Зачарованные сладости попаданки - Марго Арнелл

— И что, только этим они и хороши по сравнению с другими?

— Нет, но другие кондитеры… Они наступают тебе на пятки! У одного пирожные такие воздушные, будто пробуешь на вкус кусочек засахаренного облачка! Другой предлагает нежнейший мусс — он тает во рту, оставляя самое настоящее цветочное послевкусие! Я чувствовала себя пчелкой, которая присела на цветок попить нектара!

Я покусала губы, чтобы не рассмеяться. Зефирка в роли пчелки…

— Еще одна, кажется, мадам Иветт, делает многослойные пирожные — настоящее произведение искусства! Свежайшие сливки, сочные ягоды, нежнейший бисквит… Каждый слой — отдельное удовольствие! А еще в самом центре появилась новая кондитерская! Там готовят леденцы в форме бабочек, усыпанные съедобным золотом. Блеск, красота и вкус карамели! М-м-м! И у них такие длинные очереди! А еще есть странный пекарь, который подает свои пироги в миниатюрных горшочках, словно это вовсе не десерт, а алхимический эксперимент. Конечно, никто из них не зачаровывает свои сладости, как ты. Но я волнуюсь! Знаешь, чистое мастерство порой творит не меньшие чудеса, чем магия.

— Зефирка, но ведь и я на месте не стою, — улыбнулась я. — Волшебным кондитером я стала совсем-совсем недавно. Уверена, что у меня еще все впереди.

— Да, но… конкурс… Ты так хочешь в нем победить…

В голосе Зефирки звучало искреннее беспокойство. И это даже несмотря на то, что она не могла не понимать: если я выиграю королевский конкурс, я вернусь в родной мир.

Это тронуло меня.

— Мы что-нибудь придумаем, — пообещала я — как ответ и самой Зефирке, и моим собственным мыслям.

День оказался утомительным, и к вечеру я едва стояла на ногах. Но стоило увидеть направляющегося ко мне Корвина, почувствовала невиданный прилив сил.

— Смотрю, ты делаешь успехи, — улыбнулся он, глядя на полупустой прилавок.

— Тебя это удивляет? — рассмеялась я.

— Нет. Совсем наоборот. Я верил в тебя с самого первого приготовленного тобой печенья. И, может быть, даже чуточку раньше.

Его проникновенный взгляд заставил мои руки покрыться мурашками, а негромкие слова — покраснеть. Не помню, чтобы хоть кому-нибудь в моей жизни удавалось воздействовать на меня так. И при том почти не прилагая усилий.

— Ты сегодня без Альдуса?

— Я подумал, что тебе не помешает небольшой отдых. Ты так много трудишься… Как насчет того, чтобы устроить небольшой пикник? Вдвоем.

— Оу, — шепнула Зефирка.

Повернувшись, она уставилась на меня круглыми, как монеты, глазами. Мне же от восторга хотелось ее зацеловать.

— Но готовлю я, — с улыбкой сказал Корвин. — Точнее, я приготовил все заранее. Сказал Альдусу, что если ты откажешься, пикник придется устраивать нам с ним. В гостиной.

— О, так он живет у тебя?

— Да, мы соседи. Думаю, ты понимаешь, что ему сложно общаться с другими людьми. Точнее, невозможно.

Я сосредоточенно кивнула. Мысли путались и вязли в киселе, в который превратился мой мозг. Надо собраться, а то точно ляпну какую-нибудь глупость и все испорчу!

Втроем мы дошли до дома Грознака, где я оставила корзинки и наскоро переоделась — в то самое эффектное и элегантное одновременно темно-бордовое платье. Может быть, не слишком подходящий выбор для пикника, но… Вдруг мне больше не представится возможности его надеть?

Я попрощалась с Зефиркой, которая с лукавым видом пожелала мне удачи, и спустилась к Корвину. Он уже успел заглянуть домой — за корзинкой, где, вероятно, пряталось все необходимое для пикника.

Покинув Ханиглоу, мы прошли немного дальше по тропинке, пока не оказались на небольшой поляне. Корвин расстелил плед под раскидистым деревом и принялся доставать и раскладывать еду.

— Ничего необычного, если честно. Запеченный хлеб с мягким сыром и пряными травами, маринованные оливки, пирог с мясом и грибами и немного ягодного вина.

— Это больше, чем просто «ничего необычного»! — восхитилась я. — Так значит, ты и правда умеешь готовить!

— Раньше мне это нравилось, — признался он. — Но с моей работой на готовку почти не оставалось времени. Теперь, когда мы с Альдусом отстранены от важных дел, времени стало куда больше.

В его голос — спокойный и ровный — все же просочилась горечь. Повинуясь импульсу, я нежно накрыла его ладонь своей.

Корвин приоткрыл губы, выдыхая, и задержал взгляд на моей руке. Потом медленно поднял голову и взглянул мне прямо в глаза. В его собственных промелькнуло нечто такое, от чего у меня перехватило дыхание. Будто он хотел этого прикосновения не меньше, чем я. Будто он… мечтал о нем.

Пауза повисла между нами — напряженная, теплая, тягучая, как карамель. Но в следующее мгновение Корвин моргнул и отстранился, будто очнувшись от наваждения. Его рука мягко высвободилась из-под моей и потянулась к вину.

— Ты наверняка еще не пробовала местное вино? — спросил он, словно ничего не произошло.

Я заставила себя улыбнуться.

— Нет.

В памяти само собой всплыли слова Лианы, и сердце сжалось от тоски.

Мы ели, пили вино и говорили обо всем. Корвин рассказал мне о своих родителях, которые живут в деревушке неподалеку от Ханиглоу, и до сих пор беспокоятся о нем. Рассказал о том, как еще мальчишкой загорелся идеей стать переводчиком — сразу после того, как узнал, что в Астралисе существуют разумные создания, способные общаться с людьми и друг с другом лишь посредством особых сигналов, которые нужно уметь воспринимать и верно трактовать.

Чтобы научиться этому, ему пришлось на несколько лет уехать далеко за пределы родного королевства и отправиться в Та’арин, страну скар’ринов. Альдус был чем-то вроде его экзаменационного задания. А в королевство Корвин вернулся с ним уже как с напарником и в будущем — другом. Из переводчика по воле судьбы он трансформировался в следопыта, а его работой стало расследование тайн и магических преступлений.

Я слушала его, затаив дыхание, и чувствовала, как между нами возникает какая-то особенная связь. Я рада, что узнала Корвина чуть лучше. И увидела в нем нечто… родственное, близкое: стремление постоянно двигаться вперед, каких усилий это ни потребовало бы, и желание сделать мир понятнее и, может быть, даже чуточку лучше.

И, конечно, Корвин не мог не спросить меня о моем мире. Я охотно рассказывала, отвечая на каждый его вопрос, который лишь подчеркивал его пытливую натуру.

— Ты скучаешь по своему миру? — тихо спросил Корвин.

— Ох. Сложный вопрос. Точнее, да, конечно, но… Когда я только попала в Астралис, я