Кто тут хозяйка? - Вера Волховец

– С луны свалилась, – бесцветно откликнулась я и развернулась. На меня никто не бросался, потому что мои противники лежали ковриками. На вид – бездыханные.

Эхе-хе, надеюсь, я их все-таки не прибила?

Даже если и нет, у меня зарождалось все более четкое подозрение, что счастье в семейной жизни мне все-таки не светит. Не после того, как я надрала своему до посинения гордому супругу его... тыл. 

14. О дне ведьминской независимости

– Госпожа Марьяна, может, все-таки не стоит?

Я невесело улыбнулась, поправила манжет платья, сложенного на постели, и взглянула на Олиссу. Она держала в руках корзинку с дремлющей дракошкой. Шинолла уютно свернулась на плечах и кажется – тоже втихую дрыхла. Мое голубое платье пахло свежестью и было хорошо отглажено. Ну и отлично. С чем пришла в этот дом, с тем уйду. 

– Кэб подъехал, госпожа, – в дверях остановился Вист. В лице дворецкого Джулиана я тоже видела немой укор, но он не смел мне перечить. В конце концов, жена хозяина…

Жена…

Не думала, что произносить это слово в мыслях придется с таким внутренним сожалением о несбывшемся.

Я забрала у Олиссы корзинку, вопреки её возражениям – сама понесла её к выходу. 

Атлас с мрачным выражением лица стоял у дверей. Ну конечно. Последняя инстанция. Даже не сомневалась, что он попытается меня остановить.

– Вам нужно нормально поговорить, Марьяна. 

– Поговорили уже.

Джулиан приходил в себя после дуэли только один раз, когда явившийся по зову господина Дантеса целитель грузил его на летучие носилки. Он нашарил меня глазами, скрипнул зубами, и выдал именно то, чего я не хотела от него слышать.

– Лучше бы я тебя не спасал, ведьма.

Даже по имени меня не назвал. 

Оставаться после этого на его территории я не могла. Благо удостоверение личности у меня теперь было, и печать визы иномирца в ней стояла. Номер в гостинице сниму.

– Завтра утром я намерена посетить банк, Атлас. Если Джулиан придет в себя до этого времени – пусть пришлет с кем-нибудь мой жемчуг, что он забрал себе на сохранение. В конце концов, это была моя плата от гноллов за то, что я открыла им проход. Он не имеет права его у меня отнимать.

– Марьяна, Джулиан вспыльчив, но честен. 

– Что ж, надеюсь, – впервые за время моего пребывания в Велоре я не ощущала свойственной себе бодрости, – и да, я добровольно отказываюсь от нашего с ним соглашения насчет ужинов. Передай.

– Может, ты ему записку оставишь? – Атласу явно не хотелось нести Джулиану столько плохих новостей. Плохих ли?

Он разделил со мной судьбы вынужденно. И расстроится ли он моему уходу? Что-то мне сомнительно.

– Я не смогла ничего внятного написать, – честно призналась я, – так что обойдемся словами. Кстати, не подскажешь адрес своей конторы? Мне очень пригодится помощь хорошего законника, пока я решаю этот вопрос с домом. Впрочем, если ты хочешь мне отказать, я пойму…

Адрес мне Атлас дал. Даже настаивал, чтобы я пришла именно к нему, клялся, что по родственному не возьмет с меня ни медянки. Я же пообещала, что плату ему навяжу не мытьем так катаньем.

Тоже мне, нашел родственницу.

Триш ехал со мной, оставаясь верным до конца, и пару раз попытался меня разговорить, но беседа не задалась. Так вот занятно. В дуэли я победила. Выигравшей себя не чувствовала. Опустошенной – да. До предела. И не только магически.

В гостинице “Элессар” сегодня не было на вахте того портье-вампира, что отшил меня в первый раз. Была светловолосая, до тошноты прекрасная, белокурая эльфийка, и она меня приняла абсолютно спокойно. Она даже передала мне записку от господина Дантеса – я буквально вынудила секунданта Питера поклясться, что он мне сообщит, как только целитель обрисует состояние здоровья ушастого сыщика. 

Анимаг был жив и даже грозился встать с постели уже завтра, но господин Дантес гарантировал, что раньше чем через пару дней этого не произойдет.

Что ж, я не угробила соседа. Ура! Поджарила маленько, но этому кролику это не повредит. Понятия не имею, что там были за чары, но какие бы они ни были – нечего их было на меня колдовать.

Эльфийка зарегистрировала меня, двоих моих с половиной фамилиаров, пообещала, что утром нам доставят самые лучшие лакомства для питомцев, что есть в городе, и выдала ключ от двухместного номера, “для госпожи и её слуги”. На практике это означало, что у Триша была примыкающая комнатка, чуть поменьше и попроще, чем у меня, но мой дворецкий отнесся к этому флегматично. Осведомился у меня, ничего ли мне не надо.

Надо. Яду! 

– Ничего, спокойной ночи, увидимся утром. 

Впервые за время пребывания в Велоре мне не хотелось смотреть по сторонам, разглядывать изящно обставленный номер. Все на что меня хватило – опустить корзинку с Вафлей на кровать, переложить Чушку на подушку и рухнуть на кровать. Платье – и то снимала лежа и не глядя кинула его куда-то. Уткнулась носом в подушку, всхлипнула пару раз…

Ладно.

Завтра меня ждет большая куча дел. Мне будет просто не до того, чтобы грустить о так и несостоявшемся романе. В конце концов – я с собой много лет живу. А вот мальчики со мной как-то не уживаются. Ну и к лешему их тогда! 

А вот дом мне вернуть надо.

Чем плохо быть хозяйкой кучи домашних животных?

Правильно, вместо будильника ты можешь проснуться от чего угодно. От тяжелого комка счастья, сиганувшего на тебя с люстры. От звучного бабаха чего-то опрокинутого. От запаха чего-то горящего. От… Всего вместе!

Открыв глаза, я узрела мягкую розовую носопырку. Носопырка принадлежала шинолле, и ей явно ужасно хотелось целоваться. А еще она нервно перебирала лапками, и когтила одеяло на моей груди. Вопрос у неё был срочный, но дым, медленно, но верно заволакивающий комнату, кажется, все-таки был срочнее.

Пришлось взять Чушку за шкирку и только после этого сесть, пытаясь понять, что горит. 

К моему счастью – до пожара пока не дошло, но покрывало в ногах кровати уже дымилось и медленно оплавлялось черным кругом, вокруг…

– Привет.

Маленькая рыжая ящерка, с черным узором, похожим на трещинку, на спине, склонила голову на бок и высунула раздвоенный язык. 

У Вафли таки получилось! Она таки отогрела свою саламандру. Ничего не скажешь – ужасно вовремя. Я было потянулась к саламандре руками, но по