Пешка. Игра в любовь - Лила Каттен

– Моей помощи. Чтобы уничтожить фонд.

– Как это?

– Деньги. Они с ними что-то делают вместо помощи детям. По карманам забирают, видимо. Я не знаю. Но там нечистые дела творятся.

– А он кто такой? Из службы какой-то?

– Нет, его сестра умерла таким же образом семь лет назад.

– Да ты что… Что ж за люди такие. О-ёй… Какой ужас.

Мы сидели в тишине обуреваемые разными эмоциями.

Но совершенно точно каждая из нас знала, что мне нужно делать.

– Давай поужинаем, да поезжай, – первой сказала мама.

– Думала, станешь отговаривать.

– Нет, попрошу, чтобы осторожна была. Отговаривать не стану.

– Спасибо, мам.

Глава 32

– Ты будешь молчать всю дорогу? – Макс с насмешкой посмотрел на меня, задавая вопрос.

– Я пыталась составить список возможных интересных тем, но поняла одну вещь. Какая бы интересная тема ни была, обсуждать ее, в свою очередь, с неинтересным человеком тоска и мука. Поэтому мой ответ на твой вопрос – да, я буду молчать.

Снова отвернулась и принялась ждать его ответ, который последовал тут же.

– Так много слов, чтобы отказать мне? Ты могла обойтись один словом, и я бы отвалил. А ты решила-таки завести разговор. Я начинаю думать, что нравлюсь тебе, красавица.

– Боже, тебе к психоаналитику надо.

– Думаешь? А я решил, что между нами искра проскочила.

– Ага. Она самая. Это я ножи точила, не бойся.

– Короче, злишься?

– Макс, понимаешь в чем дело. Мне на тебя вообще наплевать. Злость – ресурс затратный. Ты не стоишь того.

– Ни хрена себе ты загнула. Ауч…

Наверное, впервые я видела его в таком настроении. Шутит, веселится, насколько это возможно. Обычно в нем преобладает угрюмость.

– Макс, мы не друзья. Не обольщайся.

– Да помню я.

Паркуется у придорожного кафе, которое пользуется на этой трассе большой популярностью и приглашает выйти.

– Я не планировала ужин, тем более в такой компании.

– А теперь не ершись и пошли. Потом будет выкаблучиваться.

Хохотнула, но вылезла.

Холодный ветерок заставил вздрогнуть и закутаться в куртку сильнее.

Внутри кафе, как всегда, было уютно и приятно.

Мы сели за столик у батареи и как только сделали заказ, Макс уставился на меня.

– Что?

– Расскажи мне о фонде или приюте, который ты хотела открыть.

Его просьба сделала больно. И я не сразу нашла ответ.

– Ну же, мне правда интересно.

– Что конкретно? Узнать, чего именно ты меня лишил?

Я не могла перестать показывать, как сильно меня ударило это отсутствие шанса на построение этой важной мечты. Не моей мечты, а тех, кто нуждается в такой помощи ежедневно.

– Я? Серьезно?

– Господи, прекрати притворяться тем, кем не являешься.

– Я просто не хочу, чтобы меня обвиняли в том, чем я не виновен. Ты хоть раз думала о том, в чем твоя вина, Жень? Хотя бы на секунду ты об этом задумывалась?

И я задумалась.

В чем же моя вина?

В выборе партнера? Предположим, что не было Макса. Осуществился бы план Ивана? Что вообще произошло в противном случае?

– Ага, вижу, что механизм медленно рисует в твоей красивой голове правильные схемы. Думай, думай, времени у тебя достаточно.

– Иди к черту.

– Опять посылаешь, – стрельнула в него гневным взглядом, получив в ответ его проклятую улыбку. – А теперь расскажи.

Вздохнула и решила, что это лучше, чем говорить о моих ошибках или кусаться просто так.

– Фонд помощи женщинам и детям, которые переживают насилие в семье. Кому нужна юридическая помощь, или временное жилье. Это был бы целый комплекс услуг.

– Безвозмездно?

– Разумеется.

– Интересно. Я никогда не интересовался чем-то подобным до Алены.

– Многие говорят о чем-то подобном, но мало кто решается. Это постоянный поиск партнеров. Все услуги дорого стоят. Найти того же толкового юриста и не одного, который будет помогать и делать это хорошо, очень сложно. И это лишь одна из ступеней. Спонсоры очень важны. Но скажи, кто станет вкладывать деньги и верить в меня? Я строила свою репутацию по кирпичику, и вот что в итоге.

– Те, кто думает головой, не станут строить свои предположения в твоем отношении по сплетням в интернете.

– И мы оба знаем, что станут.

– Значит, они дебилы. И связываться с такими людьми себе дороже, Женя.

– Нет смысла об этом говорить. Все кончено.

– Ах да, ты ведь сложила свои лапки и спокойно ушла. Я забыл. Ты права.

– Ну ты и скотина.

– Мне вот интересно ты ко мне и правда так тепло относишься, или твои оскорбления вырываются, только когда правда давит на мозг.

– Нет, я и правда так считаю.

– Это приятно, что уж говорить.

Впервые я улыбнулась в компании Макса и, пожалуй, это было более-менее искренне.

Остаток пути я проспала. И открыла глаза, когда мы медленно скользили по просыпающемуся городу.

– Приехали?

– Да. Почти на месте.

– На месте?

– Да. Останешься у меня.

– Макс, ты, конечно, постарался расположить к себе, но с тобой в одном помещении я могу находиться максимум полчаса и при этом держать нож за спиной.

– Упрямая.

– Скорее я та, кто желает находиться в безопасности. А значит, подальше от тебя.

Он только рассмеялся, но ничего не ответил.

В итоге мы остановились у отеля.

– Я могла поехать к подруге.

– То есть в три часа ночи заявишься? Ужасно быть твоей подругой.

– Ты утомителен и ворчлив.

– Без комплиментов, иначе повезу к себе. А теперь пошли.

Войдя в номер, который он оплатил, разумеется, Макс сел в кресло и стал смотреть на меня пристально. Пока я осматривала обстановку.

Вполне прилично и уютно.

– Что?

– Пора о делах поговорить немного.

И хоть он пояснил свое внимание, я была уверена, что думал он в данный момент не о делах вовсе, но подавать вид, не стала.

Села напротив.

– Что я должен искать?

– Где?

– В компьютере фонда.

– Как ты собираешься получить доступ к нему?

– Ольга Федоровна наняла меня в качестве безопасника в сети и прочее.

– Разумеется, Иван поспособствовал.

– И он и его отец.

– Похвально. Но сказать вот так с ходу я не смогу.

– Ладно. Буду на месте, позвоню тебе, будешь диктовать.

– А что ты собираешься делать с тем, что найдешь?

– Подумаю. Главное – найти.

– Ладно. Просто…

– Что?

Неужели я хотела попросить его о том, чем просила и меня мама?

– Ничего.

Мужчина кивнул и поспешил за дверь.

Недолго думая, я легла спать. А утром разбудил стук в дверь.

– Минуту, – накинула