

Сотовый, прикрепленный к поясу, звонит, заставляя вздохнуть, потому что я знаю, это по работе, и не могу игнорировать, хоть и хочу.

— Алло?

— Знаю, что ты только что ушел, но в «Харбор» драка, и обоих участников отправили в больницу, и они выдвигают обвинения друг против друга. Арни уже там, но ему нужна поддержка, — говорит Дарла, и я смотрю на Шел.

Две недели назад мы планировали поужинать с Остином, Леей, Рондой, Беном и их сыном Брейденом, но нам пришлось отменить, когда меня вызвали на работу, и, похоже, это повторяется.

— Скажи, что я уже в пути.

— Будет сделано, — говорит она, вешая трубку.

— Прости, детка,