Союз и предательство - Кира Коул

— Да. — Я вздыхаю и вытираю несколько упавших слез. — И я не знаю, что это значит. Предполагается, что мы должны начать эти отношения заново как друзья, но, похоже, ни один из нас не в состоянии этого сделать. Мне продолжает казаться, что это нечто большее, хотя иногда кажется, что это плохая идея.

— Ты говорила с ним об этом?

Я качаю головой. — Я не хочу причинять ему боль.

— Я думаю, тебе нужно поговорить с ним. Кристиан взрослый мужчина. Он может справиться с небольшой болью. Он должен знать, что ты с этим борешься.

У меня сжимается грудь при мысли о попытке завести с ним этот разговор.

Несмотря на то, что Кристиан большую часть времени проявляет лишь понимание, такое чувство, что это причинит ему боль.

Он делает все возможное, чтобы я чувствовала себя здесь как дома. Но часть меня все еще чувствует себя далеко от этой жизни.

— Хранить этот секрет и справляться с этой жизнью станет только сложнее, когда ты станешь известным музыкантом и окажешься в центре внимания общественности. Тебе нужно выяснить, сможешь ли ты это сделать.

Я киваю, зная, что она права. — В твоих устах это звучит намного проще, чем есть на самом деле.

Камилла хихикает и протягивает руку, чтобы сжать мое колено. — Ты справишься с этим, но вам с Кристианом нужно честно поговорить друг с другом. Больше не нужно прятать все под ковер и притворяться, что этого не существует.

— Когда ты успела стать такой мудрой? — Мой тон поддразнивающий, когда я пытаюсь поднять настроение.

Камилла смеется и пожимает плечами. — Я влюбилась в одного из парней из картеля. Ничего не получилось. На нашем пути стояло множество вещей. Я не хочу видеть, как некоторые из тех же самых вещей встают у тебя на пути, когда я знаю, что ты можешь быть счастлива с моим братом.

— Я поговорю с ним обо всем, что происходит, — говорю я, вытягивая ноги перед собой. — Я не думаю, что сегодня я смогу сосредоточиться на написании музыки. Не зная, чем он там занимается.

— Что ты скажешь, если мы зайдем внутрь и немного посмотрим фильм? После этого мы сможем подготовиться к сегодняшней вечеринке.

Я приподнимаю бровь, когда она встает и направляется к двери. — Сегодня вечеринка?

— На железнодорожной станции. Мы устраиваем её каждый год, чтобы отпраздновать то, что мы вместе, как картель. Теперь ты одна из нас. Ты должна прийти.

— Хорошо, — говорю я, когда мы покидаем студию и направляемся в главное здание. — Значит кино и вечеринка.

Когда мы возвращаемся в дом, я пытаюсь забыть обо всем, что меня беспокоит, хотя бы на одну ночь, хотя это кажется невыполнимой задачей.

Глава 21

Кристиан

Зои засовывает руки в задние карманы своих разрисованных джинсов, стоя рядом с Камилой у входа на железнодорожную станцию. На ее лице появляется улыбка, но она не достигает ее глаз.

Я знаю, что не должен был говорить ей, что мне нужно уходить раньше. Я должен был придумать какое-нибудь оправдание тому, почему мне пришлось уйти в середине дня, когда я должен был быть свободен и отдыхать с ней.

За исключением того, что я не буду лгать ей. Я не буду таким, как ее отец, и скрывать мир, в котором мы живем, за пеленой лжи.

Я должен быть с ней откровенен, потому что у меня такое чувство, что так поступают очень немногие люди.

Я пробираюсь сквозь толпу, чтобы подойти к ним, улыбаясь и здороваясь кивком с несколькими людьми.

Пока люди танцуют, гремит музыка. В воздухе витает аромат специй и готовящегося мяса.

Я уворачиваюсь от нескольких пробегающих мимо детей, чуть не натыкаясь на ряд мусорных баков.

Взгляд Зои останавливается на мне, и улыбка озаряет все ее лицо.

Едва появившись, эта улыбка исчезает, и она смотрит на меня так, словно увидела привидение.

— Я не знала, будешь ли ты здесь сегодня вечером, — говорит Камилла, глядя на меня снизу вверх и скрещивая руки на груди. Она переводит взгляд на Зои — едва уловимый признак того, что что-то не так.

— Я закончил работу быстрее, чем думал. — Я смотрю, как Зои сжимает губы в тонкую линию.

Она делает глубокий вдох, прежде чем снова улыбнуться.

— Пойду поищу чего-нибудь поесть, — говорит Зои, прежде чем исчезнуть в толпе.

Двое мужчин, которых я приставил к ней в качестве охраны, следуют за ней, а я поворачиваюсь к своей сестре.

— Что происходит? — Спрашиваю я резче, чем намеревался. — Почему у нее такой вид, будто я пнул щенка?

Камилла оглядывается по сторонам, прежде чем отойти в укромный уголок подальше от остальной компании. Я все еще хорошо вижу, в каком направлении ушла Зои, но остальные члены картеля не смогут услышать наш разговор.

— Ты убил парня. Возможно, это как-то связано с этим. Или как насчет того, как ты отвез ее в ту чертову хижину и расчленил тело у нее на глазах?

Я вздыхаю. — Я думал, мы прошли через это.

— Может, и так, но то, что случилось сегодня, вернуло ее к этому. — Она качает головой. — Девушка выглядит так, будто большую часть времени влюблена в тебя. Но время от времени она выглядит так, словно она следующая в списке убийц.

— Такова реальность этого мира, — говорю я, глядя сверху вниз на свою сестру. — Ты знаешь это так же хорошо, как и я.

— Но она выросла не в этом мире. Она нормальный человек, у которого и близко нет такого замешательства в голове, как у нас. Тебе нужно поговорить с ней и разобраться в этом дерьме, прежде чем ты потеряешь лучшее, что когда-либо с тобой случалось. — Последние несколько слов сопровождаются ударом пальца мне в грудь.

Моя сестра вздыхает. — Она напугана, Кристиан. Она хорошо это скрывает, но эта жизнь страшна, и она в ней новичок. Старайся, блядь, лучше.

Камилла уходит на вечеринку, оставляя меня стоять там и думать обо всем.

Я показал Зои, что должен. Каждый раз, когда она сталкивалась с монстром, который скрывается в темноте, был просчитан, но необходим.

Я оградил ее от всего остального, чего ей не нужно видеть.

Может, Камилла и права, что она новичок в этом мире, но это не должно означать, что я должен защищать ее от этого.

То, как я познакомил ее с этим, было неправильно. Теперь я это вижу. Но опасность реальна. Люди идут за нами. За ней.

С