Холодные сердца - Лайза Джуэлл

– Нет, – ответила Вики, – если честно, я была немного холодна с ней. Колин, я почти двенадцать лет посвятила воспитанию детей и ни разу не позволила себе оскорбить их. Я терпела, сколько возможно. Но это уже слишком, Колин. Я могу простить что угодно, но только не это. Моя дочь стесняется приглашать в дом друзей. Я всегда думала, что, может быть, ей просто это не интересно, но… – Она вздохнула и изо всех сил удерживала слезы. – Так или иначе, – Вики снова взяла себя в руки, – этому нужно положить конец. И ей придется принять мое условие. В противном случае… – Вики замолчала, когда услышала шаги Лорелеи, направлявшейся из ванны в спальню. – В противном случае, – она понизила голос, – я не уверена, что смогу продолжать с ней жить.

Колин щелкнул по чайнику и кивнул.

– Ты совершенно права, – сказал он. – Все было прекрасно, пока этих сокровищ было немного. Просто небольшой беспорядок. Это даже выглядело слегка экстравагантно. Но теперь все это, – он обвел руками комнату, – это не выдерживает критики. И, как ты говоришь, несправедливо держать девочек в этом бардаке.

Они оба замолчали, когда прямо у них над головами раздался голос Лорелеи. Колин в молчании сделал себе кофе, а потом присоединился к Вики за столом. Когда через несколько минут вошла Лорелея, она удивленно уставилась на них.

– Боже мой, – сказала она, – вы оба ужасно выглядите. Что вы так смотрите на меня?

Вики улыбнулась своей возлюбленной.

– Сядь, – сказала она, – нам нужно поговорить.

Лорелея сузила глаза.

– Где Бет?

– Она пошла на пробежку. Сядь.

Лорелея что-то пробормотала и села. Вики снова улыбнулась ей и взяла ее руки в свои. Руки Лорелеи стали настолько тонкими, что кожа казалась шелковистой и хрупкой, как маленькие листочки матирующих салфеток, которые женщины часто носят в сумочках. Большие синие вены вздулись под тонкой кожей, а ногти были слишком длинными.

Но тем не менее это были руки ее любимой Лорри. Вики сглотнула, печально осознавая, что она до сих пор безумно влюблена в эту женщину. Женщину, которая обозвала ее драгоценного ребенка сучкой.

– А теперь послушай, милая, ты знаешь, как я люблю тебя. – Лорелея протянула пальцы к своему жилистому горлу и снова что-то пробормотала. – Бог знает, почему, – продолжала она, – я это делаю. Но у нас есть проблема. Мэдди говорит, что ты обозвала ее.

– Я! Да никогда!

Вики вздохнула от разочарования. Она знала, что Лорелея будет все отрицать. Как ребенок.

– Ну же, – продолжила она, – давай просто поговорим, что отношения между тобой и Мэдди, мягко говоря, не очень хорошие. Разве я не права?

Лорелея пожала плечами и буркнула:

– Это не так. Просто это мои вещи, Вики, мои вещи…

– Ну да, конечно. Я думаю, Лорри, что если бы мы добрались до сути проблемы, то смогли бы разобраться и со всем остальным тоже.

– Да, – согласилась Лорелея, вяло вздыхая. – Именно так.

– Так что, дорогая, думаю, в эти выходные, пока девочек нет дома, к тому же скоро Пасха и у нас появилась дополнительная пара рук, – она ласково погладила руки Колина, – нам нужно разобрать твои вещи. Главное – начать, и мы наведем порядок. Думаю, – она ободряюще улыбнулась, – если мы расставим все по местам, нам и дышать легче станет. Ты сразу почувствуешь разницу. Я действительно думаю, что мы могли бы перевезти часть вещей в другое место. Может быть, даже половину из них.

– Перевезти? – Лорелея поджала губы.

