Несносный босс или курс выживания для миллиардера - Алекс Коваль

– Не может, – отвечает за меня Антон.

– Я не с тобой разговариваю!

– Ты мне еще повизжи! – тычет изогнутой вилкой в сторону Сотникова Котов.

– Да какого черта ты себе позволяешь?! – взбрыкивает Макс, подскакивая на ноги. Да так резко, что бедная табуретка отлетает и с грохотом валится на пол. – То, что ты генеральный директор, не дает тебе право распоряжаться личной жизнью и личным временем твоих подчиненных!

Во-о-т! Вот совершенно то же самое и я пыталась этому Котяре объяснить.

Не понимает.

– Ты вообще ей никто! – бьет кулаком по столу Макс. Ух, смело. – Поли?! – и неужели мне еще неделю назад нравилось это “Поли” на французский манер?

– Я ее непосредственный руководитель, и да, – подскакивает на ноги Антон, – черт побери, я буду решать, где она, с кем она и чем занимается.

– ЧТО?! – а это уже вскакиваю я с протяжным визгом. – Да ты… да я…. да НЕ ИМЕЕШЬ ПРАВА!

– Поспорим? – переводит на меня свой убийственно спокойный взгляд Антон.

– Ну, уж, нет уж! Не буду я с тобой спорить. Доспорилась уже, вечность буду разгребать, – поджимаю губы и отвечаю на упрямство Антона своим упрямством.

– О чем это вы? – сбавляет обороты в голосе Макс.

– Ни о чем!!! – выдаем синхронно с Котовым и смотрим на растерявшегося Сотникова, который присмирел и сел обратно.

– Значит так! Надоели! – машу руками, злая, как собака.

После завтрака и их “выяснения отношений” голова начинает в разы сильнее болеть. А желудок урчать, потому что доесть свою порцию в скромных два яйца я так и не успела.

– Если оба хотите остаться здесь до выходных, то перестаньте вести себя, как два барана! Лучше направьте свое упрямство в нужное и полезное русло. А если же нет, то дверь там! – машу рукой в сторону выхода и смотрю на Сотникова.

Котова было бы глупо выгонять, вообще-то этот “курс выживания” предполагался для него. Но чем дальше, тем больше появляется ощущение, что это я себе и своим нервам устроила проверку на прочность. И “выживаю” тут уже на самом деле я. А это наглое животное ловит кайф.

Все. Два дня, и я заканчиваю этот цирк.

Домой в субботу мы полетим самолетом!

Глава 26. Раз картошка, два картошка - стальные нервы у Антошки

После завтрака отбрыкиваться от работы, что ожидаемо, никто не стал.

Погодка сегодня стояла на удивление погожая. Хотя я и опасалась, что мокрая после ночного ливня земля не позволит заняться земляными работами, но нет. Она просохла, мы вооружились лопатами и ведрами и в двенадцатом часу выгреблись на огород.

Втроем.

Я, Котов и Сотников.

Эти два индюка так и не разговаривали. Только если со стороны Антона была молчаливая и “спокойная” ярость, то Макс был немного похож на взвинченную истеричку.

Еще один плюсик в копилку аргументов: не мужик.

И нет, его предложение съездить с ним в отпуск ни капли не растопило моего заледеневшего после свидания сердечка.

Не хочу. И точка.

Даже его попытки противостоять Антону за завтраком хоть и выглядели смелыми, но… сердце осталось глухо. В общем, такой мне не нужен.

Я никогда не любила копать картошку. Я вообще никогда не любила рыться в земле. Ну, как такое можно любить? Жуки, пауки, черви, и прочая нечисть, что оттуда лезет, в детстве повергали меня в дичайший ужас.

Сейчас я, конечно, выросла и визжать, поймав очередного проволочника, не буду, в обморок от страха не грохнусь, но и кайфа от этого занятия все равно не испытываю.

Вяло покопавшись в первом подкопанном Сотниковым рядку и разрыв пару лунок, почувствовала, что меня взял настоящий псих. Что это я, такая умница и красавица, с высшим образованием и маникюром, должна рыть ямы?

Нет, я, конечно, понимаю, что это на семейное же благо, но у меня вон – два перекачанных титана есть. Пусть они и копают.

– Куда? – удивленно косится на меня Макс, когда я, бросив перчатки на ведро, потопала прочь.

– Туда, – ответила многозначительно и пошла в сторону крыльца. Уселась пятой точкой на ступеньки и схватилась за бутылку воды.

Жажда замучила. Похоже, это все последствия вчерашнего “загула”.

Почти залпом опустошила тару и, уперев локти в колени, бросила взгляд на Антона.

Котов за без малого час работы уже успел раз десять набить ведра и высыпать картошку просыхать. Сразу видно, бывший выходец из “народа”. Да и лопату Котов держать умеет, картошку копать тоже. Что в свете услышанного мною в лесу  не удивительно. Теперь больше, чем уверена, что и все эти “испытания” мои для него – детский лепет. Человека из человека не вытравить.

Тогда как Макс за это же время успел… только подкопать ряд и с сотню раз пробубнить, что к такому его жизнь не готовила. Что у него болит спина и уже заныли руки. Вот кто у нас сто процентов городской парнишка, так это он, похоже.

– Раз картошка, – приговаривает Макс, кидает в полупустое ведро и роет дальше. Подкапывает он, кстати говоря, отвратительно. Неудивительно, что половину работы ему приходится делать руками. – Два картошка.

– Ты решил посчитать ее всю? – не выдерживает Котов. – Может, по соседям пробежишься, погреба обшаришь?

Я прыснула со смеху. Было бы забавно.

– Да, если меня это отвлекает, то я буду считать. Тебя что-то не устраивает?

– Да нет, что ты, продолжай.

– И вообще, это адская работенка, не проще ее купить?

Котов фыркнул. Передохнул, снял футболку от Armani, заткнул за пояс спортивных штанов от Gucci, бросил взгляд на свои дорогущие Ulysse Nardin и на пронизывающем осеннем ветру, весь в грязи и с чумазым лицом, схватился за “инструмент”. Даже сама ситуация комична. Человек, на котором шмотки ценой с весь этот дачный поселок, молча копает и не бузит.

Тогда как Сотников в своем Adidase уже извелся.

Блин, почему Котик так сексуально смотрится с лопатой в руках?

– Поли! – требовательно окликнул Макс, заставляя оторвать взгляд от потной спины Антона.

– Что?

– Не проще купить? Что за дичь, малышка?

В этот момент Антон так на него зыркнул, что у меня появилось дикое желание попросить его огрести