Холодные сердца - Лайза Джуэлл

– Найдем себе хорошую квартиру для нас и будем жить там втроем: ты, я и Софи.

– Но я не могу!

– Почему? Мы же переехали из нашего старого дома. И могли бы переехать снова. Ты можешь так же дружить с Лорри и видеться с ней, когда захочешь. Мы просто не будем жить вместе с ней.

Вики прикусила нижнюю губу.

– Ты знаешь Лорри, она очень сложный человек, и мне очень жаль, что она так ужасно поступила с тобой, просто недавно была годовщина смерти Риза, и она, вероятно, была немного не в себе. Я понимаю, что это не оправдание, и я серьезно с ней поговорю, но, дорогая, она ведь такая милая, у нее добрая душа, и она так сильно вас любит…

Мэдди, ее малышка, ее маленькая будущая женщина, такая сдержанная, уверенная в собственных чувствах, она как будто выставила вперед руку, говоря: «Стоп. Все зашло слишком далеко».

– Если говорить серьезно, – начала она. – Я знаю, что ты ее любишь и все такое. Но я – нет. Я не выбирала ее, за меня это сделала ты. И я больше не хочу жить с ней. Если ты хочешь, продолжай жить с ней вместе, прекрасно, но я не буду. И мне нужно, – она остановилась и посмотрела на свои пальцы, прежде чем перевести взгляд снова на Вики, – чтобы ты отпустила меня.

Вики выпрямилась и сказала:

– Нет. Нет, я не могу сделать это.

– Тогда давай переедем.

– Этого я тоже не могу сделать.

– Ну что ж… – печально выдохнула Мэдди.

Бет одернула платье вниз к коленям и откинула волосы. Через мутное окно паба она видела, что небо потемнело и вот-вот ливанет дождь. Перед ней на столе стоял стакан апельсинового сока с лимонадом.

В баре сидел человек по имени Джейсон, который заказал себе очередную пинту местного пива и бокал вина для нее.

– Я могу угостить тебя напитком? – спросил он, слегка поднимаясь со своего места.

Она покачала головой и ответила:

– Нет, спасибо. Мне этого вполне достаточно. – А потом она наблюдала, как он направляется к бару. Она рассматривала его мускулистую широкую спину, красивые волосы, со вкусом подобранную одежду и ладные ноги в добротных открытых сандалиях, и ее посетила мысль – а может, это он, может, это ее шанс стать нормальной? И, едва подумав об этом, она окликнула Джейсона:

– Джейсон, да, ты прав, пожалуй, небольшой бокал белого вина будет нелишним. Пожалуйста.

Он заулыбался и посмотрел на нее, как будто одержал маленькую победу. Еще одну маленькую победу. Он добивался Бет в течение нескольких месяцев, с тех пор как познакомился с ней в компании общих знакомых в январе. Он был австралийцем, и ему было всего двадцать пять. Для нее это знакомство стало неожиданностью. После долгих лет работы в одном и том же месте, рядом с одними и теми же людьми, раскладывая деньги по конвертам для подарков на свадьбу и ко дню рождения для одних и тех же коллег, постоянно болтая об одних и тех же вещах, питаясь одними и теми же бутербродами за тем же столом, она вдруг неожиданно заметила, что все стало меняться. Последовательность предсказуемых моментов, из которых состоял каждый ее рабочий день, была нарушена новыми и неожиданными событиями. Визиты к ее столу без необходимости, просто чтобы узнать о вещах, о которых вполне можно спросить по электронной почте или по вотсапу. Предложения выпить чего-нибудь в обед. Комплименты. Бесконечные комплименты. По поводу ее волос, одежды, духов, ее почерка, обуви, по поводу того, как она припарковывает машину, какое любит печенье. Прогулка по коридору, чтобы лишний раз иметь возможность остановиться и поболтать с ней. Вопросы, как правило, начинаемые издалека, вроде: «Ты ведь местная, может, порекомендуешь, где купить хорошее мясо?» Или: «А где здесь подают приличное карри? Или мне придется для этого поехать в Бирмингем?»

В течение нескольких месяцев она упорно игнорировала Джейсона. Все это было так смешно. Ведь ей уже тридцать. К тому же она по-прежнему продолжала встречаться с мужем своей сестры, всякий раз опасаясь, что их разоблачат. Ей было тридцать, и она до сих пор жила дома. И она была уже далеко не так хороша, как в юности, в самом расцвете своей красоты. Думая так, Бет совсем не лукавила. Даже Билл перестал говорить ей о ее красоте.

Она согласилась на свидание с Джейсоном, потому что Билл позвонил, чтобы сказать ей, что в последнюю минуту на Пасху они уедут в отпуск. Все впятером, на Майорку. И остановятся на какой-нибудь причудливой вилле с двумя бассейнами: один для взрослых, один для детей. Они собирались поехать туда с друзьями. Бет вздрогнула и поспешила завершить разговор. Слишком много предстояло переварить за один присест. Семья. Отпуск. Друзья. И все в последнюю минуту.

Бет никогда ничего не делала в жизни в последнюю минуту.

А потом на следующий день появился Джейсон, такой свежий, с густыми волосами, огромными глазами, чувственный. Он поинтересовался, что она делает в выходные, и она ответила: «Ничего особенного». Тогда он спросил: «Может, что-нибудь выпьем?» И она ответила: «Можно».

Бет вернулась домой в предвкушении ужасного вечера. Вики спросила, куда она идет. Бет ответила:

– В «Черномордого ягненка».

Последовал очередной вопрос Вики:

– С друзьями с работы?

– Вроде того.

А потом Вики улыбнулась и сказала:

– Ты идешь на свидание?

Бет поморщилась и опять ответила:

– Вроде того.

При этом на ней было платье, одно из тех, которые так нравились Биллу: бледно-розовое с широкими лямками и пышной юбкой, отделанное белой тесьмой по подолу. Она завязала свои темные волосы в конский хвост, надела черные кеды и джинсовую куртку.

– Выглядишь восхитительно, – отметил Джейсон, когда полчаса спустя она вошла в паб. – Совершенно восхитительно.

Бет смущенно поежилась и поблагодарила его. А потом Джейсон спросил:

– С тобой все в порядке?

Она переспросила:

– Что?

Тогда он улыбнулся:

– Нет, ничего.

Джейсон вернулся с напитками и поставил их на столик.

– Я взял тебе шардоне. Пойдет?

Бет пожала плечами и улыбнулась:

– Я не слишком разбираюсь в алкоголе.

На столе завибрировал телефон Джейсона, он выключил его, даже не взглянув на экран.

– Разве тебе не интересно узнать, кто это? – спросила Бет.

Он с любопытством посмотрел на нее.

– На самом деле – нет. Если это важно, перезвонят. Если нет, тогда зачем мне отвечать, когда я сейчас здесь и с тобой?

Она подумала о Билле, который постоянно пялился на экран своего телефона, как маленький ребенок на новую игрушку, буквально пылинки с него сдувал.

Бет улыбнулась и сказала:

– Правильно.