Муж на сдачу, или Попаданка требует развода - Сусанна Ткаченко

Я вскочила на ноги. И почему только мне самой это в голову не пришло⁈

— Прекрасная идея! А может быть, связать такую цепочку и с установкой для этого твоего Мозера? Сможешь ему подбросить ее незаметно?

Доменик тоже встал.

— Если бы это был обычный артефакт, то герцог Мозер его бы сразу почувствовал даже без дополнительных поисков, но артефакт из кошачьей шерсти… Надо попробовать. Я согласен стать подопытным. Вяжи!

Но теперь на меня напали сомнения.

— Слушай, я ведь совсем в магии не разбираюсь, — пробормотала виновато. — Вдруг у меня не выйдет все правильно рассчитать? С какой силой нужно желать? Хватит ли размера нити?

Доменик шагнул ко мне, взял за руки и заглянул в глаза:

— В тебе точно есть магия, и она совсем не такая, как у нас. Она сродни кошачьей, а кошки не учатся в академиях, — сказал проникновенно. — Они просто хотят и делают. В этом секрет их божественного дара. Я уверен, что и тебя Мау одарила подобной силой, просто твое «хочу» вкладывается в вязаный предмет. Попробуй. Что-то мне подсказывает, что все у тебя получится. Ну а если нет, то придумаем что-нибудь еще.

У меня что-то в груди заворочалось, и я еле сдержала порыв припасть к герцогскому плечу и потереться о него носом. Этот чужой и не сказать что по всем статьям положительный мужчина порой вызывает во мне странные, давно забытые чувства. Например, сейчас мне хотелось ему довериться и переложить на его плечи груз своих проблем. А это очень странно и мне не свойственно. Я при своей деятельной натуре всегда стремилась все за всех порешать и никогда не мечтала отсидеться за чьей-то могучей спиной.

А может, Мау, сохранив мне жизнь и перенеся сюда, сделала меня в какой-то мере кошкой? Они-то с удовольствием взваливают свои проблемы на кого-то, а потом — в награду за успешное разрешение — мурчат и трутся о тех, кто о них, о кошках, позаботился.

Глава 25

Доменик

Лана выставила меня из спальни — сказала, что я буду её отвлекать от создания магических артефактов. Я вышел и стоял в холле, пытаясь стереть с лица глупое выражение, которое появляется у людей в моменты неожиданно свалившихся на их голову божественных подарков. Ну надо же! Моя законная жена — переселенка из другого мира! Поверить не мог, что мне так повезло! И не знал, что делать прямо сейчас. Совершенно ясно, что Мау не просто так щедро меня наградила. Я должен буду, во-первых, Лану рядом с собой удержать, а во-вторых — оправдать доверие кошачьей богини.

Но вот что она от меня хочет — вопрос. И не менее сложный, чем задача убедить Лану, что разводиться нам не стоит, потому что вместе мы будем счастливы, проживем яркую, наполненную великими свершениями жизнь и изменим к лучшему не только империю, но и всю Верну.

— Ник, вот ты где! — раздался за спиной голос матери, вернув на мое лицо суровое выражение.

Я повернулся к ней уже полностью сосредоточенный.

— Вы меня искали, матушка? Зачем? — спросил.

— Мы не знаем, за что хвататься! То ли костюмы к маскараду готовить, то ли приглашения на прием рассылать и продукты заказывать! — принялась причитать мать. — Твоя жена просто сбросила все на нас и убежала отдыхать! Разве так может поступать истинная герцогиня⁈

Я сухо улыбнулся.

— Вам ли не знать, что герцогиня может поступать, как сочтет нужным. Не вы ли повторяли это все время, сколько я себя помню, матушка? — спросил, не скрывая сарказма.

— Это другое! — возмутилась она.

— Ну да, ну да. В общем, своим примером покажите Лане, как должна поступать настоящая герцогиня — сделайте все дела сразу, как вы это умеете.

— Но хотя бы скажи, на какую дату прием назначать! — всплеснув руками, воскликнула мать.

— На послезавтра, — рискнул я, задумавшись всего на мгновение.

— Ты уверен? — раздался от входных дверей мрачный голос Сандерса. — Стоит ли проявлять такую самонадеянность? Новости у меня нехорошие.

А я, как ни странно, был уверен, что у нас все получится. Ведь на нашей стороне сама Мау. Меня больше волновало, как произвести впечатление на жену. Подарки? Романтические вечера? Что сделать, чтобы она ко мне привязалась и не захотела уходить? По-хорошему, надо бы расспросить Матильду — она с Ланой давно знакома и точно сможет дать ценный совет. Но ее в поместье нет — по делам убежала, — а вот Сандерс тут как тут. Придется с ним обсудить, что такого он во дворце узнал.

Я махнул рукой в сторону кабинета.

— Пойдём, расскажешь, — сказал и пошел вперед.

Сандерс начал прям с порога.

— Ты в курсе, что у Мозера есть взрослый внебрачный сын? — спросил он угрюмо.

Я сел в кресло и выгнул бровь. Впрочем, без особого расстройства — даже это не могло испортить мне хорошее настроение.

— Нет, не знал. Я знал, что он в молодости хотел жениться на княжне из Дивноречья, но что-то не срослось, и ее отец расторгнул помолвку. Герцог любит к месту и не к месту ввернуть, что отомстил дивнореченскому князю и свое все равно от его дочери получил. Но никогда не рассказывал, что она после этого родила ему сына.

Сандерс мотнул головой и упал на диван.

— Не имею понятия, имеет ли именно этот сын отношение к дивнореченской истории. Знаю только, что он темная лошадка и завтра станет мужем Айверен. Его пока никто во дворце не видел, но приближенные принцессы в один голос отмечают, что она пребывает на невероятном подъёме и не сомневается, что завтра получит трон.

А я не сомневался в том, что ничего у нее не выйдет.

— Это мы еще посмотрим, — хмыкнул, криво ухмыльнувшись.

— Я не пойму, почему ты такой спокойный? — насторожился друг.

Но я вдруг, пожалуй, впервые за все время нашего знакомства почувствовал острое нежелание рассказывать ему, кто на самом деле моя жена. Не сомневался в преданности Сандерса, просто Лана вдруг стала для меня чем-то очень личным, сокровенным, таким, что не хочется обсуждать ни с кем.