Самая главная проблема Академии Драконов - Оксана Гринберга

Но Кайден тоже был рядом. Обнял меня за плечи, прижал к себе, и я прильнула к его груди, чувствуя, как меня потряхивает от пережитого.

- Эйви, что он сделал?! Вот же гаденыш! – он уставился вслед лорду Винслеру ненавидящим взглядом.

Эйдан тоже смотрел встревоженно, тогда как Риз…

- Эйви, да у тебя же кровь! Кровь из носа… Вот, возьми! – сунула мне в руку салфетку.

- Как ты, Эйви? – спросил меня Кайден. Отстранил, вглядываясь в мое лицо.

- Со мной все в порядке, – соврала им. – Все хорошо! Ничего особенного не произошло.

Хотя кое-что произошло, и ничего хорошего в этом не было.

- Что он сделал? – ледяным тоном поинтересовался Кайден, и я внезапно подумала…

С этого станется вызвать лорда Винслера на дуэль, и тем самым он рискнет не только своей жизнью, а заодно может разрушить и свое будущее.

- Ничего! – твердо сказала ему и остальным. – Говорю же, он ничего мне не сделал! Просто на словах объяснил, что на отборе в команду Эльрена мне будут не особо рады.

- Тогда почему у тебя кровь? И почему я чувствую следы ментальной магии? Эйвери Таккер, что произошло?! – не сдавался Кайден.

- Я наступила лорду Винслеру на ногу. Причем несколько раз подряд, и он немного расстроился. Ну что же, в будущем мне придется брать уроки танцев...

Сказав это, я закрыла глаза.

Голова болела так, словно в нее всадили топор приспешники отца Таккера, а потом забыли его оттуда вынуть. К тому же перед глазами до сих пор мелькали картинки боя, в котором лорд Винслер потерял своего дракона.

По его словам, это произошло тогда, когда сражались войска Нерлинга и Туманного Предела. Тогда почему в том бою я видела только драконов?!

Драконы бились с драконами, а вовсе не с летающими на гаррешшах магами и даже не с вивернами.

Это не укладывалось в мою болевшую голову.

- Эйвери! – услышала я предупреждающий голос Кайдена и открыла глаза, увидев перед собой того, кого не ожидала.

Оказалось, к нам подошел лорд Перри Аллавей, молчаливый спутник лорда Винслера.

- Вы ведь Эйвери Таккер? – спросил у меня.

Я кивнула, о чем тотчас же серьезно пожалела. Голове такое не понравилось.

- Мне жаль, что вам пришлось через это пройти, – произнес лорд Аллавей, взглянув на меня сочувственно. – Судя по всему, у вас вышел довольно неприятный разговор, который мне не удалось предотвратить. Но я прошу вас простить лорда Винслера! Его слова и поступки, уверен, были продиктованы исключительно усталостью и огромной ответственностью, которую возложил на нас король.

Я глядела на лорда Аллавея, но до меня слабо доходили его слова и извинения.

Получалось, он знал, что его соратник и товарищ может на мне сорваться, но не уследил, а теперь пытался замять дело, принеся мне… любезные извинения от себя, а заодно и от лица лорда Винслера, хотя тот не собирался этого делать?

Затем я посмотрела на Риз и подумала… Интересно, когда эти двое, а еще и остальные в академии поймут, что они на одно лицо? Или же это настолько фантастическое предположение, что все сочтут его за совпадение?

Первой не выдержала моя подруга.

- Значит, то, что лорд Винслер назвал мою подругу мерзкой потаскухой с Суши, было продиктовано исключительно его усталостью? – воскликнула она. – О, первый советник короля настолько радеет о благе королевства, что, не разобравшись в том, кто прав, а кто виноват, позволяет себе разбрасываться подобными словами, а заодно и магическими заклинаниями?

- Мне жаль, – вновь произнес лорд Аллавей. – Это был досадный, даже прискорбный инцидент! Уверен, лорд Винслер ничего подобного не думал и не замышлял… Приношу свои глубочайшие извинения и постараюсь проследить, чтобы впредь такого не повторилось.

Но Риз было уже не остановить.

- Лорд Перри Аллавей! – произнесла она, уставившись ему в глаза. Такие же зеленые, как и у нее. – Интересно, как вы называли мою мать, когда ее соблазняли? Вряд ли говорили ей подобные слова! Наверное, вместо этого сладко пели ей в уши, как делаете сейчас, а за глаза считали ее «мерзкой потаскухой с Суши»!

Он отшатнулся, и на его лице застыло изумленное выражение.

Но Риз же разошлась не на шутку.

- Но знайте, она вас любила! Так сильно, как никто другой, хотя вы это совершенно не заслуживаете! Вы, в своем убогом и заплесневелом имперском высокомерии, вы, не понимающие, что без Суши не было бы всего этого… – Она обвела взглядом ни в чем не повинный бальный зал. – Не было бы всех вас! Потому что мы слишком много вам даем! Мы – житница Нерлинга, мы – источник ваших полезных ископаемых, мы – основа богатства Летающих Островов! А вот вы… Вы – неблагодарные варвары, вот кто вы такие! Приходите, берете, унижаете и смеетесь над нами у нас же за спиной, называя мерзкими потаскухами! О, я больше не хочу иметь с вами никаких дел! – причем заявила это уже не лорду Аллавею, а Эйдану МакГиллу.

Еще и оттолкнула его руку, хотя принц слушал Риз с совершенно ошеломленным видом. Подозреваю, как и остальные из нашей компании.

- Риз… Риз, постой! – первым пришел в себя Эйдан. – Погоди, ты утверждаешь, что лорд Аллавей – твой отец?! Лорд Аллавей, – повернулся к нему, – немедленно объяснитесь! – и в его голосе прозвучали стальные нотки.

Но объяснений он так и не услышал, потому что лорд Аллавей сейчас был разве что способен глотать воздух. Поэтому Эйдан снова обратился к моей подруге:

- Риз, погоди! Тебе стоит успокоиться и обо всем поговорить!.. Сперва со мной, а потом и со своим отцом…

Но не тут-то было.

- Не подходи ко мне больше никогда, Эйдан Церон МакГилл! – заявила ему подруга. – Я не хочу тебя видеть!

- А Эйдан-то тут при чем? – недоуменно спросил Кайден, решивший заступиться за своего кузена. – Не он же соблазнил твою мать, а потом бросил ее беременную. Насколько я понимаю, все было именно так, лорд Аллавей? – повернулся он к придворному.

Тот цветом лица был под стать белому краю неукрашенной гобеленом стены.

- Риз? Тебя зовут Риз, и ты дочь Молины Тамарской?! – выдавил он из себя.

- Мою мать звали именно так, но теперь она – Молина Дольских и счастлива в браке.