Бывший. Я счастлива. А ты? - Лена Ручей

И в какой-то момент я не выдержала и закричала:

– Э-ге-ге-ей! Я лечу-у!...

Это было не совсем так, потому что задницей я после каждого взлёта плюхалась на сиденье. Но абсолютно белый простор создавал такую иллюзию.

Доехали до противоположного берега, и Фрол немного покатал меня вдоль леса, давая возможность полюбоваться укутанными в снег деревьями. Потом замедлился и, наконец, остановился.

Мне казалось, что челюсти свело в улыбке.

– Отчаянная ты! – Фрол оглянулся, заглушив двигатель. – Не замёрзла?

– Нет, – помотала головой, с трудом разжимая скрюченные от напряжения пальцы. – Но держалась крепко, – усмехнулась, разминая кисти рук. – Боялась, что потеряешь меня и не заметишь.

– Скажешь тоже, я чувствовал тебя за спиной… Ну как ты? Спина нормально? – снял с меня шлем и очки. – Пусть немного голова у тебя на место встанет, – прокомментировал свои действия. Свой шлем тоже повесил на руль и соскочил с “коня”.

– Нет, всё круто! – меня распирало от переполняющих эмоций. – Такой простор, что аж дух захватывало. Никогда такого не испытывала.

Опираясь на протянутую им руку, сползла в неглубокий сугроб.

– Рад, что тебе понравилось! – смотрел так, словно видел меня впервые. Мелькнула довольная улыбка, осветив коричневые с рыжими и зелёными крапинками его глаза. Они были так близко…

Стремительно заходящее солнце прорезало лучом облачность, ослепляя меня. Зажмурилась в тот момент, когда горячее дыхание Фрола опалило настывшие от холода губы. Сдавив в объятиях, прижал к себе и жадно припал к моим губам.

Моё сердце не успело успокоиться после виражей на снегоходе, как снова разогналось, толкая горячую кровь к нежным участкам тела.

Поцелуй был страстно-дурманящим. Я перестала дышать, горячо отзываясь на чувственный танец его языка, с моим. Казалось, ещё немного и сердце выпрыгнет из груди… Когда испуганно подумала, что не чувствую ног, он вдруг повалился в снег, увлекая меня за собой.

– М-м-м… Не зря я тебе малиновый чизкейк заказал в обед, – ухмыльнулся, нависнув надо мной. – Вкусная! – прошептал мне в губы.

Теперь, словно утолив жажду, приник к моим губам, нежно лаская.

Скинув перчатки, коснулась пальцами упругих волосков на его скулах. Они оказались не такими жёсткими, как я думала…

– Солнце зашло, надо обратно ехать, – привстав, проговорил Фрол. – Голубоглазая пчёлка Майя, – добавил хрипло.

А я смотрела на небо над его головой и думала, что в снегу вот так лежала последний раз в далёкой юности.

Фрол поднялся и, подав мне руку, потянул на себя.

– Тебе, смотрю, понравилось в снегу валяться, – смотрел с интересом.

– Да! Так здорово! Не помню уже, когда последний раз зимой в небо смотрела, – не удалось сдержать смущённую улыбку.

– Тю! Я тебе такую радость могу ежедневно устраивать, – отряхнул меня со спины.

– Каждый день – тогда это будут будни. А запоминается – когда редко. Тогда это праздник, – пояснила я.

– Понял. Тогда мы завтра костёр замутим. Мне кажется, ты зимой у костра не сидела.

– Нет. Только летом, – ответила честно.

– Значит, и это будет впервые, – подмигнул мне. – Залезай в карету! Лучше до темноты вернуться на базу, – придержал, помогая сесть в снегоход.

Дорога обратно была не менее увлекательной.

На базе зажглись фонари и разноцветные гирлянды – маленький сверкающий островок в серых сумерках.

Я пряталась от ветра, прижимаясь к Фролу, и чувствовала себя абсолютно счастливой.

Глава 42. Теперь простила

Когда прибыли на базу, уже стемнело. Фрол остановил своего “коня” на дорожке и помог мне слезть. Взял за руку, словно боялся, что сразу сбегу.

– Подождёшь? Я снегоход отгоню на место и вернусь…

– Нет, нет! – помотала головой. – Меня дочь и подруга потеряли. Я побегу уже.

– А когда освободишься? – притянув к себе, заглянул в глаза.

Чёрт! Как же он действовал на меня… Так сладко замерло сердце в его объятиях. Совсем не хотелось уходить.

– А во сколько начнётся праздничная программа в кафе? – почему-то шёпотом спросила я.

– В одиннадцать, – выдохнул мне в губы…

Мы снова целовались, и я чувствовала себя школьницей на свидании. Отголоски сознания строгим голосом напоминали, что Катя уже звонила несколько раз, значит, волнуется, где я. Что губы наверняка теперь обветрятся и будут корочками сходить…

Но мне было плевать.

Фрола начало потряхивать, а я едва стояла на ногах, когда совсем близко раздались голоса и смех.

– Всё, пока! – дёрнулась, отталкивая его.

– Подожди! – обхватив за талию, не отпускал. – Мне зайти за тобой?

– Не надо. В одиннадцать буду в кафе. И, Фрол, – подождала, пока шумная компания пройдёт мимо, – при всех не вздумай меня там тискать, – посмотрела строго. – Я это… – мялась, понимая, что все мои доводы – полная ерунда. Но я не готова была при дочери играть с Фролом в любовь. Это у нас время растянулось, и мне казалось, что знаю его уже очень давно. А для всех остальных прошло всего два дня. Что подумает про меня Катя? – Я тебе очень благодарна за то, что спас меня сегодня, за эту прогулку… Прости. Это я на эмоциях поплыла немного. Но больше не надо, – облизала ещё не остывшие от поцелуя губы. – Просто если тебе хочется развлечься, то лучше присмотрись к другим женщинам. Не теряй со мной время.

– А я не спешу никуда, – ухмыльнулся он. – Буду ждать голубоглазую пчёлку в кафе. Не опаздывай, – чмокнул в нос и отпустил.

Не оглядываясь, припустила к домику. Свернув на тропинку, всё же обернулась. Фрол, опираясь на руль, восседал на снегоходе и смотрел в мою сторону.

Сняв перчатку, коснулась припухшие губ. Мне казалось, я всё ещё ощущала его невероятно притягательный вкус и едва различимый запах парфюма.

Божечки!

А ощущения от его поцелуя?! Я оба раза теряла голову. И кто знает, что бы могла позволить ему, будь мы не на улице.

В доме во всех окнах горел свет. А телефон в кармане, не переставая, вибрировал.

– Мам, ну ты где сегодня пропадаешь весь день? – округлила глаза Катя, когда я переступила порог.

– На снегоходе каталась, – блаженно улыбаясь, стащила с плеч пуховик.

– Привет, красотка! –