Союз и предательство - Кира Коул

Я хихикаю и потягиваю свой напиток. — Не может быть, чтобы пирог был настолько вкусным.

Глаза Зои распахиваются, и она тычет вилкой в сторону моего кусочка. — Попробуй пирог, прежде чем что-то говорить.

Я беру кусочек и отправляю его в рот, на языке разливается прекрасный вкус. — Ты права. Это потрясающе. Я бы не сказал, что умер и достойно отправился на небеса, но это довольно вкусный пирог.

Она усмехается, в ее глазах пляшет веселье. — Ты не узнаешь хороший десерт, даже если он укусит тебя за задницу.

— Теперь мы будем грубить? — Я делаю еще глоток своего напитка. — У тебя сегодня было отличное шоу.

— Даже несмотря на то, что ты все еще беспокоишься о том, чтобы отпустить меня на выступление?

Я киваю. — Даже несмотря на то, что я в ужасе от того, что отпущу тебя в бар и у нас будут неприятности. Я не хочу терять тебя, Зои.

Улыбка исчезает с ее лица, когда она протягивает руку и берет меня за руку. — Я никуда не уйду. Тебе не нужно беспокоиться о том, что ты потеряешь меня.

За исключением того, что если я подумаю о жизни, которую мы проведем вместе, все, что я могу сделать, это беспокоиться о ней.

Глава 20

Зои

Руки Кристиана крепче обнимают меня, когда я начинаю просыпаться.

Я открываю глаза и смотрю на тени, отбрасываемые на его лицо тусклым светом, проникающим сквозь щели в занавесках.

Он вздыхает во сне, его рука скользит по моему бедру.

Я улыбаюсь, протягивая руку, чтобы провести по одной из теней на его щеке.

Его глаза распахиваются, когда он зевает.

Мое сердце бешено колотится, когда я смотрю на него, жар приливает к моей сердцевине.

Прошлая ночь была веселой, но я все еще не удовлетворена. После того, как мы вернулись домой после десерта, мы растворились друг в друге. Я все еще чувствую вкус виски на губах, когда облизываю нижнюю губу.

— Еще слишком рано, — говорит Кристиан хриплым голосом. — Спи.

Ухмыляясь, я протягиваю руку между нами туда, где его отвердевший член прижимается к моему бедру. — Не похоже, что ты действительно считаешь, что еще слишком рано для пробуждения.

Он ухмыляется и наклоняет бедра вперед, сильнее вдавливая свой член в мою руку.

Я сжимаю его, не торопясь скользя рукой вверх и вниз по всей длине.

Его шелковистая кожа горячая в моей ладони, когда я провожу большим пальцем по головке.

— Ты, должно быть, устала. — он наблюдает за мной из-под прикрытых век, пока я продолжаю поглаживать его член. — Я не давал тебе спать большую часть ночи.

— Может быть, ты был не так хорош, как думал. — Мой тон поддразнивающий, когда я провожу рукой ниже, обхватывая его яйца.

Он стонет, когда я сжимаю его, прежде чем снова пробраться вверх по его члену.

Кристиан переворачивает нас, ложась на спину, пока я оседлаю его бедра.

Его отвердевший член касается изгиба моей задницы, когда я кладу руки ему на грудь.

— И что же, по-твоему, ты делаешь? — Спрашиваю я, когда он пытается обхватить мою грудь.

Я отталкиваю его руки, злобно ухмыляясь.

Когда я сажусь прямее, его глаза расширяются. — Никаких прикосновений.

Кристиан ухмыляется и закладывает руки за голову. — Продолжай.

Хотя поначалу я чувствую себя неловко, я хочу доставить ему удовольствие. Я хочу, чтобы ему было так же хорошо, как мне с ним.

Временами я чувствую себя неуверенной, как будто меня может быть недостаточно для такого мужчины, как он.

— Куда ты только что ходила? — Тон Кристиана мягкий, когда он проводит рукой по моему бедру. — Зои, ты не обязана этого делать, ты же знаешь, правда?

— Кто сказал, что ты можешь прикасаться ко мне? — Я пытаюсь восстановить ту уверенность, которую чувствовала несколько минут назад. Если бы Кристиан не хотел меня, его член не был бы таким твердым, как скала, и не прижимался бы к моей заднице прямо сейчас.

Как только он убирает руку от моего тела, я вонзаю ногти ему в грудь.

Кристиан вздрагивает, его взгляд скользит по моему телу.

Дрожь пробегает по моей спине от выражения его глаз, когда он наконец встречается со мной взглядом.

— Черт, — говорит он хриплым голосом. — Ты не представляешь, как чертовски потрясающе ты выглядишь. Я мог бы сожрать тебя. Я бы умер счастливым человеком, если бы провел остаток своей жизни именно так.

Я ухмыляюсь ему сверху вниз, укрепляя свою уверенность.

Несмотря на то, что я не высказывала вслух свою неуверенность, он все лучше улавливает мое настроение. Чем больше времени мы проводим вместе, тем ближе, кажется, становимся.

Вот почему я двигаю бедрами, вознаграждая его за то, что он не прикасается ко мне, потираясь о его член.

Он стонет, когда я провожу руками по волосам, откидывая их назад.

Я опускаю их вниз по своему телу, обхватывая ладонями груди.

Его пристальный взгляд следит за моим движением, пока я массирую свою грудь.

Я сжимаю свои соски, постанывая, когда превращаю их в затвердевшие пики.

Кристиан стонет, приподнимая бедра подо мной. Его член снова касается моей киски.

Я двигаюсь выше по его телу, влажность между моих ног распространяется по нижней части его пресса.

— Ты уже промокла, а еще даже не поиграла со своим клитором, — говорит он, поднимая на меня взгляд. — Ты всегда такая мокрая для меня. Заводит ли тебя мысль подразнить меня? Ты думаешь о том, как здорово будет оседлать мой член, когда ты, наконец, закончишь свою маленькую игру?

— Возможно, так и есть. — Я провожу пальцами вниз по своему клитору. — Может быть, я думаю о том, как ощущается твой член, когда ты погружаешься в меня. Или то, как он пульсирует, когда ты вот-вот кончишь. Черт возьми, мне нравится это чувство.

— Блядь — Огрызается Кристиан, приподнимаясь и хватая меня за бедра.

Я визжу, ухмыляясь, когда он насаживает меня на свой член.

Я стону, когда принимаю его глубоко, двигая бедрами, пока он не погружается по самую рукоятку.

— Чертовски идеально. — Он ухмыляется, приподнимая бедра и толкаясь снизу. — Мы оба знаем, что тебе нравится ощущение моего члена, погруженного в тебя, когда ты кончаешь. Я хочу, чтобы ты кончила на мой член. Я хочу точно знать, насколько ты влажная для меня.

Я кладу ладони ему на грудь, покачивая бедрами