Укрощенная гордость - Джоанна Лэнгтон

Повисло долгое молчание, и вдруг Франко с усилием выдохнул:

– Только я и сейчас люблю тебя…

После наступившей вслед за этим еще более продолжительной паузы Полетт обратила на него свой потрясенный взгляд, не в силах поверить тому, что только что услышала.

– И сейчас? – откликнулась она голосом, преисполненным надежды. – Ты правда любишь меня?

– А какого бы черта я приперся сюда с этими пленками?

– Когда ты входил, взгляд у тебя был скорее осуждающим…

– Ты посмотрела на меня так холодно, с таким безразличием…

Не в силах больше сдерживать свои чувства, Полетт кинулась в его объятия.

– Франко… Неужели ты не понял, что давно победил?

Дрожа от счастья, Франко обнял ее и прошептал на ухо:

– Победил? – неуверенно повторил он. – Ты не шутишь?

– Неужели ты не понял, что я люблю тебя?

Простонав, он заключил Полетт в кольцо своих рук.

– Да мы же грызлись друг с другом, словно пара диких зверей!… И давно ты меня полюбила?

– У меня такое чувство, что я любила тебя целую вечность, – ответила Полетт, ничуть не изменяя своим мыслям. – Удивительно, что долгое время я и сама не подозревала об этом. Только теперь я понимаю, какой глупой была, прогнав тебя шесть лет назад.

Видимо решив, что оба они слишком уж заболтались, Франко еще сильнее прижал к себе Полетт.

– Надо разобрать кровать, – прошептала она.

Франко одарил ее сияющей чувственной улыбкой.

– Ты хочешь меня? – склонился он над нею, срывая с себя одежду со скоростью, отнюдь не свидетельствующей о хладнокровии.

– Безумно.

– И никаких разводов?

– Полностью исключено.

– А как насчет детей?

Франко, раздевшись, лег рядом с ней, и Полетт ощутила чувство безумной радости от того, что он здесь, с ней.

– Непременно! И чем скорее, тем лучше. Хочу, чтобы наши дети были похожи на тебя, любимый!

– Ты сводишь меня с ума, Полли. И как ты, глупая, только могла подумать, что я могу предпочесть тебе женщину, подобную Бонни?

– Не знаю! Мне казалось, что ты…

– Но неужто ты забыла, о чем я говорил тебе во время нашей брачной ночи? – Франко коснулся горячими губами ее обнаженной груди, и Полетт стоило неимоверных усилий, чтобы не закричать от восторга.

– Не так уж и долго удалось нам оставаться наедине… Но надеюсь, я еще успею привыкнуть к твоим частым отъездам.

– Нет. Не хочу жить так, как Карлос. В отличие от отца, мне выпало счастье обрести единственную женщину, и я вовсе не собираюсь терять ее.

– Ты меня не потеряешь! – с жаром воскликнула Полетт, судорожно вздыхая под обжигающим прикосновением его дрожащих от возбуждения рук.

– А ведь чуть не потерял, – хрипло произнес Франко. – Мне сразу следовало признаться, что я люблю тебя.

– Ничего, и сейчас не поздно, – успокоительно прошептала Полетт, прижимаясь щекой к его обнаженной груди.

– Пожалуй, нам стоит спрятаться куда-нибудь подальше ото всех хотя бы на неделю, – вздохнул Франко, когда они, устав от любовных ласк, отдыхали, лежа на кровати в объятиях друг друга.

– И никаких телефонов, – сказала Полетт.

– Может, автоответчик? – попросил Франко.

– Ну… и, возможно… – Она с надеждой обратила к нему свои аметистовые глаза. – Лифт? Помнишь?

Франко с веселым изумлением повернул к ней свое смуглое лицо.

– Несомненно… и лифт, – согласился он.