Оправданный риск - Дж. Л. Лесли

— Да пошёл ты! — кричит ему Хантер.

— Похоже, ты уже получил своё наказание, — говорит Мейсон. — Ты исключён.

— Нет! — я протестую.

— Мы проведём собрание, чтобы сделать всё официально, но тебе здесь больше не рады. Оставь свою долю, — Мейсон подходит ко мне, указывая на Хантера. — Если он не одобряет, Джейка не будет. Вот как это работает, — объясняет он и понижает голос. — Я нарушил правило, но, чёрт побери, всё ещё могу исключить его. Никогда больше не угрожай мне.

Мой брат проходит мимо нас, прихрамывая, когда выходит из гаража. Я обхожу Мейсона и подхожу к Джейку, протягивая руку, чтобы осмотреть повреждения на его лице.

— Мне очень жаль, — говорю я ему. — Я думала, что смогу исправить это.

— Это не твоя вина, — уверяет он меня.

— Но… но тебя же выгнали из клуба! Это моя вина!

Он качает головой, обнимая меня за плечи, пока я помогаю ему выйти.

— Я бы ничего не стал менять, Скайлар.

Мы возвращаемся в клуб, Хантера и Мейсона нигде не видно. Джейк уходит в свою комнату, а я бегу обратно в клинику, чтобы взять кое-какие вещи, чтобы привести его в порядок.

Я стираю кровь с его лица и костяшек пальцев, и он морщится, когда я накладываю шов на отвратительный порез на его лбу. Моё сердце разрывается, когда я понимаю, что это сделал мой брат. Они всегда были так близки, и я не могу отделаться от ощущения, что, если бы не я, этого бы не произошло.

— Не могу сказать, кто победил, Джейк, — поддразниваю я, пытаясь разрядить обстановку и накладывая лейкопластырь на его порез.

Он слегка усмехается.

— По крайней мере, ты можешь позаботиться обо мне.

После некоторого молчания, он говорит:

— Ты же знаешь, мне не разрешат остаться в твоей квартире. Это собственность клуба, — сообщает он мне. — И здесь я не могу остаться.

— Тогда я буду там же, где и ты.

Он кивает, слегка улыбаясь.

— Но мы всё-таки сходим за твоими вещами. Док не против, что ты не в клинике? Если тебе нужно работать, я пойму.

— Нет, я объяснила, что у меня срочное семейное дело.

Я заканчиваю обрабатывать его, и он достаёт из шкафа сумку и начинает бросать туда свою одежду. Я помогаю ему, пытаясь сначала сложить их, но сдаюсь, когда он продолжает бросать их.

Наконец, он снимает свой патч и аккуратно кладёт его на кровать, как будто это его самое ценное достояние. Он поднимает сумку и перекидывает её через плечо, лишь раз оглянувшись на кусок кожи, который означал, что он когда-то был членом «Королевских Ублюдков».

Глава 36

Джейк

Я никогда не думал, что этот день настанет. День, когда я уйду от людей, которых называю своей семьей. Моей настоящей семьей.

Я думал, что умру королевским ублюдком. Что единственный выход из клуба — в мешке для трупов. Вместо этого я уехал с вещмешком, пристёгнутым к мотоциклу, оставив после себя всю свою долю, которую я с таким трудом заработал.

Я сажусь на байк, а Скайлар забирается сзади и обнимает меня за талию. Прежде чем уехать, я ещё раз оглядываюсь на здание клуба. После того, как у нас пройдёт совещание в церкви, меня никогда не примут обратно.

Мы решили сначала снять номер в отеле, чтобы я мог оставить свои вещи, а потом я отвезу её за сумкой с её вещами. Позже мы придумаем более постоянное место. Пока я еду, я думаю о том, насколько хреновая сложилась ситуация.

Когда я давал клятву «Ублюдкам», я выполнял самую низкую работу. Я подавал членам клуба напитки, убирался в клубе, ремонтировал мотоциклы и даже избавлялся от трупов. Я был полноценным проспектом и не боялся запачкать руки. Они отвлекали меня от мысли о том, что я оставил Скайлар.

Я легко мог видеть братство, которое у них там было, и я жаждал его, отчаянно хотел быть его частью. Когда за меня проголосовали, я наконец почувствовал, что жизнь, которую я создал, стоит той жизни, от которой я ушёл.

Как только я стал силовиком, я больше не убирал трупы. Я был тем, кто сваливал их в кучу. Я никогда не ставил под сомнение задание, которое мне давали. Я играл ключевую роль в управлении законным деловым фронтом для отмывания наших денег, и я чертовски хорошо справлялся со своей работой.

Я нарушил одно проклятое правило, одно нелепое проклятое правило, и вот так всё кончено. Всё, ради чего я работал, спущено в канализацию.

Я был идиотом, думая, что Хантер поймёт. Он ясно дал понять, что не хочет видеть Скайлар в клубе. Чёрт возьми, он избегал её годами, чтобы она не вмешивалась. В тот момент, когда он привел её сюда, я проигнорировал его желание.

Мы неделями тайком встречались. Чёрт, я избегал говорить с ним об этом, потому что знал, как это будет. Я должен был догадаться, что он не будет в восторге от того, что кто-то из ублюдков будет со Скайлар.

Дело в том, что я думал, что он простит это только мне. Мы так давно знаем друг друга. Я лелеял надежду, что если он когда-нибудь и одобрит кого-то для Скайлар, то это буду я.

— «Шератон»? — спрашивает Скайлар, когда я подъезжаю к отелю. — Я думала, ты будешь вести себя немного скромнее.

— Я не собираюсь останавливаться в каком-то мотеле по двадцать баксов за ночь, милая, — говорю я, хотя мне уже приходило в голову, что мне придётся найти способ заработать немного денег, не получая членских взносов от клуба.

Я также всё ещё на крючке по деньгам для лечения Элли, если только кто-то из других братьев не согласится вмешаться и сделать это. Думаю, я буду беспокоиться об этом, когда пройдёт собрание в церкви. Возможно, Хантер сделает шаг вперёд и сделает это для Элли. У неё действительно случился рецидив из-за тех дерьмовых слов, которые он ей наговорил.

Я припарковываю свой байк и слезаю первым, прежде чем протянуть Скайлар руку, чтобы помочь. Я беру свою сумку и перекидываю её через плечо. Мы вместе идём через парковку, и ни один из нас не говорит о том, как сюрреалистично это ощущается.

Как только я снимаю номер, мы поднимаемся наверх, и я бросаю свою сумку на пол, прежде чем рухнуть на кровать. Скайлар хихикает и ложится рядом со мной на живот, подперев подбородок