Приснись мне - Мелисса Ролос

- Где твои родители? - спросила она, все так же улыбаясь.

Мимо проходят люди, она наверняка тоже торопится на рейс, но стоит и терпеливо ждет его, Стаса, ответ.

- У меня их нет, - ответил он, солгав.

- Ты из... детского дома? - ее голос дрогнул, когда она произнесла эту фразу, но ничего в ней больше не изменилось.

- Не совсем... - отозвался Стас и честно признался: - Я из дома ушел.

Девушка всплеснула руками и неодобрительно покачала головой. А Стас уже успел пожалеть о том, что доверился первой встречной особе. Вот сейчас он испытал страх. Что если эта девушка сейчас возьмет его в охапку, вызовет полицию и те, выполняя свой служебный долг, доставят Стаса домой?

Но он не хотел домой. Это место значится самым последним в списке, куда все-таки пойти, если его побег обретет провал.

- Извините, вы, наверное, опоздаете на свой поезд, поэтому не смею вас задерживать! - Стас повернулся к девушке спиной и успел сделать несколько шагов вперед прежде, чем она его окликнула.

Он обернулся и посмотрел на нее.

- Мой поезд приедет только через два часа. Так что у нас в запасе приличное количество времени, чтобы ты успел доходчиво объяснить мне причину твоего ухода из дома.

Он внимательно посмотрел на девушку, но не нашел в ней ни намека на то, что она собирается сдавать его полицейским. И почему-то никогда и никому не верящий мальчик в данный момент доверился совершенно незнакомому человеку.

- Пойдем, посидим где-нибудь, где тебе будет комфортно поведать мне свою историю, - предложила она.

Она повела мальчика к первому попавшемуся кафе.

Они зашли в уютное помещение, сняли пуховики, прошли к дальнему столику у окна. Повсюду переливающиеся гирлянды, фигурки и картины, которые всем своим видом передают настроение нового года. Как жалко,что теперь Стас ненавидит новый год.

- Ты пьешь горячий шоколад или какао? - спросила девушка, разглядывая меню.

Стас пожал плечами и перевел ничего не выражающий взгляд в окно, на холодную улицу.

- Я пью чай! - ответил он, хотя она даже и не надеялась уже услышать ответ.

- Хорошо, закажем тебе чай, а вот я выпью горячий шоколад. На улице как-то уж слишком холодно. Ты кушать хочешь?

Он отрицательно покачал головой. Девушка подозвала официантку и сделала заказ.

Вот она сложила руки на стол и выжидающе уставилась на Стаса.

- Может быть, ты уже начнешь рассказывать, что у тебя такого происходило в семье, что ты решил уйти из дома, бросить все? У тебя же наверняка были друзья, может быть даже подружка. Что случилось?

Он перевел на нее слишком взрослый взгляд, который никак не может соотнестись с этим симпатичным мальчиком. В его взгляде девушка увидела сильную боль. Ту боль, которая никак не должна отражаться во взгляде двенадцатилетнего мальчика.

Какое-то время они смотрели друг на друга, не произнося ни слова. Она пыталась догадаться о чем он думает, а он думал о том, стоит ли доверять первому встречному человеку.

Стасу было очень сложно открыться кому-то, рассказать то, что он нес в себе на протяжении долгих лет.

- Почему тебя это заботит? Какое тебе до меня должно быть дело? - спросил он, желая отыскать в ней хоть что-то, что подскажет ему: говорить или не говорить.

- Потому что далеко не каждый подросток убегает из дома, и, ясное дело, не просто так. Должна быть очень веская причина покинуть свой дом, где у тебя есть крыша над головой, где тебя кормят, поят, одевают, дают возможность учиться... я вижу, что у тебя была приличная семья, не какие-нибудь алкоголики, которым кроме очередной стопки ничего больше не интересно... мне интересно, почему ты ушел из дома, потому что я только что ушла из дома сама.

Ее признание повергло Стаса в шок, поэтому он сразу же озвучил вслух тревожащий его вопрос:

- А почему ушла из дома ты?

Она вздохнула и тут подошла официантка, которая принесла заказ. Вот кружка с чаем оказалась зажатой между ладоней мальчика, а перед девушкой поставили горячий шоколад.

Когда официантка отошла от столика, девушка начала рассказывать:

- Раньше мы были счастливой семьей. Мама, папа, старший брат и я. Родители работали и зарабатывали приличную сумму, поэтому мы никогда и ни в чем не нуждались. Мой брат - его звали Дима - любил рисковать и поэтому участвовал во всяких гонках...

Стас почувствовал, как сложно ей было говорить об этом. Она словно забыла, где находится, взгляд стал пустым.

- Его последняя гонка была парной, и, так как у моего брата не было девушки, он уговорил меня сесть на пассажирское сидение его машины. Эта ночь стала моим кошмаром на всю жизнь... - она закрыла лицо руками и какое-то время сидела в таком положении. Стас не торопил. - Не знаю, зачем согласилась. Он так просил...

Она замолчала, не в силах говорить дальше.

- Что случилось? - спросил Стас, потому что ее молчание затянулось.

- Кто-то испортил ему тормоза. Мы приехали первыми, но затормозить он не смог. Мы летели к какому-то огромному валуну, и он в последний момент смог развернуть машину так, что удар пришелся на водителя. На него. Я отделалась лишь несколькими шрамами, а вот Дима погиб сразу от слишком сильного удара. Его собирали едва ли не по частям. Родители словно сошли с ума, когда узнали о его последней гонке. А известие о том, что я сидела с ним в одной машине, заставило их психику совсем сломаться. Я для них умерла вместе с братом.

- Когда это было?

- Два года назад. И все эти два года мои родители словно не замечали меня. Они начали пить, для них все стало неважным. И вот я поднакопила немного денег, нашла ключи от квартиры бабушки, которую она завещала мне и брату, купила билет и решила жить своей жизнью. Моим родителям уже ничем не поможешь.

Она перестала рассказывать и только сейчас сделала глоток своего уже остывшего напитка.

- Теперь я жду твоего рассказа.

И Стас понял, что может доверять ей. Она не позвонит полиции, а наоборот, возможно, даже поможет ему.

Нужные слова находились сами. Они лились из сердца и с каждым словом тяжкий груз на его плечах становился легче. Ему давно пора было выговориться, рассказать то, что творится в его жизни. А так,