Пламя на двоих - Ольга Ярошинская

Он обернулся, мельком на нее глянул: не сказать, чтоб расстроена, но кровавая корка на щеке стала больше.

— Поясни, — потребовал он.

— Все только и говорят о том, как Вив тебя оттолкнула, как влепила пощечину, — торопливо сказала Ингрид. — О том, что ты ей совсем не нужен. Это унизительно!

— Все не так. Я повел себя грубо. Ее реакция была естественной.

— Ты ей не нравишься, но стелешься перед ней ковриком. Цветы эти… Зачем? Если она хочет быть с тобой, то и будет.

Они спустились в холл, и Элай повернулся к Ингрид.

— Ты ведь вовсе не дура, — сказал он, от души надеясь, что это так. — Должна понимать, как много Вив для меня значит.

— Не она, а ее щит! — горячо воскликнула Ингрид.

— Она.

— Просто так совпало! Как будто у тебя есть выбор!

— Выбора нет, — согласился Элай. — Но даже если бы был… Мне нравится Вивиана. Я хочу быть с ней. Это мой шанс на нормальную жизнь, как ты не понимаешь!

Ее глаза превратились в пылающие синевой щелки.

— Я понимаю, — выплюнула Ингрид. — Куда больше, чем ты думаешь. Тебе нужна другая женщина, Элайджен. Та, которая не станет тебя отталкивать. Та, которой будут нужны твои ласки. Та, которая сможет разделить с тобой все…

А потом извилистые коридоры Драхаса привели их в лечебницу, и Элай посторонился, пропуская Ингрид вперед.

— Проблемы с драконьей кровью, — сказал он. — Потеря контроля. Вспышки гнева. Неадекватные реакции.

Ингрид молчала, но так плотно сжала губы, что те побелели.

— Ну, голубчик, что ж тут поделать, — пробормотал доктор, поворачиваясь к ним. — Тут только ждать и верить. Может, кровь дракона выдаст еще один знак, и тогда дама приблизится к душевному равновесию. Хотя, между нами, женщины частенько эмоционально нестабильны даже без всяких драконьих инъекций. Давайте посмотрим, что тут у нас. Ингрид, не стоит драть дикую чешую, она все равно вырастет снова…

Ингрид послушно повернула лицо к свету, позволяя рассмотреть рану на щеке. Молча кивала на расспросы доктора: да, было нервное потрясение, плохо спала, надо ложиться пораньше…

Что же с ней делать? И не отошлешь никуда — на границу ей рано, а Драхас и так вроде выгребной ямы, куда частенько ссылают изгоев. Глас дракона, вонючие братья, художница, получившая щит, и опальный принц — все сюда.

— Давайте нанесем мазь, — ласково увещевал доктор. — К утру все заживет.

Ингрид поморщилась от запаха, но не стала возражать.

— Я бы рекомендовал спокойствие и режим, — посоветовал доктор. — Водные процедуры. Чтение книг.

Элай ни разу не видел Ингрид с книжкой. Надо будет подсунуть ей какую-нибудь попроще, с картинками.

А когда доктор густо намазал ее лицо любимым лекарством и отпустил их восвояси, Элай спросил:

— Может, тебе будет лучше в другом гнезде?

Ингрид насмешливо скривила губы.

— Боишься за свою драгоценную Вив?

— Беспокоюсь, — не стал он отрицать. — И за нее, и за тебя… Ингрид, я полагал, мы друзья. Мы не раз и не два сражались плечом к плечу. Я думал, ты за меня порадуешься.

— А я не рада, — с вызовом сказала она. — Вивиана вовсе не такая, как ты думаешь. Она понимает, что тебе нужно, но строит из себя недотрогу. Она набивает цену. Врет. Играет с тобой.

— Пусть играет. Тебя это не касается, ясно? Я все же переговорю с капитаном насчет обмена.

— Не надо, Элай, — попросила она. — Я в порядке.

* * *

Все стало еще сложнее. Она не сдержалась: разгромила горшки, разорвала букеты, и теперь Элай начеку. А самое обидное: рыжая пренебрежительно отталкивала то, во что Ингрид вцепилась бы обеими руками! Но это лишь до поры. Если Элай расскажет, кто он такой, Вив тут же бросится к нему в объятия.

Ингрид пыталась подбить на очередную шалость Яниса, но тот послал ее прямым текстом. Значит, придется действовать самой и быстро. Она выведет рыжую на чистую воду. Покажет всем, какая она лгунья — Ингрид видит ее насквозь! А потом Элай сделает правильный выбор. Его женщина должна ему соответствовать.

Ингрид привычно поднесла руку к лицу и тут же отдернула, испачкав пальцы в вонючей мази.

Глава 16. Новые возможности

Краски ложились будто сами собой, и я плыла по волнам вдохновения. Кисточка превратилась в продолжение пальцев, портрет оживал, наполняясь светом.

— Фу, убожество, — фыркнула Ингрид за моей спиной, и я вздрогнула от неожиданности. — Иней, она нарисовала уродца!

— Картину не оценивают в процессе, — ответила я. — Все будет отлично, Иней, не переживай.

— Мой портрет вышел шикарным, — похвастался Туч, который уже вернулся из Айданы и теперь лучился от удовольствия. — Каталина сказала, что закажет рамку и повесит его у себя в комнате. Вив, как бы устроить, чтобы ты нарисовала мою Каталину? Тем более у тебя теперь куча красок.

— А откуда? — Ингрид сунула любопытный нос к моим драгоценным флаконам, и у меня сердце сжалось.

Я оттеснила ее от шкатулки и захлопнула крышку. А Ингрид расплылась в улыбке. Нащупала же во мне слабину!

— Доктор сказал, у меня много драконьей крови, — произнесла она. — Может, будет еще один знак. Как думаешь, Вив, если я тоже помалякаю, у меня проклюнется знак живописца?

Меня словно ледяной водой окатило.

— Не тронь мои краски, — процедила я.

Ингрид ухмыльнулась, обошла меня со спины, и острый запах драконьей мази ударил в ноздри.

— А что ты мне сделаешь? — прошептала она мне на ухо. — Думаешь, Элай тебя защитит? Я расколошматила все твои вазы, растоптала цветы, и знаешь, что он сделал? Отвел меня к доктору. Потому что он обо мне заботится, Вив. Я его подруга. Я важна для него. А ты — нет. Знаешь, те флаконы в шкатулке на вид очень хрупкие…

Она шагнула к краскам, многозначительно улыбнулась, но в гостиную вернулся Элай, и Ингрид тут же натянула смиренное выражение лица.

А у меня сердце так и колотилось. Что же делать? Как защитить мои краски? Если Ингрид их разобьет… Если испортит…

— О, Туч, — обрадовался Элай. — Все в сборе, отлично. Итак, у нас в гнезде назрела проблема. Давайте ее решать. Рони, подтягивайся, — позвал он. — Вив, прервись ненадолго.

— Элай, ты о чем? — наигранно удивилась Ингрид, садясь на диван рядом с Тучем.

И еще руки на колени сложила, как будто это может кого-то обмануть. Или может?

Я привыкла решать проблемы сама. Так уж жизнь сложилась, что некому было меня защитить. Но что если попросить Элая? Пусть хотя бы хранит шкатулку в своей комнате. Моя