– Да. Я считаю, что мы могли бы сделать много хорошего для местных благотворительных организаций, правда ведь, Колин? – Она повернулась, улыбнулась ему и заговорщически подмигнула.

Им обоим приходилось держать ситуацию под контролем. При этом используя абсолютно правильный язык. Нельзя было говорить таких слов, как «ненужный» или «мусор», «избавиться» или «выбросить». Только слова с положительным смыслом. В противном случае Лорри утратит связь с реальностью и ничего никогда не изменится.

– Кроме того, я говорила с прекрасным человеком по имени Пол, который сказал, что может нам помочь. Перевезти некоторые из твоих вещей. Если мы будем готовы и соберем их, то в понедельник утром он приедет на своем большом розовом грузовичке, ну разве это не чудесно! Розовый грузовичок! И отвезет их в другое место. – Вики вздрогнула и закусила губу, поняв, что сказала лишнее. Это могло все испортить.

– Я имею в виду, ну, ты понимаешь, просто перевезет все в другое место.

– Нет, вы этого не сделаете, – отрезала Лорри. – Ты имеешь в виду, что хочешь избавиться от моих вещей? – Она печально вздохнула. – Ладно, – сказала она. – Ты права. Хорошо. Давайте сделаем это. – Вики сглотнула, когда увидела, как зеленоватые глаза Лорри потускнели и в них появились слезы.

– Милая, – начала Вики.

– Но, – прервала Лорри, – ни одну вещь не увезут, пока я не соглашусь с этим. Вы поняли? Особенно ты, Колин. – Она сузила глаза и угрожающе посмотрела на него. – Не думай, что я ничего не замечу. – Она рассмеялась своим тоненьким смехом, но все же рассмеялась. У Лорри всегда был славный смех. Вики до сих пор помнила ту их первую ночь с божоле перед этой огромной трагедией, которая расколола всю жизнь на «до» и «после». Она до сих пор помнила, как Лорри смеялась, сидя перед огнем и обвивая длинными пальцами ножку бокала.

Колин тоже ухмыльнулся и натянуто улыбнулся.

На мгновение обстановка разрядилась.

– Правильно, – сказала Вики, спекулируя неожиданно возникшим позитивным настроем. – Нам нужен план. Надо расставить приоритеты. Думаю, сначала следует заняться коридором и лестницей.

Лорри вздохнула. Вики снова сжала ее руки.

– Ты же хорошая девочка, – сказала она. – Ты такая хорошая девочка. Давай начнем!

Когда Бет вернулась с утренней пробежки, она заметила, что готовится нечто грандиозное. Автомобиль Вики был припаркован, багажник открыт, а занавески с той стороны дома, которая выходила на улицу, впервые за многие годы раздвинуты.

Она прижалась лицом к низкому окну, прижала ладони к грязному стеклу и начала всматриваться. Внутри она разглядела темные фигуры матери, отца и Вики, они трое суетились на полу у подножия лестницы. Все это выглядело так, будто бы они боролись. Бет смотрела на происходящее, словно загипнотизированная. Вики вцепилась в один конец старого полотенца, а мать – в другой конец, отец пытался остановить Лорри, чтобы она не ударила Вики. Вики раздраженно наблюдала, как мать рыдает и как сумасшедшая старая ведьма смотрит на все происходящее вокруг: на мешки для мусора и старую одежду и, о боже, что это?.. Да, это был старый розовый в горошек дождевик Бет и старый школьный дафлкот Мэг, серый с меховым капором. Бет прищурилась, поскольку было сложно разглядеть, и увидела свой старый пододеяльник с голубыми и розовыми квадратами, который она выбросила, когда все застежки в его нижней части наконец-то сломались. Что, черт побери, здесь происходит? Она отчетливо помнила, как отвозила его в благотворительное общество в деревне. Каким образом он снова оказался в доме? Бет осторожно вошла в заднюю дверь, а потом на цыпочках проследовала через кухню к коридору.