Когда оживает сердце - Ханна Бейли

– Ну, как дела?

Я подхожу к круглому загону, возле которого, опираясь на изгородь, стоят Денни и Рыжий. Внутри Джексон гоняет на корде нового жеребенка.

– С норовом, – сплевывает на землю Рыжий. – Если кто и справится с ним, так это Джексон.

– Он только таких и любит, – хмыкаю я.

– Да, на жену его посмотри, – говорит Денни.

– Ни слова о моей прекрасной жене, шалопаи! – кричит из загона Джексон.

– Прекрасная жена орала утром на все ранчо, потому что муж допил остатки шоколадного молока, – тихо смеется Денни. – Если какая-нибудь девчонка залетит от меня, пусть позвонит мне после родов.

– Придурок! – Рыжий отвешивает подзатыльник Денни.

Прислонясь к изгороди, мы смотрим, как жеребенок нарезает круги вокруг Джексона.

– Ребят, вы же загрузите вечером скот без меня?

– Очень ты нам нужен. – Денни поправляет шляпу. – Как-нибудь и без твоих ценных указаний обойдемся, начальничек.

– Эй, Джексон! Не погоняешь потом Денни? Ему бы тоже мочу выгнать. И желчь, – кричу я.

Брат смеется и с готовностью кивает:

– Давай его сюда! Мигом придет в норму!

– Я позволяю себя хлестать только пышногрудым блондинкам. Ну и диким рыженьким иногда. – Денни подмигивает приятелю.

– Ой, иди ты! – Рыжий снова пытается дать ему затрещину, но Денни уворачивается.

Господи, иногда я себя чувствую воспитателем! И все-таки, несмотря на их баловство, ребята наверняка сделают все как надо: дождутся транспорт и погрузят скот без происшествий.

Отправка животных на убой – важнейшая часть нашей работы, и мне, конечно, следовало бы остаться с парнями. Вот только не хочу я, чтобы Сесиль на это смотрела. Она здорово прижилась на ранчо, иногда просто забываешь, что девчонка из города. Однако об этом напоминают слезы в ее глазах от мысли о том, как в наши тарелки попадает мясо. Что ж, успеет еще столкнуться с суровой реальностью.

– Какие планы у вас с Кобылкой? – Денни театрально подмигивает и толкает меня локтем в ребра.

– Автокинотеатр.

– О-о, я провел там много приятных часов, – говорит Рыжий задумчиво. – Правда, ни одного фильма так и не посмотрел.

Первые два дня с Сесиль казались мне восхитительными, но они ни в какое сравнение не идут с последовавшими за ними неделями. Просыпаться рядом с ней, целовать при каждом удобном случае, слушать, как она поет на кухне, принимать душ и засыпать вместе – чистое счастье. Ничего лучше в моей жизни еще не было. Знаю, я крайне опрометчиво без памяти влюбился в женщину, которая вряд ли останется со мной навсегда, но стараюсь не думать об этом. Просто тихо наслаждаюсь упоительной игрой в семью, мечтая о несбыточном будущем, в котором она станет моей женой.

Сесиль выходит из спальни в разрисованных джинсах и обтягивающей черной майке, и моя челюсть падает на пол. Лихорадочно думаю, а не послать ли к черту кинотеатр. Смотреть на нее мне куда интереснее, чем на экран. Без раздумий ныряю в декольте, покрывая ее грудь нежными поцелуями.

– Как же я соскучился, – бормочу я куда-то в майку.

– Интересно, кому ты это говоришь? – смеется она.

– Тебе. Им. Ну-у…

– Вообще-то мы виделись полчаса назад у амбара.

– Не-ет. – Я мотаю головой, привычно кладя руки на ее попку. – Видеть издалека и делать вот это – не одно и то же.

Я страстно целую Сесиль, она покачивает бедрами с тихим стоном. Мой член твердеет, едва я представляю, как снимаю с нее джинсы. Наконец, она отрывается от меня.

– Пошли уже. Я умираю с голоду.

– Я тоже, – отвечаю я, покусывая ее нижнюю губу.

– Кажется, твой голод иного рода. – Улыбаясь, она сжимает мой член.

– Тебе не кажется. Ничего не могу с собой поделать, так ты прекрасна в джинсах и сапогах.

Играя волосами на ее затылке, вдруг замечаю, как она напрягается, но все равно целую в щеку. Сесиль все еще цепенеет от некоторых движений, однако я уяснил для себя – лучше притворяться, что ничего не происходит. Если заострять на этом внимание, она, как улитка, прячется в домик. Зато несколько неспешных чувственных поцелуев прекрасно ее расслабляют.

– Ты об одежде, которую я ношу каждый день? – смеется она. – Помнится, тебя совсем не заинтересовали мои сапоги, когда я их только купила. Как там было? Видел одну пару – видел все.

Мои губы медленно скользят по ее шее. Задержавшись на пульсирующей жилке, замечаю, как дыхание Сесиль на секунду замирает, и джинсы натягиваются еще туже.

– Это я чтоб не представлять тебя в своей постели в одних сапогах.

– Что ж, теперь мы знаем, чем заняться после кино. Пошли уже, а то опоздаем. – Она кладет ладони мне на грудь и легонько отталкивает.

– Дай только в душ схожу. Если ты, конечно, не хочешь присоединиться. – Я надуваю губы, и она звонко смеется.

– Вот если бы ты пришел до того, как я накрасилась, тогда-а… Извини, ты упустил свой шанс, дорогой.

Она отправляет меня в ванную игривым шлепком по заднице, и я громко ворчу все десять шагов. Приняв самый быстрый душ в мире, вхожу в спальню в одном полотенце. Сесиль сидит на краю кровати, уставившись в пустоту. Ни кокетливых комментариев, ни возбужденных взглядов.

– Что-то случилось? – Я киваю на телефон в ее руке.

– Угадай с одной попытки. – Она протягивает мне мобильник.

Неизвестный отправитель: Уэллс-Каньон. Так вот ты где? Надо же быть такой идиоткой, чтобы спрятаться в городке с населением в две тысячи человек. Скоро увидимся, женушка.

– Я уже почти поверила, что он отступился… Ладно, нам пора, а то опоздаем в кино. Не будем портить вечер, – произносит Сесиль деревянным голосом.

Я был готов к слезам, крикам и даже разбитым вещам, ее невозмутимость пугает куда сильнее.

– Да к черту кино. Не хочешь идти, не надо. Вечер не будет испорчен, я обещаю.

– Нет, пойдем. Не желаю прятаться до конца своих дней. Если Кей-Джей найдет меня сегодня, значит, это судьба. К тому же, если он отправил сообщение из дома, он сейчас в нескольких часах езды.

Держать ее на ранчо, конечно, проще и безопаснее. Здесь всегда есть кто-то из работников, а еще оружие и собаки. Кроме того, я могу следить за тем, кто к нам приезжает, – учитывая тридцать километров по грунтовке, непрошеных гостей у нас немного. С другой стороны, я хочу, чтобы она была счастлива, и это, наверное, даже важнее безопасности.

– Ты ведь скажешь, если решишь уйти? – Я смотрю в голубые глаза, она медленно кивает. – А если я скажу, что нам нужно уйти, послушаешь? Заскочим по дороге в «Подкову»: Дэйв даст знать, если чужаки будут что-то вынюхивать.

– Ос, прости. Ты не обязан постоянно решать мои проблемы.

– Я хочу их решать. – Нежно сжимаю ее