Так не бывает - Элен Рейв

С каким козлом не понятно. Но судя по выбранным ругательствам, они подходят друг другу. Коза и козёл. Идеально.

— Изменяла?

— Ну да! — замечаю, как он злится. — А я ей цветочки, рестораны, поездки на природу. Шкура! — Вадим нервно сплёвывает, затем глубоко затягивается.

— Рестораны? — я несколько удивлена. В магазине не так много платят, чтобы по ресторанам шататься.

Он косится, понимает моё удивление:

— Я ведь ещё в автосервисе у парней подрабатываю. Иногда, если пригоняют хорошие тачки, можно срубить за один день нормально бабла.

Не буду я это комментировать…

— А-а! — делаю вид искреннего одобрения и снова киваю. — Тогда понятно.

На этой ноте разговор как-то сам собой заходит в тупик. Мне спрашивать ничего не хочется, а ему, видимо, и рассказывать особо больше нечего. Через пару минут возвращаемся в магазин. Остаток дня занимаемся привычной рутиной. Я обслуживаю покупателей под бдительным взором Василича, Вадим торчит на складе. Даже не знаю, что там ещё можно делать несколько часов подряд.

Однако в конце смены жестокая реальность настигает меня словно шторм в открытом океане. Чёрной, неподдающейся контролю и неистово бурлящей стихией. Бежать некуда, кругом солёная пучина, жаждущая заглотить мой хладный труп. Скормить его злобным тварям, прячущимся в её недрах. А мою хлипенькую лодочку кидает из стороны в сторону и вот-вот перевернёт вверх дном. Хотя, к моему великому удивлению, этот шторм воплощается в совершенно ином человеке. И я никак не ожидала встретить его вновь…

Мы с Иваном Федоровичем как раз закрываем магазин, когда на стоянку неподалеку заезжает чёрный «мерседес». Замечаю его не сразу, да и вообще, по правде, не придаю этому большого значения. Мало ли в городе чёрных «мерседесов».

Бросаю короткий взгляд в сторону, а затем вновь оборачиваюсь, потому что замечаю идущего к нам светловолосого солидно одетого типа. Внутри всё опускается и холодеет от одного его вида. Возникает дикое желание взреветь волком от усталости и глухого раздражения.

Как же всё это достало!

Если бы мы встретились при других обстоятельствах, думаю, я даже восхитилась бы его внешним видом, тем как умеет себя преподнести, ведь выглядит шикарно без преувеличений. Высокий, статный, с широкой уверенной походкой, источающий высокомерие и власть. Так ходят только очень влиятельные люди. Люди способные менять жизни окружающих лишь одним своим присутствием. Способные притягивать к себе всеобщее внимание даже просто стоя на одном месте и ничего не делая. Но отблеск стального холода в бледно-голубых глазах всё так же пугает. К этому взгляду невозможно привыкнуть.

— Здравствуй, лягушка, — со странной улыбкой произносит Ян и останавливается рядом.

Иван Федорович зачем-то копается в багажнике своей «семёрки», а я стою у магазина, дожидаясь, когда он закончит. Мы договорились, что он подбросит меня до общаги. Именно по этой причине я отказалась от Лёнькиного предложения встретить меня с работы. И сейчас сто раз успела об этом пожалеть.

— Здравствуй… — глухо отзываюсь я и мгновенно становлюсь мрачнее тучи. Ну, вот она… реальность. Припорхала на дорогом авто, чтобы схватить и утащить меня в своё суровое царство тьмы.

— Вижу, у тебя ещё не всё так плохо, — с усмешкой замечает блондин. — А я уж думал, тебя сломали. Не боишься?

— Чего? — не совсем понимаю, о чём речь.

— Ходить на работу, — уточняет буднично. — Обычно такие, как ты, после выходок Рената или Влада забиваются в какой-нибудь угол и носу оттуда не высовывают, — в его голосе столько желчи, столько высокомерной насмешки, но я не реагирую. Или, по крайней мере, мне так кажется.

— Так это ты их подослал? — А что? Думаю, он вполне способен.

— Я? — парень вдруг смеётся и от этого становится ещё больше не по себе. — Не-ет. Это была их личная инициатива. Если бы я решил за тебя взяться, то действовал бы более… гм, радикально.

Не нравится мне его ухмылка. Руки чуть дрожат, отчего засовываю их в карманы куртки. Надеюсь, напряжение не слишком откровенно рисуется на моём бледном лице. А я уверена, что оно бледное.

— Чего тебе надо? — голос внезапно срывается, и я сиплю.

— Прокатимся? — Ян и не думает удостаивать меня ответом.

— Нет.

— Боишься? — ехидная ухмылка.

— Да, — я просто сама честность.

Наш разговор прерывает Иван Федорович, закончивший свои дела в багажнике машины.

— Ну что? Поехали? — подойдя ко мне, мужчина тут же меняется в лице. Видать, замечает мою нездоровую бледноту и дорого одетого парня рядом. Думаю, я выгляжу на его фоне как самый заурядный кактус рядом с шикарным сортом роз. Мужчина с неприкрытым беспокойством касается моего плеча:

— Алён, всё нормально? Ты какая-то бледная.

— Да, — снова сиплю. Чёрт, да что с голосом-то?! Прочищаю горло и более уверенно добавляю: — Всё отлично.

— А это кто? Друг твой? — не успеваю и рта раскрыть. Тут же теряю дар речи, когда вижу, как это высокомерное чудовище меняется в лице и оборачивается самым чистейшим образом добродетели.

— Ян, — он с дружелюбной улыбкой протягивает мужчине руку.

Двуличная тварь!

— Иван Федорович, — в лёгком замешательстве пожимает его ладонь наш охранник.

— Я близкий друг Алёны, — ага… Чего?! Едва не давлюсь собственной слюной.

Какой, на хер, близкий друг?! Козёл поганый!

— А-а, вот оно что… — кивает мужчина. — Солидные у тебя друзья, — это уже мне.

Вымученно улыбаюсь и кривлюсь, потому что меня внезапно(!) чуть приобняли за плечи. Капец, неужели Иван Фёдорович не видит, кто перед ним стоит? Такой человек просто не может быть моим другом. Только в самых страшных кошмарах!

— Ну, что? Поедем, отвезу тебя, или останешься с другом? — Глупый вопрос…

— Нет, лучше я поеду с вами! — даже не пытаюсь скрыть отвращения к этому белобрысому ушлёпку. Скидываю его руку, разворачиваюсь и сама тащу Ивана Федоровича к его машине.

— Ты точно уверена, что не хочешь остаться? — окликает Ян, и я чувствую, как мурашки бегут по коже. В его голосе что-то недоброе, что-то… опасное.

Что он может сделать?

Останавливаюсь, поворачиваюсь к парню. Колеблюсь. Иван Федорович в замешательстве. Он-то вообще не понимает, что тут происходит.

— Я ведь могу и передумать… насчёт радикальных мер, — фраза звучит странно, но чётко ощущается подтекст. Снова угрозы. Но в этот раз я уже не так уверена, что всё обойдётся. После